Страсти подогревались и тем обстоятельством, что в презентации должны были принимать участие не только политики, но и влиятельные бизнесмены, банкиры, журналисты, деятели культуры. Осипов с трудом провел Дронго в здание, где должна была состояться презентация.

– Здесь можно поместить стадо слонов, – проворчал Дронго, осматривая помещения. – Зачем вам Лев Григорьевич? Если Рашников захочет, он пройдет откуда угодно. Здесь такое множество дверей.

– Нет, – возразил Осипов, – я говорил со службой охраны. Все двери будут перекрыты. Даже Премьер-министр будет входить вместе со всеми через парадный вход. Всех гостей будут проверять на металлоискателе. В здании останутся только сотрудники ФСБ.

– И все-таки футбол, – упрямо произнес Дронго, – хотя день сегодня действительно неприятный. Ужасная влажность. И плюс пятница, тринадцатое число. Такое количество неприятных совпадений!

– Посмотрим, – вздохнул Осипов, – на всякий случай на крышах соседних зданий будут дежурить снайперы.

– Нужно осмотреть все помещения в здании, – вздохнул Дронго, – и желательно проверить еще раз всех' работников, которые сегодня вечером войдут сюда. Я него может быть сообщник.

– Я «ликвидаторов» не бывает сообщников, – убежденно ответил Осипов.

– Именно поэтому у него должен быть помощник, – возразил Дронго, – он знает, что мы этого не ждем. И он в очень непростой ситуации. Мы заранее знаем, кто будет наносить удар. То есть мы точно знаем будущего убийцу. А значит, он должен появиться в последний момент. И без лишней пары глаз он никак не может обойтись.

Осипов не ответил. Он раздумывал над словами Дронго, пока они обходили здание. А через несколько минут сказал:

– Может быть, вы и правы. Только я никогда в жизни не слышал, чтобы «ликвидатора» брали на месте преступления. Такого просто не бывает. Иначе этот человек не «ликвидатор». Он обязан предусмотреть все мелочи. Так, чтобы мы, зная, кого конкретно ищем, все равно проиграли.

– Значит, будем ломать традицию, – зло ответил Дронго. – Если мы не сумеем его обнаружить, значит, нам всем пора на пенсию. В принципе, насчет «ликвидаторов» вы правы. Но все это верно только в том случае, когда неизвестно, кто выступит в роли «ликвидатора». Нам это известно. Я убежден, что у него есть помощник. В его ситуации это просто необходимо.

– Идемте к выходу, – взглянул на часы Осипов, – сейчас сюда приедет Потапов со своими людьми. Пусть теперь они побегают по этому зданию. В конце концов это их прямая обязанность – защищать нас от возможных убийц.

Они направились к выходу, где уже стояли Потапов и его сотрудники. Машков, увидев Дронго, кивнул ему в знак приветствия. Сегодня они все отвечали за безопасность гостей в этом здании. Потапов подошел к ним, сухо кивнул, после чего протянул руку.

– Я вас опять неприятности? – спросил Дронго.

– Прокуратура не закрывает дело Лосякина, – сообщил Потапов. – Они считают, что происхождение денег так и не было установлено. А мы не можем предъявить им нашу пленку. Кроме того, наши аналитики считают, что была и другая пленка, на которой запись разговора Лосякина с заказчиком. Но ее мы не можем найти.

– Где вы ее искали? – спросил Дронго.

– В доме и на даче Лосякиных. Даже нашли тайник, но пленки там не было. Говорят, что у него была где-то другая квартира, где он встречался иногда с женщинами. Но мы не знаем точного адреса.

– Он не стал бы там ничего держать, – возразил Дронго. – Вы искали у него в служебном кабинете?

– Конечно. Думаете, он прятал пленку в своем кабинете?

– Нет, не думаю. Где вы нашли тайник?

– На даче, – сообщил Потапов, – на веранде. Он сделал тайник прямо на веранде.

– И там не было пленки?

– Не было.

– Все верно. Он не стал бы прятать такую улику на государственной даче, которую могут отобрать. В тайнике могли быть только деньги. Не стал бы он ее прятать и квартире, где принимал женщин. Она наверняка большую часть времени пустует, а он знал, что любую дверь можно открыть. Служебный кабинет тоже можно исключить. Если бы его сняли с работы, он никогда больше не смог бы попасть туда. Остается только его квартира. Там всегда кто-то есть, и только там он мог спрятать пленку.

– Мы провели обыск в его квартире, – напомнил Потапов.

– Этого мало, – возразил Дронго, – нужен повторный обыск.

– Что значит повторный? – спросил Потапов. – Прокуратура не даст второй раз санкции на обыск.

– Большинство людей, когда теряют в доме какую-нибудь вещь, начинают ее лихорадочно повсюду искать и тратят на это уйму времени, – заметил Дронго, – а иногда полезно просто сесть, успокоиться и вспомнить, где ты оставил эту вещь.

– Не понимаю, о чем вы говорите, – поморщился Потапов.