Мои надежды гасли с каждой пролистанной страницей, так что я чуть не пропустила надпись «Корвин» на одной из них. Рядом с именем увидела два рисунка. На одном смутно узнавалась перчатка с острыми лезвиями, выступающими из костяшек. На другом — причудливые каракули на темном полукруге. Я посмотрела на второй рисунок. Каракули ни о чем мне не говорили.

Зазвонил телефон.

Я взглянула на него. Он снова зазвонил. Задумалась, следует ли мне ответить.

Включился интерком, и Максин сказала:

— Ответьте, дорогая. Это вас.

Откуда она узнала? Я подняла трубку:

— Да?

— Привет, солнышко, — поздоровался Джим.

— Я немного занята.

Повернув рисунок боком, я осмотрела каракули. По-прежнему ничего.

— Черт, нет.

— Да. Никаких заданий для меня.

— Я звоню не по этому.

Хмуро посмотрев на телефон, я перевернула страницу вверх тормашками.

— Слушаю.

— Кое-кто хочет с тобой встретиться.

— Пусть встанет в очередь,— пробормотала я. Каракули напомнили мне что-то.

— Кроме шуток, Кейт.

— Такие парни, как ты, никогда и не шутят потому, что очень заняты, доказывая свою крутизну. Да ладно, думаешь, черный плащ прибавит тебе очков? Ну, не в середине же весны в Атланте! И вообще у меня нет времени на встречи.

Джим понизил голос и произнес каждое слово по отдельности:

— Подумай хорошенько. Ты действительно хочешь, чтобы я отказал ему?

Что-то в том, как он произнес «ему», насторожило меня. Кто же способен впечатлить Джима настолько, что тот заговорил таким тоном?

— Чем же я заслужила внимание Повелителя Оборотней? — спросила я сухо.

— Ты сейчас в офисе Оракула, не так ли?

Туше.

Повелитель Оборотней — Король Стаи, управляющий своими братьями железным кулаком. Мало кто видел его, но слухов о нем было достаточно, чтобы заставить самых громких оборотней замолчать. Одним словом, он был тем, кого отец с Грегом советовали избегать. Я стиснула зубы, придумывая, как отвертеться от встречи. Мне всё равно пришлось бы опросить людей, чтобы узнать о вампире. Так что не было никакой необходимости посещать логово оборотней.

— Твоя безопасность гарантирована, — сказал Джим. — Я буду там.

— Слабое утешение, — пробормотала я. Должен быть способ уклониться от приглашения. Я посмотрела на неподатливые каракули...

— Слушай, — попытался убедить меня Джим, — обдумай...

— Передай ему, что наша встреча состоится сегодня вечером в уединенном месте. Я отвечу на его вопросы, если он ответит на мои.

— Согласен. В одиннадцать часов, перекресток Юникорн и Тринадцатой.

Он повесил трубку. Я постучала по столу пальцами. И наконец поняла, что значили каракули. На фоне полукруглой луны виднелась голова воющего волка. Знак Стаи. Корвин — оборотень.

Мне хотелось кое-что узнать у Максин. Я сосредоточилась и прошептала так тихо, что не услышала себя. Несмотря на то, что настоящие коммуникаторы могут сосредоточиться настолько, чтобы передать свои мысли, не произнося слов, мне все равно пришлось шевелить губами.

— Максин?

— Да, дорогая? — голос Максин зазвучал у меня в голове.

— Мне звонил кто-нибудь еще?

— Нет.

— Спасибо.

— Не за что.

Положив страницу на место, я вышла из кабинета. Максин — телепат. И весьма сильный. Отныне никаких размышлений в офисе.

Я почти бегом спускалась по лестнице. К мысли о том, что кто-то копается у тебя в голове, нужно еще привыкнуть.

Я вернулась в квартиру. Сев на пол и прислонившись к двери, глубоко вздохнула. Всю мою жизнь меня учили избегать могущественных. Не хвастаться. Защищать свою кровь, потому что она может выдать. Если ты истекаешь кровью, протри рану и сожги тряпку. Сожги бинты. Если кто-то получит образец твоей крови — уничтожь его и образец. Сначала это было вопросом выживания. Позже стало делом мести.

Встретиться с Повелителем Оборотней значило нарушить свои правила и с головой погрузиться в политику Атланты. Он был одним из тяжеловесов. Я могла бы не встречаться с ним. Все, что мне нужно было сделать — уйти. Так легко. Перед глазами пронеслось видение Анны со мной в главной роли.

В квартире было тихо. В ней ощущалось присутствие Грега и его необычайная жизненная сила, она наполнена всем, что делало его тем, кем он был. Грег похож на моего отца: такой же непреклонный, не зависящий от чужого мнения, делал то, что считал нужным.