Так что назвать Артема врагом как-то язык не поворачивался. И неизвестно еще, в чем заключается его миссия. Он сказал, что тут за ассенизатора. Дерьмо, значит, убирать. Не мешало бы, кстати. Дерьма в Зоне хоть отбавляй. И если у наших руки доходят только до того, что выгодно, а у кого-то дошли до необходимости прибраться на нашей территории, так и помочь не грех.

Успокоив себя таким образом, я решил очистить ум от вопросов и прибавил шаг. Светало медленно. Впереди, судя по карте, нас ждала дорога на Припять. Но туда даже вдвоем соваться – дурное дело. Там монолитовцы властвуют, а эти ребята совсем без башки. Фанатики, что тут говорить?

– Надеюсь, мы не к самому Саркофагу премся? – спросил я на всякий случай.

– Нет.

– Но ведь Монолит там, судя по слухам.

– Он там без всяких слухов. Просто лежит и все. Точнее, лежит и воздействует.

– На что?

– На все, – коротко отрезал Артем.

Я умолк. В таком режиме не особенно побеседуешь. Но все же меня впечатлило, насколько осведомленными оказались иностранные разведки. Мы тут в Зоне паримся – существует Монолит или нет. А они без всяких сомнений заявляют: лежит, мол, и воздействует потихоньку.

И все же слово «маячки» не давало покоя. Что-то в нем было не очень хорошее. Ведь что такое маячок? Система навигационного наведения. И что же они, басурмане эдакие, наводить-то сюда собрались?

– Бомбить задумали? – напрямую спросил я.

– Что? – не сразу воткнулся в тему Артем. – А... Нет. Ты про маячки?

– Да.

– Они не работают. Их должно быть три. Но один кто-то вытащил из системы, и вся установка накрылась медным тазом. От двух же толку никакого. Только мусорят.

– Это вы их закинули?

– Да, – спокойно кивнул Артем. – Размечали стратегическую трассу, установили навигационный порт...

– Для стратегических ракет трассу?

– Что у тебя одни ракеты в башке? Нет, Лемур. Вот запугали-то вас шпиономанией... До сих пор в себя не придете. Транспортную трассу мы размечали. Транспортную, но очень большого значения.

Как-то у меня все завибрировало внутри от этих слов. Какая, к псевдособакам, транспортная трасса по чужой территории? А напарник топает впереди, и хоть бы что ему. Меня же натурально колотить начало. У меня такое подозрение в голове созрело, что я чуть снова сознания не лишился.

– А почему понадобилось именно в Зоне этот навигационный порт ваш устраивать? – осторожно спросил я.

– Место было безлюдное. Охраняемое. Кто мог подумать, что найдутся идиоты тут жизнью рисковать?

На идиота я не обиделся, а вот насчет всего остального мои подозрения только окрепли. И вспомнилась вдруг фраза Артема, когда я его послал. Мол, идти ему некуда. И произнес он ее так, что от одного воспоминания слеза наворачивается. Некуда. Это разведчику-то?

– Ты издалека? – спросил я, стараясь не выдать дрожания голоса. Но переговорное устройство костюма скрадывало интонации. Можно было не особенно париться.

– Да, – ответил Артем.

Так ответил, что у меня в позвоночнике сразу образовалась корявая глыба льда. И тут же я все понял. И надобность в вопросах почти отпала. Потому что один этот ответ изменил все. И дальнейшие рассуждения уже не имели смысла.

Я сглотнул, но это не помогло. Колотило меня пуще прежнего, но в мигом остуженном мозгу сама собой сложилась стройная картина происходящего. И почему Артем гулял по Зоне в одном свитере, и почему так дерется... Из ряда вон. И стреляет. И почему он вообще такой. Не от мира сего. Конечно, не от сего, если издалека!

– Извини, намусорили мы тут вам, – добавил напарник. – Не со зла.

Это «вам» прозвучало так, что легче мне не стало ничуть.

– Я уже понял, – ответил я. – Трассу размечали. Навигационный портал. Почему тут-то? Не на Луне, не на Марсе?

– На Луне и на Марсе порталы тоже стоят. Вблизи звезд приходится размечать трассу с очень высокой точностью. Чем больше порталов, тем больше точность.

– Понятно, – кивнул я.

– Вряд ли тебе понятно, – вздохнул Артем.

Тоже страшненько так сказал. Я представил, что он сейчас снимет шлем, а под ним вместо человеческой головы окажется нечто ужасное. Состоящее из одних зубов, например.

– Ты только движений очень резких не делай, – попросил я. – А то у меня психика слабая. Человеческая.

– Не перегибай палку. Психика у нас с тобой почти одинаковая. И тело.

– Так это не скафандр?

– Нет. Мы с тобой принадлежим к одной ветви биологического развития. Скажем так. Давным-давно мои предки среди множества планет, пригодных для жизни, посетили Землю. Внедрили в местную экосистему необходимый для возникновения нужного тела геном и отправились дальше.

– Нужного? – удивился я.