— А ты что за него переживаешь? Он бы убил тебя, не задумываясь. Я с этими ребятами сталкивался, они хуже цепных псов.

Леонид взял пистолет и подошел к Валерии.

— Да ты что?! Он же человек… Это ты называешь не оставлять следов?

— Что делать, иногда приходится чем-то жертвовать. Главное — он нас не разглядел. Ну, тебя, по крайне мере.

Но Лера все не могла прийти в себя, глядя на неподвижное тело и устроенный погром.

— Да успокойся ты, я всего лишь передавил сонные артерии. Отлежится, очухается.

В этот момент послышался еще один голос.

— Серый, ты как? Что у тебя происходит, чего палишь в доме?

— Идём! — шикнула Лера, потащив Смолина к проходу. Он, не раздумывая, вошел в темноту, а Лера шагнула следом, но слегка замешкалась. Она пыталась закрыть проход.

— Некогда, бежим! — одернул ее Леонид.

Шаги второго охранника приближались, и пока он возился со своим товарищем, лежащим без сознания, Валерия опрометью бросилась по тоннелю.

— А ну стоять! — послышался голос за ее спиной.

Как она припустила. Она в жизни так не бегала, даже когда опаздывала на лекцию к Полонезу. Сначала за спиной слышались крики, кажется даже выстрелы… но Лера не оборачивалась, все бежала — прямо, потом далеко вниз, по скользкой лестнице, потом по какому-то коридору, в полутьме, натыкаясь на стены и на ощупь отыскивая повороты. Под ногами хлюпала жижа, в ушах стучало, бок пронзила иголка, а она даже не понимала, куда бежит. Тоннель все не кончался.

Немного позади бежал Смолин — так ей показалось — а где-то за спиной по-прежнему слышались шаги преследующего их охранника. Он был с фонарем, и луч света иногда мелькал на поворотах, пропадал и снова появлялся. Но постепенно шаги преследователя стихли. Пропал и луч фонаря.

Лера почувствовала, что больше не в силах сделать ни шагу. Она остановилась, и чуть не упала в грязную лужу.

Немного погодя попыталась оглядеться. Но стояла кромешная тьма, так что единственным ориентиром было дыхание стоящего рядом Смолина.

— Оторвались?

Это было первое произнесенное девушкой слово. Голос прозвучал гулко, как в бочке.

— Да, — послышался голос Леонида.

Лера включила телефон, и посветила вокруг. Оказалось, что они в каком-то сыром тоннеле с кирпичными стенами. Параллельно полу, на потолке тянулись толстенные кабели, а впереди проход пересекал еще один точно такой же тоннель. Только в нем поблескивала гладь воды.

— Похоже, мы в коллекторе, — от голоса Смолина Лера едва не выронила телефон.

— Что? — голубоватый свет упал на лицо ее спутника.

— Почти под каждым городом есть сеть тоннелей, коллекторы, канализация… Похоже, шеф сделал запасной выход…

— Надо выбираться отсюда, — немного помолчав, сказала Лера.

— Еще б знать, в какую сторону… — тихо отозвался Смолин.

Они долго бродили по сырым переходам. Один раз Лера едва не провалилась по пояс в подземную реку. От реки жутко смердило, поэтому она была безумно рада, что Смолин ее удержал. Один поворот следовал за другим, местами потолок опускался слишком низко, так что пройти было невозможно. Иногда тоннель почти по всей ширине заполнялся водой, а иногда и вовсе оканчивался тупиком. На душе было так же мрачно, как и вокруг. На стенах красовались узоры от мазутных пятен, клочьями свисала плесень, а капающая с потолка вода ужасно действовала на нервы. Вот когда надо паниковать…

— Мы заблудились, — с отчаянием произнесла Лера. — Шильц не зря сделал выход в эти тоннели. Они заброшены, и если на дом будет облава, он сможет скрыться. Потому что наверняка знает, куда идти. А полиция — нет. И мы тоже.

— Главное — не унывать, — Леонид ободряюще улыбнулся, но Валерия не увидела этой улыбки. — Нас не поймали, мы живы и здоровы, да в конце концов, это не лабиринт Минотавра, чтобы из него не было выхода.

Лера только покачала головой, и они отправились дальше. Куда? Она не знала. Не знала и сколько времени они шли. Кажется, много часов. Ноги подкашивались, она вся продрогла от сырого затхлого воздуха.

— Не могу больше… — Лера остановилась в относительно сухом участке тоннеля и поучаствовала, как к горлу подступает ком. Хотелось разреветься, но что толку? Выход от этого не появится. Поэтому ей оставалось проглотить слезы и опуститься на пол. Руки непроизвольно задрожали от холода и покрылись гусиной кожей.

— Держи, — Леонид присел на корточки рядом и накинул ей на плечи свою куртку.

— А ты? — спросила Валерия, чувствуя, что слезы все же подступают.

— Ух ты, — сказал он с улыбкой. — Ты за меня переживаешь? Наверное, пойдет красный снег.

Лера непроизвольно улыбнулась, и закрыла глаза. Она думала. Интересно, от чего человек умирает раньше — от голода или от холода? Смерть от жажды им точно не грозит, воды здесь предостаточно.

«Нет. Надо взять себя в руки. Мы выберемся, только не ной, Лерка».

Она взглянула на часы, и с ужасом осознала, что уже три часа ночи.

«Или утра?», — промелькнула мысль. — «Не знаю, не все ли равно? Господи, я ведь телефон с прослушкой дома оставила… Наверняка там сейчас шухер. Меня ищут — и в кои-то веки я мечтаю, чтобы меня нашли! Точнее нас, хотя не уверена, мечтает ли об этом Леонид. Интересно, он бы предпочел умереть от голода в затхлом тоннеле или попасть в руки полиции?».