— Как думаешь, какая она? Лучше, чем предыдущая?

— Любая будет лучше, чем предыдущая. А теперь заткнись, пока ты действительно ее не разбудила.

Я сидела с какое-то время, пытаясь обдумать то, что услышала. Прошлой ночью я запирала дверь, это точно, так как они тогда сюда попали? И что подразумевалось под «предыдущей»?

Прежде чем я успела слово сказать, у меня громко заурчал живот. Знаете, от такой громкости обычно весь класс на тебя оборачивается и начинает смеяться, пока ты прячешься под партой и пытаешься не покраснеть. В общем, благодаря моему желудку-предателю все шансы подслушать разговор аннулировались.

— Она проснулась! — шторы отодвинулись, и я прикрыла глаза от утреннего света. — О! А она симпатичная!

— И брюнетка. Давно таких не было.

— Спасибо, наверное, — буркнула я, все еще не видя из-за солнца, с кем я разговаривала. — Вы кто?

— Каллиопа! — это представилась та, что постоянно говорила с восклицанием и назвала меня симпатичной. Я заставила себя приподнять веки, чтобы рассмотреть девушку. Ниже меня, со светлыми волосами до талии и круглым лицом, покрывшимся румянцем от радости. Она выглядела такой счастливой, что я боялась, ее разорвет от эмоций.

— Элла, — сухо добавила вторая девушка. Я прищурилась и окинула ее взглядом, чувствуя укол зависти. Темные волосы, высокая, невероятно красивая и явно умирает со скуки.

— А ты Кетрин, — сказала Каллиопа. — София говорила нам о тебе, как ты пришла, чтобы помочь подруге, и что ты останешься с нами на полгода, и…

— Каллиопа, перестань, ты пугаешь ее.

Не знаю, было ли подходящим слово «пугала», но сойдет. Каллиопа вприпрыжку приблизилась ко мне, и я начала отклоняться. Ее избыток чувств меня настораживал.

— Ой, — девушка сделала шаг назад и снова залилась румянцем. — Прости. Ты голодна?

Сделай глубокий вдох, Кейт. Вдох, выдох, вдох, выдох. Может, так эта ситуация начнет приобретать хоть какой-то смысл.

— Сначала она должна одеться, — сказала Элла, идя к шкафу. — Кетрин, какой твой любимый цвет?

— Зови меня Кейт, — процедила я. На улице было слишком рано для этого. — И у меня его нет.

— Нет любимого цвета? — взвизгнула поверженная в шок Каллиопа, подходя ко второй девушке. Я встала и потянулась, не замечая, что они там делают. Обе стояли перед шкафом, полным нарядов.

— Не сегодня, — раздраженно ответила я. — Я и сама могу одеться, знаете ли.

Элла и Каллиопа достали что-то длинное, голубое и мягкое из кипы одежды. Затем повернулись ко мне и протянули…

О нет.

— Одеваться самой не вариант, если только ты не обладаешь сверхъестественной способностью лично зашнуровывать корсет, — сказала Элла с блеском в глазах. Не знаю, от смеха или злорадства. Возможно, и от того, и другого.

Они протянули платье с таким глубоким вырезом, что даже Ава не решилась бы его надеть. Рукава были длинными и узкими, слегка расширяясь в конце. И оно было с кружевом.

У меня округлились глаза.

— Вы же не всерьез?

— Тебе не нравится? — нахмурилась Каллиопа и провела рукой по мягкой ткани. — Как насчет желтого? Тебе пойдет этот цвет.

— Я не ношу платья. Никогда.

Элла фыркнула.

— Мне плевать, отныне будешь. Я в ответе за твой гардероб, и если ты не хочешь носить то, что на тебе сейчас, пока не завоняешь так, что к тебе никто не подойдет, ты наденешь платье.

Я посмотрела на этот голубой ужас.

— Я тебе не кукла. Ты не можешь указывать, что мне носить.

— Вообще-то могу, — ответила она. – И буду. У нас в распоряжении наряды столетней моды, и я могу превратить твою жизнь в кошмар, если ты попытаешься со мной спорить. Никогда не пробовала садиться в кринолине? — она многозначительно на меня посмотрела. — Будешь хорошо себя вести, и я подумаю над тем, чтобы периодически устраивать тебе выходной. Но это мой выбор. Ты отдала свой, когда согласилась остаться здесь.