– Ну, вот, господин и славный воевода, – промолвила она мягким, приятным голосом, – перед тобой вся наша семья…Мы готовы идти за твоими воинами!

– Конечно, матушка, – пробормотал потрясенный Ефим Добрыневич. – Спустимся же…к нашим лошадкам…Да пойдем туда…в крепость!

– Как в воду глядели! – бросил Егор товарищам. – Уж не промах наш воевода!

Когда Ефим привез в крепость семью скорняка, Варвара сразу же почувствовала беду. Особенно не понравилась ей красавица Мирина. Сердцем ощутила она непонятную тревогу, а когда за столом поймала восторженный взгляд Ефима в сторону гостьи, то и совсем потеряла голову. Если бы не жена Ермилы Аграфена, ставшая ей верной и надежной подругой, Варвара натворила бы в этот день немало бед.

– Успокойся, Варварушка, – сказала она ей. – Разве позволит себе твой Ефим Добрынич какие-то вольности? Весь он любит тебя! Да и нискольно ты не хуже этой Мирины! Такая молодая и красивая! Где ему найти лучше! А если он и внимателен к этой женке, так уж это – ради гостеприимства!

– А что, Аграфенушка, не шалил твой Ермила? – спросила хозяйка. – Ну, хоть бы раз, после того как вы поженились?

– Не знаю, – смутилась Аграфена. – Он, правда, куда-то ездил по делам…В Брянск, Карачев, да во Вщиж к родственникам…Кто об этом знает? За мужиком не уследишь! Это мы, женки, всегда на виду. Потому и надо нам беречь свою честь!

– А как бы ты себя повела, если бы проведала, что твой Ермила тебе изменяет? – покачала головой Варвара. – Небось, шум бы подняла превеликий!

– Я бы не стала этого делать! – усмехнулась Аграфена. – Наоборот, сделала бы вид, что ничего не изменилось! Пусть бы думал, что его измена мне безразлична…У меня есть на этот счет своя гордость! Был бы только жив мой Ермилушка, – нахмурилась она и всхлипнула. – Как он там, спасся ли из разоренного Киева? Говорят, что татары перебили всех киевских воинов или до смерти замучили! Был бы только жив мой ясный сокол, а там пусть хоть со всем Брянском гуляет!

– Твоя правда, – кивнула головой Варвара. – Были бы наши мужья живы и здоровы, а там пусть любят, кого хотят! Рано или поздно вернутся к своему очагу!

Так они тихонько беседовали в уголке за обеденным столом, не обращая внимания на мужские разговоры. Ефим Добрыневич же в это время рассказывал владыке Порфирию последние новости.

– Так вот, татары пошли на земли князя Даниила, – уныло пробормотал воевода. – Они, видать, решили покончить с последним могучим княжеством. Так они разорили рязанские, суздальские, черниговские и киевские земли…И как мы только уцелели?

– Не захотели поганые идти на русский север. Посчитали те земли бедными, – покачал головой Порфирий. – Я вам раньше говорил, что татары выпытывали у меня, богаты ли тамошние края…На то я сказал, что там леса и болота да непроходимые зимой снежные пустыни. Устают и гибнут кони, люди, а добыча скудная. Однако не знаю, почему татары не пошли на Великий Новгород? Ведь там несметные богатства!

– Сам Господь защитил северную землю, владыка, – вмешался отец Игнатий. Видно, славные новгородцы не прогневали нашего Господа, потому им так повезло…К тому же, дело шло к весне и болотные хляби разверзлись…Да не нашлось, слава Богу, проводников…Словом, хранил Господь новгородскую землю!

– А может, помогли глухие леса, – пробормотал Ефим Добрыневич. – Однако же леса не спасли Глухов?

– Глухов – не лесной город, – возразил кожемяка Милорад. – Все леса вокруг него давным-давно повыжгли. Когда мы уходили от татарской погони, то едва успели доскакать до дремучего леса…

– Как же ты справился с татарами? – удивился отец Игнатий. – Говорят, что они – неудержимые всадники. Как же вы тогда избавились от этой напасти?

– А вот как, батюшка, – ответствовал Милорад. – Как только татары ворвались в Глухов, мы с женой уже подготовились к бегству из города. Князь же Андрей Всеволодыч с дружиной вел жестокий бой, отступая к северным воротам. А моя Мирина с детьми сидели в телеге, хорошо укрытые от татарских стрел армяками. А когда княжеский отряд быстро выскочил из города, на него накинулись бесчисленные татары! Но русские отчаянно сражались, пробили брешь в рядах поганых и вырвались на свободу! А мои дети с Мириной ехали за ними на телеге. А я с моими двумя отважными братьями замыкали этот побег. Злобные татары кинулись за нами вдогонку, а до леса оставалось версты три. Тогда мы с братьями остановились и стали стрелять из луков. Остановились и татары. Было их около двух десятков. Потом погоня возобновилась. Мы то скакали, то снова задерживали врагов. А тут вдруг упала, по злой судьбе, моя лошадь, споткнувшись о придорожное бревно! Ну, залег я за это бревно и громко крикнул братьям: – Спасайтесь! Скачите быстрее! Я вас прикрою!

Но куда там! Они остановились, поймали моего вставшего на ноги коня, а тут и поганые подоспели. На нас обрушилась целая туча каленых стрел! Мои братья были утыканы этими стрелами, как еж иголками! Тогда я, в отчаянии, наладил стрелу и, натянув тетиву лука, выпустил ее в поганых. Стрела со свистом вонзилась в шею какого-то рослого, дородного татарина! Злодей дернулся, завертелся и, выпустив поводья, свалился тяжелым камнем на сырую землю! Я же спрятался за бревно и затаился…Вдруг слышу со стороны татар дикие крики, можно сказать, вопли…Я глянул туда и не поверил своим глазам: плачут они вовсю, причитают, размахивая руками! Словно забыли обо мне и смертельной угрозе! Соскочили со своих коней и подхватили на руки несчастного покойника. Рыдали по нем и выли как волки! Потом они посадили покойника в седло, крепко его привязали и, вскочив на коней быстро помчались в сторону объятого пламенем Глухова! Так я уцелел по случайности…А потом подошел к телам своих братьев и перекрестился…Достал свою походную лопатку, выкопал им могилу у той дороги…Ну, а там поскакал на своей уцелевшей лошади в сторону дремучего леса…

– Так вот, как вы, несчастные, спаслись, – покачал головой черниговский епископ. – Я сам видел, как отступал со своей дружиной князь Андрей. Мы с черниговскими священниками тогда стояли возле шатра татарского государя. Тот важный татарин наблюдал за осадой города. Ну, выскочили из города в туче пыли русские дружинники, а за ними – повозка и самая малость всадников-горожан…Сначала татары расступились, а потом кинулись на наших воинов темной тучей, и завязалась жестокая битва! Однако нам ничего не было видно из-за пыли и дыма от горевшего города…Я тогда с печалью подумал, что татары одолели наших русских людей…