— Да какие-то дураки позволили себе пошутить и здорово меня напугали.

Она сморщила неодобрительно нос.

— Это должно быть были Брендон и Грег.

Так как она там стояла, с мокрыми волосами и босиком, моя сестра выглядела такой невинной — такой неспособной, защитить саму себя — что я решила по крайней мере рассказать Люси маленькую часть правды, чтобы она была настороже.

— Я не думаю. Тот, кто звонил сделал вид, что он Дин. Эти оба никогда не были бы так жестоки. Ты не будешь против, если я позвоню Ашеру и попрошу его приехать сюда, пока не вернутся Бен и Лаура?

Люси чувствовала мой страх, она села напротив и коснулась моей руки.

— Ты действительно в шоке, да? Ну, тогда давай, позвони ему. По правде говоря, я тоже буду чувствовать себя лучше, если он будет здесь.

Ашер ответил после первого гудка.

— Мне очень жаль, что приходится тебе звонить, — сказала я нерешительно. — Я знаю, ты сказал, что нельзя, но…

— Они уехали, Реми. Я в любом случае хотел как раз сообщить тебе об этом. Что случилось? — Я рассказала ему, что произошло.

— Я уже еду, — сказал он, прежде чем я смогла высказать свою просьбу. Ещё даже не прошло десяти минут, а он уже звонил и говорил, что стоит возле входной двери.

У меня будто камень с души свалился, и я чуть не запрыгнула в его объятья. Но вместо этого отошла, чтобы запустить его. Когда я обнаружила Габриэля, который по-видимому обходил вокруг дома, я подняла вверх брови.

— А что он здесь делает?

Ашер закрыл дверь, уперев руки в бока.

— Он проверяет, шляется ли кто-то там снаружи. Расскажи мне, что случилось.

Я рассказала о звонках, и он напрягся.

— Оставайся здесь, — сказал он. Я хочу проверить замки и окна.

Люси и я ждали в гостиной, пока он вскоре снова не появился. Хотя казалось, Люси это удивило, он ничего не сказал. Когда во входную дверь постучали, Ашер открыл и тихо говорил с Габриэлем. Я услышала, как он попрощался со своим братом, потом вернулся в гостиную.

— Ничего. Никакого следа, никаких намёков на то, что здесь кто-то поблизости ошивался. — Ашер и я посмотрели друг на друга. Собственно таким образом он хотел сказать, что тот, кто звонил, не был защитником.

— Реми думает, что это был Дин. — Люси нервно заправила волосы за ухо.

— Возможно, Бен сможет кому-то поручить, выяснить его местонахождение. Во всяком случае, теперь я останусь здесь, пока не вернутся ваши родители. — Говоря простым языком это значило, что он уже поручил своем брату проверить Дина.

Люси кивнула и начала зевать.

— Спасибо, Ашер. И передай так же своему брату привет. Я бы никогда не подумала, что он сделает что-то такое милое. Не во вред ему сказано.

— Всё нормально. — Прежде чем я смогла развеять её иллюзии относительно мотивов Габриэля — которые все были связаны с его братом и совершенно ничего общего не имели с нами — Люси пожелала нам спокойной ночи и пошла наверх. Ашер и я остались, как вкопанные, стоять и смотрели друг на друга.

Внезапно он обнял меня и прижал к себе. Он гладил мою спину, и в первый раз за несколько дней я почувствовала себя в безопасности. Испытав облегчение, что могу его касаться, я крепко его обняла и вдохнула его запах. Я не знаю, как долго мы так стояли, но я чувствовала себя так, будто вернулась домой. В конце концов, он отстранился и посмотрел мне в лицо.

— Габриэль проверяет сейчас Дина. Скоро мы узнаем больше. — Он сглотнул. — Спенсер и Миранда уехали незадолго до твоего звонка, и я был уверен, что они что-то заметили по нашему поведению. Я ещё никогда не испытывал такого страха.

Я убрала волосы у него со лба.

— Мне очень жаль. Я не хотела рисковать из-за Люси. — Когда я замешкалась, он посмотрел на меня с подозрением.

— Что ты от меня скрываешь?

Я вздохнула.

— Я думаю, в последние дни кто-то меня преследовал. Ничего, что я могла бы точно определить, а когда я поворачиваюсь, там никогда никого нет. Тем не менее, я могла бы поклясться, что за мной кто-то следует.

Он опустился на диван, упёрся локтями в колени и устало провёл одной рукой по лицу.

— Об этом ты должна была рассказать мне. Мы составили планы, чтобы помочь тебе, но они все бесполезны, если ты молчишь. Ты не единственная, чья жизнь находится под угрозой. Твоя семья, моя семья. Мы все в опасности!

Сразу же я почувствовала угрызения совести. Но после того как я всю жизнь сама заботилась о себе, мой здравый смысл подкачал. Я села рядом с ним, не касаясь его по-настоящему.

— Мне очень жаль. Я даже не знаю, о чём я думала.

— Ты можешь сама обо всех и обо всём позаботиться, вот что ты думала. Но не о том, что мы будем делать, если с тобой что-то случиться. У тебя есть желание умереть?