– Прохладное утро, ты не находишь?

– Ага, - я беру хот-дог и засовываю его в рот, пытаясь не подавиться от поедания предмета фаллической формы, такое огромное количество раз за последние несколько дней. – Было немного инея на траве, когда я проснулся. Слышал, это означает, что будет суровая зима.

– Так написано в календаре, - подтверждает Берни, крошки от чипсов случайно падают на его бороду, которую он отрастил на зимний период.

– Как кукуруза? Готова к сборке?

– Практически. На подходе. У нас спелый урожай в этом году, тыквы больше, чем когда-либо. Мой друг Томас поможет мне с Тыквенным Полем и Тракторными гонками. Если мы сможем подготовить все в этом году, то это может стать ежегодной традицией. Он на пенсии и ищет чем заняться, и я знаю несколько дам в городе, которые хотели бы продавать домашний, яблочный сидр и пончики. Это может стать началом традиции на ферме МакМэннов.

– Серьезно?
– спрашиваю я, немного в шоке, услышав впервые идею о Тыквенном поле.
– Я не знал, что ты собираешься открыть ферму для посетителей. Когда все началось?

Берни вытирает рот салфеткой, прежде чем заговорить.

– Я подумывал о способах расширения. Существует потребность у местных в Тыквенном поле, поэтому, когда ты начал работать со своим мылом, я начал мозговой штурм с Томасом.

– Но почему ты не взял меня? – меня немного ранило то, что я не был включен в идею о Тыквенном поле.

Положив хот-дог, Берни складывает руки перед собой.

– Портер, когда я увидел страсть, которая у тебя есть к Мылу для Мужчин, я знал, что это сработает…

– Ты не знаешь этого, - я трясу головой.
– Ты слышал Марли. Нет никакой чертовой надежды, что это вообще произойдет, учитывая, что сейчас происходит на рынке.

– Я люблю свою дочь, очень сильно, но она иногда может быть дурочкой. Она может и знает все тонкости индустрии красоты, но она знает это только о женщинах. Она не знает, что происходит в голове у мужчины… что мы ищем. Будет ли твое мыло продаваться в Уолмарте? Я не знаю. Я могу представить, как оно продается партиями в хипстерских магазинах, как Urban Outfitters? Да.

– Ты знаешь Urban Outfitters? – спрашиваю я, морща нос.

Берни смеется.

– Я провел свое исследование. Я верю в твой бренд, и знаю, что он пойдет. Ты просто должен иметь веру. Поэтому я начал подумывать о других способах, проведения своего времени на этой ферме. Другие способы, чтобы привлечь людей. Ты не обязан оставаться здесь надолго, Портер.

– Что ты имеешь в виду?

– Разве ты не понимаешь? Как только твое мыло взлетит, ты вероятно, должен будешь переехать ближе к производителю продукта. Тебе не обязательно жить на ферме вечно, сынок. Мне нужно найти новые способы проводить мое время здесь. Это именно то, что я делаю.

– Я не хочу переезжать, Берни. Ты нужен мне.

Берни похлопывает меня по плечу и улыбается.

– Я люблю тебя, Портер, но ты не только наемный работник здесь. Если ты не уедешь, когда «Педерсон Групп» выберут твое мыло, тогда я вышвырну тебя отсюда.

– Но…

Берни останавливает меня, прежде чем я успеваю закончить.

– Позволь мне спросить тебя кое о чем. Моя дочь что-то значит для тебя?

Пот начинает появляться над моей верхней губой, от подаренного мне взгляда Берни.

– Что ты имеешь в виду?

– Это простой вопрос, Портер, - Берни делает глоток своего корневого пива. – Моя дочь что-то значит для тебя?

Это вообще-то не простой вопрос, но я не хочу вдаваться в детали с Берни.

– Ну, я знаю ее большую часть своей жизни, конечно, она кое-что значит для меня.

.- Не очень удачный ответ. В этом прошедшем путешествии, ты собирался разбить ее сердце?

– О чем ты говоришь? – спрашиваю я, моя нога трясется, а нервы почти на пределе.

– Вчера утром, перед ее отъездом, я держал ее за руку, пока она плакала. Она не сказала из-за чего она плачет или из-за чего так расстроена, но вчера, глядя ей в глаза, могу сказать, что это было связано с тобой. Когда вы трое были маленькими, Глория и я наблюдали за вашей игрой с крыльца. Мы попивали свое коренное пиво вместе и разговаривали о будущем, которое вас ожидает, когда ваши гормоны начали давать о себе знать. Глория всегда говорила мне, что она видит что-то между вами двумя, но я никогда не замечал этого. Так было до выпускного класса Марли в старшей школе, когда я заметил изменение твоего отношения к ней. Ты был не просто защитником, ты был собственником. И когда я подумал, что, наконец, что-то произойдет между вами двумя, Марли уехала в колледж, не оглядываясь.

Столько все было скрыто.

– Что-то было между вами тогда?

Я откашливаюсь и впиваюсь взглядом в свою тарелку, не в состоянии посмотреть Берни в глаза.

– Не совсем. В смысле, могло бы что-то быть, но я не позволил этому произойти. Не потому что я не хотел этого, а потому что я не хотел ее удерживать. Если бы я рассказал ей о своих чувствах, она бы бросила свою стажировку и осталась. Я не хотел, чтобы это произошло.

– Итак, ты принес жертву, ранив ее, но также и защитив ее, - я только киваю головой. – Это похвально. Так, что же произошло в этот раз?