– Сколько? Этого хватит?

– Посмотрим. Надо поговорить с ними. Они видят в нас друзей и пропустят нас, если мы убедим их это сделать.

– Тогда пошли вместе…

Полковник обернулся и сделал грузинам знак «стоять на месте». Привал.

На то, чтобы догнать пастухов с их овечьим стадом, времени понадобилось совсем немного. Они уже стояли, говоря с людьми в старой американской форме – наверное, с мобрезерва в качестве военной помощи. Пока все было нормально. Они стояли грамотно, прикрывая друг друга и все направления, и двое вскинули автоматы, как только увидели их. Донелли поднял руки, показывая, что их не нужно опасаться.

– Хей! Донт шут! Донт шут!

Оставалось надеяться, что они учились у инструкторов НАТО и не забыли язык.

– Хей, донт шут! Американ гавернмент! Американ гавернмент! О’кей?!

И тут один из стариков чуть повернулся… возможно, умышленно, а возможно, и нет. И полковник ВВС США Майкл Кокс, человек, выживший в Афганистане, в Ливии и в десятке других поганых местечек, увидел его глаза, полные тревоги и страха. И все понял. Можно одеть форму и даже выучить чужой язык – но местные, прожившие здесь долгое время, не обманутся, они прекрасно знают, кто есть кто.

В отличие от них – американских идиотов.

– Засада!

Рука уже выдернула «Глок» из кармана, когда дуло направленного на него автомата запульсировало огнем. В следующую секунду он понял, что лежит навзничь на земле. Больно не было, а перед глазами – только небо. Синее-синее, как море.

А потом перед глазами появилось бородатое лицо. Черная повязка на голове, и опаленный ствол «калашникова».

– Аллах Акбар!

Выстрела полковник не услышал. Вместо этого он вдруг сорвался с места и со страшной силой полетел вверх, в небеса. В небо, в котором он еще восьмилетним пацаном в Канзасе мечтал парить, как птица. Теперь его мечта наконец-то осуществилась…

24 июня 2015 года. Белосток, Польша

В машине было темно. Мутило от курева, дурного кофе, который они купили в саморазогревающихся банках и пили, от переполненного мочевого пузыря, от долгого ожидания. В машине был биотуалет, но, видимо, с ним что-то было не так – воняло, как из пехотного кадетского нужника. Адмирал поймал себя на мысли, что уж на кораблях-то так никогда не воняет – флот всегда более чистоплотен, чем армия, на флоте корабль – это дом…

Дивизионный генерал Роман Полько, который лично присутствовал при спецоперации, с омерзительным хлопком вскрыл еще одну банку с кофе. Хлебнул, скривился, но предложил адмиралу…

– Будешь?

– Нет, спасибо. Кислота скоро прожжет мой желудок насквозь.

– Бывает и хуже…

Их машина – здоровенный фургон «Мерседес» – стояла в каком-то дворе, в одном из кварталов пограничного города Белостока, совершенно советского вида города, в котором ужасающие русские многоэтажки-скворечники перемежались с новыми домами и с памятниками старины. Город сильно пострадал во время Второй мировой, но, в отличие от Варшавы, его не стали восстанавливать – просто застроили заново. Сейчас он обрел второе дыхание: белорусы, граница с которыми была совсем рядом, ездили сюда работать, ездили сюда и покупать то, что в Беларуси купить нельзя. Там диктатура.

Генерал достал из кармана ополовиненную упаковку, выдавил на ладонь белую таблетку, сунул в рот. Щелочь, чтобы нейтрализовать скопившуюся в желудке от дурного кофе кислоту. Скоро станет полегче.

Он чувствовал себя старым и усталым. Прямой рейс из Тбилиси на Варшаву польской авиакомпании «Лот» прибывал в Варшаву в ноль триста пятьдесят зулу [83] 83

По Гринвичу. Зулу тайм – время по Гринвичу, военный термин.

[Закрыть] , и он совершенно не выспался…

– Какого черта мы здесь сидим?

Поляк улыбнулся.

– Скоро. Марек, что там?

Один из операторов коротко переговорил с кем-то по рации.

– Они уже на Йозефа Пилсудского, пан генерал.

– Кто они? – взорвался адмирал МакРейвен. – Что ты, черт тебя возьми, скрываешь? Я не склонен разгадывать шарады, у меня нет на это времени!

– Сейчас увидишь, – ответил поляк. – Долго там?

– Минут пять-семь…

Даже время поляки вымеряли, как русские, – неточно. Интересно, почему они так плохо живут с русскими, если они по сути одинаковые?

Адмирал откинулся на спинку неудобного пластикового сиденья. Все плохо. В Грузии убиты двое американцев, в том числе оперативник высокого уровня военной разведки: они должны были поставить навигационные маяки в русских горах. Этого не сделано, и значит, операция тоже сорвалась, не успев начаться. Грузины ничего не могут понять и, похоже, врут – неофициальный разговор с военным атташе в Тбилиси дал основания полагать, что они сами во всем этом увязли по уши и сознательно врут. В Москве произошло несколько убийств, русские отказались сотрудничать. Теперь еще и это…