Грейфелл выглядел гораздо менее взволнованным. Софи могла видеть напряжение в каждой мышце его тела. И его синеватые крылья продолжали нервно хлопать.

Все хорошо, передала Софи. Поверь. Друг.

Грейфелл заржал, но продолжил нервничать. Силвени, между тем, переключилась на Кифа и стала тыкаться носом в него, и наконец он по-настоящему улыбнулся.

– Эй, Блестящая Задница, - сказал он.
– Рад, что ты по мне скучала.

КИФ! КИФ! КИФ!

Софи подавила всхлип, когда поняла, что это мог быть последний раз, когда она видит Силвени. Аликорн могла проигнорировать ее передачу или улететь так далеко, что Софи не сможет связаться с ней, или... могло произойти что-то похуже, о чем Софи не хотела думать.

ГРУСТНО? спросила Силвени.

Да, призналась Софи. Но все будет хорошо.

Она очень хотела, что слова были правдивы, когда приложила все усилия, чтобы объяснить Силвени и Грейфеллу, что происходит. Они, казалось, не поняли, пока она не сказала Юреку развязать золотые веревки и отойти от аликорнов, чтобы те смогли улететь, если захотят.

Свободны, сказала им Софи. Летать свободно.

Силвени посмотрела на Святилище.

ОСТАТЬСЯ?

Софи покачала головой.

Вам будет безопаснее вдвоем.

ОСТАТЬСЯ, повторила Силвени. СОФИ. ДРУГ.

Безопасность важнее, пообещала Софи. Ты должна защитить вашего ребенка.

Последнее слово сломило сопротивление Силвени.

Грейфелл раскинул крылья и уставился на серовато-синее небо. Оно было не так красиво как радужное небо в Святилище, но это было первое реальное небо, которое Грейфелл видел за десятилетия. Софи наблюдала, что его карие глаза вспыхнули, и она знала, что сделала правильный выбор. Аликорны имели право быть свободными. Они могли позаботиться о себе.

Она погладила Силвени по носу и похлопала Грейфелла.

Лучше идите, прежде чем Совет передумает.

Силвени снова ткнулась в нее носом, заржав, это чуть не разбило сердце Софи. Потом Силвени замахала крыльями и устремилась в небо.

Грейфелл немедленно последовал за ней, и они поднимались все выше и выше с каждым поворотом.

– Давайте понадеемся, что это не ошибка, - пробормотал Член Совета Терик.

Софи пожелала того же.

Киф взял Софи за руку, и вместе они наблюдали, как аликорны быстро мчатся к земле, раскалывая небо.

Прямо перед тем как они исчезли, Силвени передала:

СОФИ. ДРУГ. ВСЕГДА.

Но самыми лучшими словами были последние:

НАВЕСТИТЬ. СКОРО.

– Ну и что теперь?
– спросил Киф, когда Члены Совета исчезли во вспышке света, а Юрек закрыл ворота Святилища.
– Ты пойдешь в Эверглен, чтобы проверить Фитцтер?

– Я подумала, что им нужно немного пространства.
– Она, вероятно, посетит его позже, чтобы убедиться, то он в порядке. Но она знала, что им потребуется некоторое время.
– Это семейное, знаешь?

– Догадываюсь.
– Киф пнул комок снега, отправляя его в полет.
– Значит, ты возвращается в Хевенфилд?

– Да. А что ты задумал?

– Ничего, - сказал он... как-то слишком быстро.

– Так... ты не хочешь прийти?
– спросила она, касаясь ожерелья, которое он ей подарил.
– Я подумала, что могла бы приготовить рагу из застывших цветов и поделиться им с Каллой... и я знаю, звучит супер волнующе, но... ты мог бы посмеяться надо мной. А потом остаться на ужин, и...

– Фостер, ты не должна заботиться обо мне.

– Может быть, ты мне просто нравишься, - сказала она... а потом поняла как это прозвучало.
– Я просто... беспокоюсь о тебе.

Киф шагнул ближе.

– Знаю. Это мне в тебе и нравится.

В животе у нее затрепетало, и все замелькало еще сильнее, когда она заметила, как близко они теперь стояли. Носки их ботинок почти соприкасались, и его дыхание чувствовалось теплым на ее щеках.

Кто-то кашлянул, напоминая им, что они были не одни. Когда Софи повернулась, она обнаружила сияющего Грэйди и Эделайн снова с той глупой улыбкой. Она не могла решить, что было хуже.

– Мы отправляемся домой...
– начал Грэйди.