— Утешь ее, Касп. Это ведь такой шанс...

Янтарные глаза Каспа потемнели, он поджал губы, но ничего не сказал вслед своему

другу. Неожиданно положил мне руки на плечи и глухо произнес:

— Прошу, прости. Я не знал, что именно задумал Фран.

— Не знал? — я криво улыбнулась, смахивая его руки. — Но все-таки согласился

привести к преподавательским окнам?

— Я не знал, что тебя выгонят! Я думал, это опять какое-то его развлечение, не более.

Да и почему я должен был отказывать столь прекрасной девушке в прогулке? – он пытался

отшутиться, наверное, надеясь разрядить обстановку, но я была непреклонна. Я больше не

поведусь на такие глупости!

— Зачем, ты сейчас все это говоришь? Сам ведь понимаешь, что без вмешательства

Франа тут не обошлось. Я бы никогда к тебе не подошла.

И не знаю зачем, но вдруг решительно добавила, смахивая горькие слезы обиды:

— Мне нравится Эвин, и осознанно я бы никогда не сделала бы ему больно.

С этими словами я поспешила уйти, не желая слушать наигранные извинения Каспа. Я

чувствовала, что он неискренен. Он не жалеет, что подвел меня. Единственное, что гложет

воздушника — это мое исключение. Но ничего! Скоро он узнает, что я остаюсь в

академии, и успокоится. Я не обижаюсь на него, поэтому может не стараться. Я злюсь

только на Франа, ведь это его идея!

Каменный уголь! Вот кто он. Черный, бездушный кусок разложившегося растения, у

которого нет ни души, ни памяти и которое только притворяется камнем!

Я свернула к себе на этаж, зная, что Касп за мной не последовал. И это к лучшему. Не

хочу с ним разговаривать. И впредь нужно быть очень осторожной, чтобы такого не

повторилось…

***

Я и Эри пробирались сквозь толпу. Не знаю, что в этом нашла подружка, а лично я не

испытывала удовольствия блуждать среди людей. Эри же считала, что ярмарки – лучшее

развлечение.

— Ух ты, бусики! – растолкав двух здоровых мужиков, девушка окунула руки в

коробку с украшениями.

— Ханна, посмотри какая красота! – восхищенно воскликнула Эри, перебирая в

пальцах камушки.

Я удостоила их лишь беглого скупого взгляда. Янтарь – это не камень, а гнусный

обман. Никакого величия!

— Ой, Ханна, что же ты такая невеселая? Уже и бусы тебе не нравятся, — запричитала

подружка, выбирая из всей кучи кулон и примеряя его. – Все девушки любят украшения, а

ты равнодушна к ним. Сколько стоит такой? Ханна, тебе хоть что-то из этого нравится?

Как вы развлекались в своем захолустье?

Я немного оскорбилась, услышав, как было названо место, в котором выросла.

Хрустальный дворец точно не захолустье! Но рассказать правду я не могла, а поэтому не

стала акцентировать на этом внимание, все мои мысли улетучились домой. Я скучала по

родным…

— У нас часто проводились вечера поэзии, — мечтательно проговорила я, предаваясь

воспоминаниям. — Мы собирались вместе…

— Фи, скукота какая! – оборвала меня Эри, крутясь перед маленьким зеркальцем. Я

обиженно на нее посмотрела, но подружке было не до меня. Все ее внимание занимал

выбор между низкой ценой мелкого янтаря и кулоном с крупной каплей.

— Нет, давайте эти, — наконец определилась она, протягивая продавцу монетку. – Как

тебе, Ханна?

Я пробурчала нечто неразборчивое, не желая обидеть подругу. Янтарь – это не то, что

может мне понравиться.

— А ты не хочешь и себе что-то присмотреть? – полюбопытствовала подружка, не в

силах отойти от лавки ярких украшений. – Они все такие прелестные!

— Не думаю, — отозвалась я, желая поскорее уйти и найти более спокойное место.

— Почему?

Я вздрогнула, когда над моим ухом раздался голос Эвина. Он аккуратно отстранил

меня, подходя к лоточку с украшениями. Наклонился, внимательно рассматривая их,

иногда перебирая рукой.

— Янтарь – это слезы дерева. Природа оплакивает беды, которые испытывает земля.

Это символ нашей стихии. Янтарь дает энергию и в то же время напоминает, как

драгоценно все то, что даровала нам природа.

Я замерла с открытым ртом, слушая Эвина и не зная, что сказать. С такой точки зрения