– Дыбин это вы? – глухо вопросил он. При этом левая бровь у него изогнулась, отчего он стал напоминать изготовившегося к атаке филина.

– Я, а что?

– Лесник прислал за вами машину.

– Так… Мерси ему, конечно, – Александр повесил трубку.

Устраиваясь в салоне «Ауди», он мысленно усмехнулся. Вот и накаркал! Теперь только затянуться «гаваной» и обнять за талию какую-нибудь глазастую цыганочку. Дима обязательно посмеется, если узнает. Впрочем, зачем ему узнавать? Не враги же мы сами себе?…

Стараясь не выдавать любопытства, он неторопливо изучал обстановку. Фигурный пульт, отнюдь не изобилующий кнопками и индикаторами, динамики стереосистемы, вездесущий пластик, затянувший пол и потолок. Ни дырочек, ни щелей, столь милых сердцу, памятных по салонам «Жигулей» и «Запорожцев». Словом, полная скукота, не обещающая ни мытарств под днищем машины, ни ремонтных хлопот, ни беготни по автомагазинам.

Плечистый увалень прежде чем сесть в «Ауди» настороженным взором обвел улицу. Увиденное, вероятно, его успокоило, потому что, плюхнувшись на сиденье, он что-то отрывисто доложил шоферу. Двигатель мгновенно завелся. Плавно и почти бесшумно четырехколесное западное чудо стартовало с места.

Дом, к которому они подъехали, был Александру смутно знаком. Роскошная тень прошлого, один из пьедесталов сменяющих друг друга властителей. Именно здесь обитали одно время сотрудники «Интуриста», но потом что-то приключилось и чиновникам спешно пришлось эвакуироваться в здание поскромнее. Причину столь внезапного переезда Александр уяснил только сейчас. Старинную усадьбу облюбовал для себя Лесник, и никакой «Интурист» не в силах был противостоять ему. Кесарю – кесарево, и в качестве этого самого кесаря Лесник претендовал на соответствующие рангу условия.

Машина остановилась. Пара воробьев, возмущенно чирикая, выпорхнула из-под колес и унеслась ввысь. Выбравшись наружу, Александр осмотрелся и не без удовольствия попытался представить себя в роли хозяина этого чудного места. Огромный, увитый тропками парк, пруд с карасями, заросли черемухи и рябины. Лепота, одним словом! И уж он бы нашел роскошному этому пространству достойное применение! Теннис, волейбол, рыбалка, утренний бег трусцой с непременным купанием! Что же еще?… Он перевел взгляд на усадьбу. Пожалуй, несколько великовата, но со временем можно привыкнуть. Толстые колбаски колонн поддерживали треуголку крыши, окна напоминали средних размеров ворота, а уютная башенка наверху сразу наводила на мысль о звездных дождях, о телескопах, о спутниках и огненных кометах. Да!.. Он вполне мог бы здесь жить. И жить, как это ни странно, припеваючи!..

Разрушая хрустальную мечту, из окна башни выглянул молодец с карабином. Как следует рассмотрев подъехавших, что-то бормотнул в портативную рацию и юркнул обратно.

– Мда… – Александр рассеянно похлопал себя по карманам. Кошелек, расческа, мятые абонементы и ключи от квартиры. Классический карманный набор, никаких излишеств. Его и грабить-то скучно… Со всей возможной приветливостью он обратился к белобрысому увальню. – А ты, паренек, здоровый! Сразу видно, что кашу в детстве дохлебывал до конца. Тебе никто не говорил, что ты похож на Кадудаля?

– Меня зовут Маципура, – суховато отреагировал увалень. Чуть подумав, добавил. – А карманов вам лучше бы не касаться. Ребята здесь нервные, могут неправильно понять.

– Ага, вон, значит, как… – Александр украдкой покосился на башенку. «Нервные» ребята, должно быть, прятались в незримой тени. – Так куда мне идти? К гаражу, в лес или в ваш великолепный замок?

– Пройдите в дом, – Маципура вежливо кивнул в сторону парадного входа.

Внешне Лесник вполне соответствовал кличке. Он и впрямь походил на лесника. Кряжистый, неторопливый, с лицом простоватого мужлана, он мог ввести в заблуждение кого угодно. Этого человека следовало знать лично, чтобы поверить в недюжинный ум и организаторские способности. Феномен заслуживал пристального изучения, и Александр почувствовал первый искренний интерес к делу. Фразы, срывающиеся с губ Лесника, никак не вязались с его обликом, но и облик накладывал на сказанное особый отпечаток. Что же в действительности доминировало, оставалось для окружающих полнейшей загадкой.

– Присаживайтесь, – Лесник указал на кресло. – На меня не обращайте внимания. Я всегда прохаживаюсь, когда что-нибудь обдумываю или рассказываю…

В дверь вежливо постучали, на пороге появился человек в кимоно с букетом странных цветов в руке. Раскосые глаза с вопросом глянули на хозяина, но тот покачал головой.

– Не сегодня, Лао. Займись другими комнатами…

Чуть помешкав, человек в кимоно выскользнул из комнаты, оставив после себя запах цветов и чего-то еще неуловимо знойного, сухого, напоминающего о пустынных равнинах, морщинистых ящерах и верблюжьих караванах.

Только теперь Александр заметил покоившуюся на столе вазу с увядшими стебельками растений. Были здесь и цветы, и веточки деревьев и какие-то забавные корешки. Справа, на резном комоде, возвышалась еще одна ваза, более просторная и красивая, но с тем же усохшим набором. Заметив любопытство гостя, Лесник нехотя пояснил:

– Лао считает себя мастером по сложению экибаны. Верит в нее исступленно, чего не сказать обо мне. К тому же в последнее время из-за приступов астмы… – Он, не договорив, махнул рукой. – Словом, мне сейчас не до запахов.