«Они меня убивают…» – с ужасом подумала Элла перед тем, как отключиться.

Через несколько секунд она уже спала.

– Оставьте ее и еще раз обыщите всю квартиру, – приказала незнакомка. Она достала телефон и набрала тот же номер, что и в первый раз. – Кужелева спит, – сообщила она подполковнику Самедову, – она стала кричать, и нам пришлось ее усыпить.

– Сколько времени это продлится? – спросил он.

– Часа два или три, – ответила она, взглянув на спящую Эллу.

– Хорошо. Мы постараемся закончить за это время.

Незнакомка убрала телефон и кивнула еще раз своим сотрудникам:

– Давайте быстрее, у нас мало времени. Надеюсь, что за три часа он сумеет уговорить врача сдать нам Саида.

В этот день он впервые приехал в Москву после своей «смерти». Все прошло так, как он запланировал – спокойно и безо всяких накладок. Больше всего на свете Рашников не любил неожиданностей. Всегда быть готовым к неожиданностям и стараться избегать их во время выполнения задания – именно такие указания давал он Шакалу, когда тот проходил переподготовку в одном из лагерей в Восточной Германии.

Рашников все рассчитал безупречно. Он исчез из Твери, чтобы воскреснуть сначала в Лихославле, а затем и в Москве. В столицу он приехал моложавым подтянутым мужчиной лет сорока пяти. Рашников перекрасил волосы, надел очки в дорогой оправе, в которых были обычные стекла. Несмотря на его возраст, зрение у него было отменным, какое обычно бывает у летчиков и снайперов. И те очки в роговой оправе, которые были на нем во время приезда Лосякина, служили всего лишь маскировкой, к которой он иногда прибегал.

Светлый костюм, шелковый галстук, золотой браслет на правой руке – никто из знавших Рашникова в Твери не смог бы узнать в этом человеке скромного пенсионера – заместителя директора местного спорткомплекса. Он расширил себе ноздри, вставив два небольших тампона ваты, сделал более очерченными скулы, наклеил щегольские усики, проходившие тонкой полоской над верхней губой. С внешностью все было в порядке. Теперь следовало подумать о документах. К счастью, даже спустя столько лет после распада страны в России все еще пользовались паспортами бывшего Советского Союза. Этого добра у него было много и на разные фамилии. Теперь следовало позаботиться о загранпаспорте. Я него было две возможности. Либо купить паспорт за сходную цену – с этим не было проблем, либо оформить его в каком-нибудь туристическом агентстве. Он выбрал второе.

Приехав в Москву, он первым делом сделал несколько фотографий на паспорт. Затем посетил два крупных туристических агентства, которые гарантировали своим клиентам получение новых паспортов и виз для поездки за рубеж. Он выбирал самые дорогие туры в страны Европы, щедро проплачивая аванс – и за оформление нужных документов, и за саму поездку, которая была запланирована на будущий год.

Такие клиенты – всегда желанные гости в туристических агентствах. Это не обычные туристы, которые покупают здесь путевки за несколько сот долларов, готовые жить в дешевой гостинице и экономить на еде, чтобы повидать другую страну. Они обычно долго примериваются, прицениваются, выискивая самые дешевые туры. А вот такие, как Рашников, попадаются турагентствам нечасто. Они заказывают самые фешенебельные отели, самые лучшие маршруты, самые дорогие места в самолетах лучших авиакомпаний мира. Для таких людей ничего не стоит потратить на одну поездку несколько тысяч долларов. Понятно, что встречают их с распростертыми объятиями.

В обеих турфирмах оценили удачу, которая им улыбнулась, приведя такого клиента, как Рашников. И там, и там ему твердо гарантировали не только получение нового паспорта в течение недели, но и оформление всех необходимых документов для получения иностранных виз.

В каждое из турагентств Рашников, как и положено, сдал по старому советскому паспорту. В одном была его фотография в очках, в другом – без них. Нанося визиты в эти фирмы, он принимал соответствующий облик. При этом оба паспорта были, естественно, на разные фамилии.

К трем часам дня с формальностями было покончено. Проходя мимо какого-то ресторана, он решил зайти пообедать. Роскошное здание было ему неизвестно, хотя в Москве он прожил больше двадцати лет. В прохладном вестибюле его встретил швейцар, снявший при виде гостя фуражку. В прежние времена швейцарам нужно было неплохо заплатить, чтобы попасть в ресторан. Теперь все изменилось. Любезный гардеробщик предложил Рашникову принять его «дипломат», но тот отказался и прошел дальше. Напротив висело большое зеркало. Взглянув на свое отражение, Рашников улыбнулся. Он действительно помолодел. И не только благодаря гриму. Он чувствовал себя так, словно сбросил целых десять лет. Ощущение собственной нужности и востребованности придало ему сил. Ему казалось, что ему и вправду сорок пять.

Приветливый метрдотель сразу предложил удобный столик в огромном пустом зале, а мгновенно появившийся официант излучал само добродушие. Рашников подумал, что переход к капитализму, принявший столь уродливые формы в провинции, оказался весьма благоприятным для столицы, столь разительно изменившейся за последнее время. Уже сидя за столом, он обратил внимание на свои руки. Навыки, наработанные за долгие годы, не подвели его. Грубоватые, отекшие, с набухшими венами, они внезапно преобразились в элегантные красивые руки с длинными пальцами пианиста. Они быстро вспомнили, как правильно держать столовые приборы, тщательно разрезая куски мяса перед тем, как отправить их в рот. Рашников почувствовал, что начинает входить в образ.