— Никуда я не поеду. Это меня шеф специально подставляет. Я жить хочу, и к этому зверю в пасть я не полезу ни за какие деньги.

— Опомнись, возьми себя в руки, от страха ты голову потерял. Ты что, совсем соображать не хочешь? Прежде чем его ликвидировать, мы понаблюдаем за ним, а выбрав подходящий момент, сделаем свое дело.

— Ты «Туза» не знаешь. Мы такого места не найдем. Ты его даже не увидишь. Эта сволочь на пушечный выстрел тебя не подпустит. Охраняют его псы натасканные, часть из которых — бывшие легавые.

— Мы выследим его автомашину, а затем и «хазу».

— У него этих «хаз» полно по всей Москве, он каждую ночь их меняет. Никто не знает, где он будет в следующую ночь. И еще: у него есть хорошее прикрытие — это его двойник, так что выполнить приказ шефа просто невозможно.

— «Глушок», ты меня уже начинаешь раздражать. Для думающего человека в жизни нет ничего невозможного. Понял? Ну а если ты не понял, то я тебя заставлю понять.

«Глушок», испугавшись угрозы «Калифорнийца» и понимая безысходность своего положения, как-то сник и опустил голову. Отдав себя в руки Господу и своей судьбе, он тихо прошептал:

— Чему быть, того не миновать. Хорошо, хорошо, «Калифорниец», я согласен.

Потом, как будто что-то вспомнив и улыбнувшись последней своей надежде, он произнес:

— «Калифорниец», а может быть, возьмем мы задаток и смоемся? Помнишь, как мы раньше об этом мечтали?

— Нет, «Глушок»! Мы должны выполнить приказ шефа. Я слово дал. Это больше не обсуждается.

Осознав эти слова, которые прозвучали как приговор, «Глушок» подумал: «Все! Это конец!»

Столетов положил в папку несколько листов протокола допроса еще одного задержанного подозреваемого, а сам отметил про себя:

«Уголовное дело растет. С каждым днем мы продвигаемся все ближе к его завершению. Главные фигуранты уже отчетливо вырисовываются. Необходимо сделать еще несколько ярких штрихов в этой картине, чтобы можно было завершить ее. Их нужно выполнить так, чтобы не испортить весь труд, который вот уже в течение нескольких месяцев мы вкладывали в общее дело».

Вдруг в дверь постучали.

— Войдите!

Дверь открылась, и вошел прокурор Рябинин. Столетов встал.

— Сиди, сиди, не вставай, Антон Сергеевич, — с порога отреагировал Рябинин, подошел ближе и присел в кресло.

— Докладывай, что по делу.

— Убийцы супруг Григоровских и Буйнова арестованы. Задержал их Андреев. Один из них уже раскололся. Второй, который, по нашим данным, убил Буйнова, молчит. Но ничего, я думаю, он не сегодня, так завтра признается, деваться ему некуда.

— И кто это сделал?

— Ранее судимый Семенов.

— Вы уверены, что Семенов убил Буйнова?

— Да! У меня есть два свидетеля, которые его видели приблизительно в тот период времени, когда он выходил из подъезда. Кроме того, его одежда испачкана кровью именно той группы, что у потерпевшего. Также у него в кармане мы обнаружили некоторые вещи Буйнова.

— Что собой представляет задержанный Семенов? — спросил прокурор.

— Ранее неоднократно судимый, освободился Семенов совсем недавно, вероятно, его использовали, терять ему совершенно нечего, тюрьма ему дом родной.

— Он хотя бы признается? — спросил прокурор.

— Нет, все отрицает, но улики неопровержимые, — заявил Столетов. — Заказчик этих убийств ясен, и это косвенно подтверждается из показаний одного из арестованных по делу Григоровских.

— Кто заказчик?

— Я думаю, это Верижников!

— Как мы и предполагали ранее, — произнес Рябинин.

— Именно так! Нужна санкция на его арест.

— У вас нет прямых улик против Верижникова. Санкцию вы не получите. Что еще?

— Еще есть ценные сведения от Андреева. Он раскрутил телефонистку Савчук, она уже допрошена, сейчас в камере, находится в активной разработке. Чувствую нутром, Савчук не все сообщила. Хитра, стерва, но здорово Андреев поработал, просто артист, вот послушайте запись.

Столетов включил диктофон. Рябинин слушал и ухмылялся, приговаривая:

— Да, верно, чем не артист, сыграл свою роль виртуозно. Еще есть что-нибудь?

— Да, следующий шаг — это арест сотрудника уголовного розыска Миронова и председателя хозяйства «Коптево». Но пока председателя трогать рановато, он лежит в больнице, нервы шалят. Доступ информации от него и к нему перекрыт. Миронова пока отправили в командировку, чтобы не мешал. Сейчас петля стягивается и на Крымове, а прежде чем его брать, надо все-таки найти, где хранится весь опиум. Это главное. Без этой отравы доказать причастность Крымова и остальных практически невозможно. Сейчас сыщики с ног сбились, рыщут по всему району, но их результат пока равен нулю. Должны же быть исполнители у Крымова. Должны! Кто они?