– А может, они намеренно оставили их там? Например, ожидая твоего прихода или какой-нибудь комиссии?

– Вполне возможно. Но я боялся, что баллоны пропадут, и послал за ними штурмана. После анализа, проведенного тобой, мы бы сумели припереть их к стенке.

– Да, если бы наши милые ребятки не подняли восстания.

– Увы, этого не мог предвидеть даже я.

– Не знаю, не знаю…

– Эй, док! Разве я не был с тобой достаточно откровенен? Что ты там, черт возьми, собираешься делать?

С улыбкой ребенка, взирающего на шоколад, доктор набирал в шприц нечто бурое и отвратительное.

– Меня не устроила твоя легенда, Жак, – промурлыкал он. Руки его удобнее перехватили шприц. – Слишком уж все стройно и гладко. Хотя я и понимаю, что некоторым людям хочется выглядеть умнее, чем они есть на самом деле. Но меня на мякине не проведешь!

– Осторожнее, док! Если я погибну, за меня отомстят внуки!

– У тебя нет внуков, – хищным движением доктор приблизил шприц к моему плечу, и я ощутил короткий укол. – И скорее всего ты не погибнешь.

– Тем более! Как только я встану на ноги, тебе придется вспомнить, кто здесь начальник!

– Может быть, Жак. Очень может быть…