На болтах Глинна царила ночь. Нужно было либо подождать несколько часов до рассвета, либо двигаться к той части планеты, где сейчас был день.

Ладонь Афры сжала его руку.

– Если вы уйдете, я надену шлем и пойду за вами, – сказала она.

Это была угроза, так как там она встретит не древних финикийцев, а разрушитель.

– Я отдохнул и не теряю бдительности, – ответил Иво. – Бояться нечего.

Но ему было приятно прикосновение ее пальцев – почти любовное пожатие. Несмотря на то, что он отверг ее прошлой ночью, сегодня она общалась с ним с необычайной теплотой.

На первый взгляд, Тир не изменился.

Все те же военные корабли стояли в гавани города-острова, все те же сгрудившиеся дома. Он узнал храмовый комплекс и то место, где ночью он наткнулся на Айю.

– Мы по-видимому, не сдвинулись, – недоуменно пробормотал он.

Иво подумал с удивлением, как это он мог увидеть так подробно город, ведь они наверняка оттащили его от макроскопа, когда он свалился в Средиземное море. Значит, он был здесь!

– Похоже, прыжок на сорок лет, – предположила Афра. – Вперед, назад или в сторону. Вы можете найти характерные детали?

Она отпускала его руку только для того, чтобы позволить скорректировать курс.

Он сфокусировал макроскоп на доме Горолота. В нем жили какие-то незнакомцы, да и очертания здания изменились, будто его перестроили. Иво разочарованно остановился, хотя и понимал, что если бы он увидел Айю и Горолота, то эффект был бы непредсказуем.

– Ты можешь вернуться, – сказал ему по-финикийски мужской голос.

Иво сжал руку Афры:

– Тащите меня! – прокричал он. – Это Шен!

Он, как бы издалека, почувствовал прикосновение ее руки. Она сняла с него окуляры, но картина не изменилась.

– Почему ты противишься мне? – спросил Шен, на сей раз голосом Иво.

– Прежде всего, потому что тебя убьет разрушитель, как только ты завладеешь телом. Разве тебе это не известно?

– Когда я завладею телом, – сказал Шен таким тоном, словно не сомневался, что это в конце концов произойдет, – у меня будет в распоряжении вся твоя память, и я смогу взять все, что пожелаю. Сейчас у меня практически ничего нет. Мне трудно даже связываться с тобой, и это удается лишь тогда, когда твой разум на чем-то сосредоточен. Так что я не знаю, в чем проблема, мне известно лишь, что у вас происходит что-то интересное.

Где-то, бесконечно далеко, чьи-то руки теребили Иво.

– Подожди-ка минуту, Афра, – отозвался Иво. – Он хочет только поговорить.

– Не доверяйте ему, – донесся ее голос откуда-то из бесконечности.

– Дайте мне две минуты.

– У маленького пуританина Иво появилась подружка? – спросил Шен. Он скорее всего что-то знал, но что именно?

– Нет. Слушай, мне нужно объяснить, почему я не могу отдать тебе тело. Мы имеем дело с внеземным сигналом...

– Я могу подарить тебе удачу рыцаря-любовника. Ни одна женщина не устоит против этого. Черная бородавчатая жаба сможет соблазнить принцессу.

– Я это знаю, но не стоит. Эта галактическая цивилизация передает сигнал, который мы назвали разрушителем...

– А что, если тебе выпустить меня на определенный период? На время, достаточное для решения всех ваших проблем?

– Нет! Ты не понимаешь, что я...

– Сынок, ты пытаешься учить меня...

Волна холода, окатившая тело, напомнила Иво падение в Средиземное море. Он взглянул вверх. Над ним стояла Афра с ведром в руках.

– Да, хорошее средство, – сказал он, отряхиваясь.

Она обрушила ему на голову три галлона ледяной воды.

– Вы теперь каждый раз будете попадать в ловушку Шена при работе со скопом? – спросила она. – Вы опять говорили по-финикийски, я поначалу растерялась, но прошло не больше двух минут. Что он хотел?

– Он хочет выйти, – сказал Иво, дрожащими от холода руками стягивая с себя мокрую одежду. – Но он не может выйти, пока я ему не позволю.

– А как же разрушитель?

– Похоже, он не знает о нем и слышать не хочет. Он меня все время перебивал, не давая говорить.

– Он должен знать о разрушителе. Как тогда объяснить послание – «Моя пешка связана»? Он все знал еще тогда.

Чтобы согреться, Иво попытался попрыгать на месте. Но быстро остановился – мокрый пол был слишком скользким под босыми ногами.

– Я не подумал об этом. Значит, он лгал.

– Это тоже маловероятно. Если бы он знал, что разрушитель подействует на него, то разве стал бы рисковать и выходить на него? А если он знает, что разрушитель ему не опасен, то почему тогда прямо не скажет этого? Так что вариантов остается немного.