– Именно так, - сказала я, сдерживая слёзы.
– Спасибо Вам.

Паладин Кросс убрала руку с моего плеча и коротко кивнула.

– Что ж, - она посмотрела на меня, чуть прищурив свои чёрные глаза.
– Теперь я должна задать тебе сложный вопрос, если позволишь.
– Я кивнула.
– Я сопровождала твоего отца на пустошах. Я была обязана ему помочь, ведь он пытался вернуть людям чистую воду. И теперь Старейшина Лайонс одобрил меня в качестве твоего сопровождающего в твоём путешествии. Для меня это большая честь. Я буду очень рада сопровождать тебя на твоём пути и помогать тебе в завершении проекта твоего отца. Ты согласишься на мою сопровождение, Кайли Смит?

– Да, конечно!

Я радостно кивнула, ощущая самое настоящее счастье. Мне очень нравилась высший паладин Кросс и я была несказанно рада, что мы вместе пойдем в Убежище 87.

Паладин Кросс усмехнулась и похлопала меня по плечу.

– Хорошо, - ответила она.
– Тогда расскажи мне о том, куда нам нужно попасть и сообщи все детали, которые мне нужно знать для нашего путешествия.

Я рассказала паладину всё, что узнала у Ротшильда и объяснила ситуацию.

Она кивнула и нахмурила.

– Хорошо, чтобы не терять времени, нам следует выдвинуться завтра же утром. Мы сегодня же должны будем отдохнуть и подготовиться к нашему путешествию, а завтра, когда наши патрули, отправятся на машинах на объезд Столичной Пустоши, они могут нас подхватить и подбросить к пещерам Лэмплайт.

– Отлично, - сказала я, не сдерживая ликующей улыбки.
– Тогда вперёд.

Глава 21. Парадайз-Фоллз

Я проснулась ранним утром. Это было худшее утро в моей жизни.

Самое жуткое, самое страшное.

Утро, когда первой мыслью стало осознание того, что папы больше нет.

Горечь потери выбила из меня остатки сна. Я проснулась, дрожа от бессилия и боли. О, как мне было плохо. Согнувшись, я свернулась калачиком. Я дала волю мучительным рыданиям. Я снова умирала от боли.

От боли от потери отца. От боли от предательства Рэя.

И от любви.

От любви, которая не отпускала меня ни на секунду. Рэй, что ты сделал со мной? Что ты сделал?

Жалея бедняжек, которым ты вскружил голову, я получила от тебя куда больше боли, чем любая из них.

Я успела с головой погрузиться в пучину своих страданий, оплакивая моего отца и мучаясь из-за Рэя. Мне казалось, что нет конца моему безутешному горю, но рыдания отняли у меня все силы, и я задремала.

Я проснулась от стука в дверь. Вскочив с кровати, я щёлкнула замком, открыв его, и увидела на пороге паладина Кросс в полной экипировке.

Кросс сказала, что будет ждать меня у ворот Цитадели, и я мигом побежала собираться. Я заставила себя немного поесть, взяла рюкзак, который я к счастью собрала с вечера, оделась и направилась к воротам.

Мы вышли за пределы Цитадели, под лучи утреннего солнца, разлитого над полуразрушенным городом и мутной водой реки.

Я на мгновение увидела очертания Мемориала Джефферсона на другом берегу, но тут же с болью закрыла глаза и отвернулась.

Я должна думать об отце, о его проекте, а не лить бесконечные слёзы. Разве это поможет ему?

Нет.

Чуть поодаль от ворот Цитадели, за небольшим пригорком я увидела старый довоенный джип. Он был выкрашен в грязный песочный цвет, его корпус и широкие двери выглядели очень прочными. Ребристые колёса машины казались огромными.

Салон машины был бронирован, его мутные стёкла сверкали на солнце. Позади машины был открытый кузов, защищённый двумя металлическими щитками. Я заметила, что в кузове сидели два воина Братства Стали. Паладин Кросс, поспешила к машине, на ходу перехватывая плазменную винтовку.

Она кивком указала мне на кузов джипа, призывая меня садиться туда. Я подошла к машине, ощущая, как пыльный, тёплый ветер касается моей кожи и взъерошивает мне волосы. Недолго думая, я закинула рюкзак в кузов, а паладины помогли забраться в кузов и Догмиту, после чего я забралась туда сама, и мы отправились в путь.

Я взглянула на часы. Мне хотелось спать, ветер казался слишком порывистым, а тоска внутри слишком болезненной.

Через пыльное стекло заднего вида, я заметила, что в салоне машины сидели два паладина Братства, одетые в тяжёлую броню.