– Может, потому что твое дыхание разрушает клетки моего мозга.

– Как будто их там много! – Пол смеется и поднимет свое пиво, прежде чем уронить его мне на колени.
– Бум, бросок микрофона. (примечательно амер. термин, который означает бросок микрофона в конце выступления, чтобы показаться «крутым»)

Пиво разбрызгивается на моем платье и плещется на моих коленях.

– Пол, какого черта? – я бью его своим букетом, который он ловит своими руками и нюхает.

– Оу, ты чувствуешь себя уродиной? Не переживай, никто не подумает, что я пролил на тебя пиво, все подумают, что ты описалась.

– Чем это лучше?

Он смеется, во всю глотку ржет. Схватив мой маленький букет, он втыкает его мне в затылок, в качестве аксессуара для моих волос, и хлопает.

– Ни чем. Но этот букет божественен на тебе, - он поднимается надо мной, и кричит всем на свадьбе. – Эй все, не переживайте, я не проливал пиво на Марли, она просто описала свои трусики. У нее в детстве был слаборазвитый мочевой канал, теперь я понимаю, что у нее есть проблемы с этим. Не судите ее недержание мочи.

– Пол, тебе бы лучше заткнуться к чертовой матери прямо сейчас, - говорю я сквозь стиснутые зубы.

В этот момент, я мечтаю о змеином яде, который бы выстреливал из моего рта, когда бы я не захотела. Я бы содрала кожу с лица Пола своей безумной змеиной сывороткой, выстреливающей из моих взбешенных гланд.

– Не говори мне заткнуться на моей собственной свадьбе, - Пол спотыкается, когда понимается на свои шаткие, длинные ноги. Он тянет к своему боку Саванну и целует ее в голову. – Мы хотим поблагодарить вас всех, присутствующих здесь, несмотря на Марли, которая портит все своим представлением с недоразвитым мочевым каналом, мы не можем не сказать, что рады, что вы приехали. Прошлой ночью, я разговаривал с моим лучшим другом Портером об их отношениях с моей сестрой…

– Что ты делаешь? Сядь. Сядь сейчас же, - я тяну его за пиджак, но он просто пьяно отталкивает меня.

– Я думал у нас будет еще одна свадьба, но оказывается, это была только интрижка и он видит мою Марли не больше, чем младшую сестру, - слышится коллективное «ах!» в толпе.
– Я знаю, мы были немного сентиментальными. Портер найдет свою одну единственную однажды. Марли, она превратиться в старую-одетую-в-кардиган попрошайку со вставной челюстью. Но мы будет по-прежнему ее любить.

Пол поворачивается ко мне и снова щекочет мой подбородок. В этот момент, я хватаю его руку и скручиваю ее до того состояния, пока он не наклоняется и не кричит.

– Я сказала тебе заткнуться, - теперь я стою над ним, рука скручена достаточно, чтобы он почувствовал боль сквозь затуманенную алкоголем голову, пока чистая, убивающая драконов ярость выливается из меня.

– Марли, отпусти своего брата.

Папа держит пиво в своей руке… пиво!!!

– Пап, ты что пьешь?

– Портер дал его мне. Предложил мне расслабиться.

Портер вступает в резню МакМэннов, замыкая круг.

– Он казался напряженным из-за свадьбы Пола. Я подумал, что для него это будет неплохо.

– Он не пьет!
– я ору, пока отпускаю руку Пола, который валится на землю, сжимая свои руки и поднимая их к небу, молясь Богу о своей жертве.

– Я всего-то выпил немного, Марли. Я взрослый мужчина. Я знаю, что я делаю.

Я поворачиваюсь к Портеру и тычу своим пальцем в его грудь. Он смотрит вниз на мое платье и делает худшую вещь, которую он вообще мог сделать в этой ситуации, он улыбается.

И после этого, меня переклинивает. Катушка жалких неудач пробегает в моей голове, когда мои плечи двигаются с моим интенсивным дыханием и моей вздымающейся грудью.

Бутылки с мочой, щетина, мужской туман, грязная ванна, тушь в лобковых волосах, ДНК в моих тенях для век, фланелевые рубашки повсюду.

Калейдоскоп клетки переполняет мои глаза, и я ощущаю, как мои поры наливаются кровью. Я выхватываю пиво из рук моего отца, поднимаю его над своей головой, с хриплым криком, который я могу описать, как комбинацию звуков возбужденной гиены и кошки во время течки, а потом швыряю бутылку на землю, едва не задев голову Пола.

Прежде чем я могу остановить себя, я направляюсь в сторону дома, где нахожу сумку с рубашками, которую я собрала, когда ранее убиралась в туалете в «Тэси», и несу ее на площадку для колки дров, на улицу. Бесконтрольно подергиваясь, со слюной, грозящей вытечь из моего рта, я хватаю топор и заношу его над головой, готовая к удару.

– Марли, опусти топор вниз и отойди от рубашек, - говорит Портер с вытянутыми руками, будто хочет помочь.

– Пуговка, пожалуйста, опусти топор вниз. Мы можем обсудить все, что тебя беспокоит. Пожалуйста, не руби папину фланелевую рубашку.