– С чего это?
– она откусила гамбургер, и невольно представила, из чего он сделан, но даже после этого аппетит не успокоился.

– Мой - томатный, - ехидно ответил Ник. Вася перевела взгляд на коробку его сока и чуть не пришла в бешенство. Ей действительно нравился томатный сок, но и апельсиновый она любила. Однако ей жутко захотелось томатного сока.

– И что с того? Апельсиновый тоже вкусный, - она не понимала к чему этот разговор. Да еще и Марат с Юлей стояли поодаль и разговаривали, оставив ее с этим короткостриженным чудиком наедине.

– Поменяемся? Ты попробуешь мой, я твой, - последняя фраза не была вопросом.

Василиса недоумевала, в чем подвох и почему они разговаривают как друзья. Да он предлагал ей свою дружбу, но это был его фарс и ее минутная слабость. Не более. После того, как они пристали к ней у музея, пытаясь защищать ее права, она поняла, что это для них забава. А теперь что? Он расслабился, когда не было Марата или же это его истинное лицо....Или игра.

– Для начала предъяви справку, что не заразен, - усмехнулась она, снова и снова чувствуя запах булочки и жареной котлеты. Василиса перевела взгляд на Ника, а тот рассмеялся. "Что смешного?" - подумала она, в воображении приближаясь к разговаривающим Марату и Юле.

Трава до сих пор была сочно-зеленой, осень их не тронула, а облака плыли рябью по небу. Ветер чуть успокоился. Идеально для пикника. "Вот сюда бы Арсения" - она невольно вспомнила обнимающихся Арсения и его девушку, и вздохнула.

Пока она засмотрелась на небо, Ник придвинулся и отнял у нее сок и сунул ей свой.

– Страх потерял?
– лишь вымолвила она, когда Ник посасывал ее сок, через каждый глоток говорил "Вкуснятина". Ее это не секунду рассмешило, но гнев не собирался уступать смеху.

– Кажется, я чувствую вкус твоих губ на этой трубочке, - захохотал Ник, заставив Василису едва показать улыбку.

– Это не смешно.

– Но ты улыбнулась, - заметил Ник, свысока глядя на нее.

– Окей, заткнись, - лишь ответила она, отпив томатного сока.

Приближались Марат и Юля. Одногруппница была немного озадачена, это свидетельствовали ее нахмуренные брови. Но, увидев Ника и Васю, мирно сидящих на траве, она улыбнулась.

– Вы подружились?! Прекрасно!
– она села посередине, и похлопала Ника по плечу.

– Разве вы пропустили наш страстный поцелуй?
– лишь пожал плечами Ник, целенаправленно облизывая губы.

Василиса понимала, что он лишь прикалывается, пытается ее высмеять, но ей хотелось рассмеяться. Никому ничего не доказывать.

"Верни ту стену, которая была между тобой и миром", - твердила она себе, это помогло подавить улыбку.

– Ник тебе этого никогда не добиться, - лишь проронила Юля, а затем, почувствовав на себе, взгляд, который повествовал о том, что вызов принят, она добавила: - Никогда.

Василиса, сидевшая рядом с ними, не пыталась вмешаться в беседу. Она мысленно считала до ста, тем самым настраивая себя на холодный лад.

Марат сидел тихо, кушая, и молча, глядел куда-то вдаль. Его как будто тут не было. Или он не хотел показывать свое присутствие?

– Вообще-то я тут, - она склонила голову на бок чтобы увидеть лица Ника и Юли, - И да, единственный кто с тобой целуется - это помидор, на котором ты учишься, - она приторно улыбнулась и смяла пустую коробку сока.

– Это твое ролевое имечко? Помидор,... а что мне нравиться. Хочешь, я буду тебе шептать это на ушко?
– улыбнулся он, изучая ее лицо.

"Въехать бы ему по голове рукой! Когда их не было, он был почти нормальным. Почти. А теперь опять превратился в сия "чудо" - подумала она, кинув коробку прямо в нос Нику, - Выкинь Вася это из головы!"

– Полегче, детка, - улыбнулся Ник, зная, как это ее бесит.

Марат резко поревел взгляд на Васю, которая медленно встала с травы, сжав кулаки от злости. Костяшки побелели. Что так ее задело? Детка. Детка - так ее редко называл Паша. Как говорится, редко, но метко. Это "прозвище" он говорил, когда Василиса была не в духе или случалась ссора, которых было не мало.

Высясь над парнем, она сжимала ладонью кулак. Лента воспоминаний захлестнули ее голову. Паша. Паша. Паша! Она его ненавидела! Ненавидела лишь из-за горько опыта отношения с ним....И теперь любое воспоминание о нем будили в ней ненависть.

– Заткнись!
– сквозь зубы кинула она и пошла в противоположную сторону - одинокого поля. Пустого, как ее душа.

Она снова ушла. Ушла от проблемы, не решив ее. Но Василисе было все равно на них всех. Не было бы этих гонок, ничего бы не было.