Шрифт:
— Опять твои «следилки»?
— А как же. Ну вот, там его и поймали Грюм с Хагридом. Кстати, волшебный глаз Грюма может видеть сквозь мантию-невидимку, надо себе такую штуку раздобыть, — пометил Риддл в неизменной черной тетради, — монокль, мне пойдет! Однако его не выдали, а Хагрид велел прийти к полуночи.
— А ты-то где был, когда все это происходило? — нахмурился я.
— А я изображал Джинни, — фыркнул Том, оценил выражение моего лица и добавил: — Шучу! Джинни сидела там с Миллисентой, а я рядом отирался, под чарами, ясное дело, вот и подслушал… И сходил вслед за Поттером, глянул…
— И как драконы? — зевнул Невилл.
— Сказал же, красавцы! — Риддл посмотрел на него с укоризной. — Но большие, н-да… Одного едва вдесятером сдерживали. Ну да ничего. Кстати, Чарльз тут, Рональд.
— Я не пойду с ним здороваться, если ты об этом, — буркнул я.
— Не надо, я уже сам с ним потрепался, — хмыкнул Том. — Если Хагрид приводит с собой мадам Максим, а заодно и Поттера, отчего бы и мне не заглянуть на огонек, пусть и незваным? Каркаров тоже там ошивался, я заметил. Ну да трудно утаить четырех драконов…
— И… что Чарли сказал?
— Послал меня матом, конечно же, — ответил Риддл. — Ну, главное, я знаю, что все драконы — самки с гнезд. Вот ведь!..
— Почему так? — удивился Невилл.
— Скоро узнаем. Совладать с драконом не так-то просто, но я знаю, как… Давайте спать!
— Мы и спали, пока ты не ввалился, — буркнул я и укрылся с головой.
Тома провожали на первое задание аплодисментами, а он выглядел в точности как древний рыцарь, отправляющийся сражаться с драконом во имя прекрасной дамы…
Собственно, эта сволочь, Риддл, я имею в виду, явно прочел мои мысли, потому что прилюдно вытребовал у Джинни ее ленту и попросил повязать себе на запястье, потому что копья он не припас. По-моему, больше половины девчонок со всех факультетов зашлись от лютой зависти, остальные зрители — от восторга. Джинни же осталась холодна и деланно невозмутима, как леди из легенд, и только потом, в палатке, где переодевались участники (и куда мы проникли нелегально), я увидел, как она кинулась на шею Тому.
— Ты только живым вернись, ладно? — прошептала она. — Моргана с ним, с кубком, ты…
— Я принесу тебе голову дракона, — улыбнулся он.
— Не надо, куда ее девать-то? — машинально ответила Джинни и засмеялась. — Себя принеси. Живым и целым.
— Не сомневайся, — серьезно сказал он и поставил ее на пол. — Брысь отсюда, сейчас остальные придут!
И правда, едва мы выскочили из палатки, как я услышал голоса Делакур, Крама и прочих…
— Джин, не переживай так, — сказал я сестре, когда мы устроились на трибуне. — Это же Том. Что ему какой-то дракон!
— Ага… — вздохнула она и прижалась к моему плечу, а я обнял ее за плечи…
«Забрать золотое яйцо у драконицы из кладки — это придумывали люди с чувством юмора», — подумал я, услышав Бэгмена.
— Давайте смотреть, — дернул меня за рукав Невилл, и мы уставились на стадион.
Вот вышел Крам — этот шарахнул драконицу каким-то заклинанием прямо в глаз, а та задергалась и передавила половину яиц. Я прямо представил, как матерится Чарли и какие объяснительные ему придется писать — драконье яйцо стоит бешеных денег! Особенно китайского, их поди достань еще… Ну да Крам потерял на этом очки, все дело…
Следом вышла Делакур — ей достался уэльский зеленый, и она попыталась как-то зачаровать зверюгу, видимо, вспомнила о своих способностях вейлы. У нее получилось, драконица почти уснула… но всхрапнула, и Флёр порядком обгорела. То есть не она сама, а ее мантия, ну… У нее были красивые ноги. И задание она выполнила.
Потом была очередь Поттера со шведским короткокрылом, и, признаюсь, Гарри здорово всех удивил, призвав метлу! А потом он, как следует раздразнив драконицу («Безумство храбрых», — почему-то подумал я), закружив ее, выхватил золотое яйцо из кладки. Правда, ему перепало шипастым хвостом по плечу, но, думаю, это было не опаснее, чем удар бладжером в лоб…
— Тому придется туго… — пробормотал Невилл, глядя, как наш патрон вальяжной походкой выходит на арену и поднимает руки в приветствии.
Риддлу достался самый опасный из четырех драконов — венгерская хвосторога. Я не поленился и почитал о них, и… У этой твари струя пламени шибала куда дальше, чем у многих других, и сама она была намного крупнее!
— Том, Том, ну пожалуйста… — шептала Джинни, вцепившись в мой локоть. Ей было страшно смотреть, а не смотреть — еще страшнее, я чувствовал, поэтому обнял ее покрепче.