Эти мысли текли в голове, как кисель, пока хозяйка комнаты стояла и смотрела на разруху в комнате. На смену испугу и изумлению пришло равнодушие.

— Ну пожар? Ну с кем ни бывает? — сама себе сказала Лера, и достала Гаджета из-под кровати. — Ну-ну, не надо изображать предсмертные судороги. Я знаю, что ты всего лишь испугался. Я тоже.

Она погладила кота, и Гаджет даже попробовал помурлыкать, но у него плохо получилось.

Лера читала, что коты мурлычут, чтобы снять стресс. Но она была уверена, что Гаджет беспокоится не о ней.

Посадив кота подальше от пепелища и поближе к холодильнику, Лера переставила туда же клетку с Вжиком и перенесла кроликов. Только это помогло мало — вся комната пропахла едким дымом. Сложилось ощущение, что горели не гитара и занавеска, а резина и ацетон.

За дверью послышались торопливые шаги, и в комнату заглянули Антонина Федоровна и Иванна.

— Лерочка, солнышко, у тебя все в порядке… — начала было спрашивать соседка, но увидев, что произошло, всплеснула руками и ахнула. — Господи, да что же это такое?

— Лера, что происходит? — не на шутку испугалась Иванна. Она вбежала в комнату и с ужасом посмотрела на пепелище, закрыв нос рукой. — Поджог?!

— Нет, нет… — поспешила ответить Лера. «А вот Иванна как раз кстати», — подумала про себя. — Это я сама, случайно… Со спичками баловалась.

— Что-то я не… — Иванна хотела высказать сомнение, но Лера умоляюще посмотрела на нее и одними глазами указала на Антонину Федоровну.

— Ну да, конечно спички, — поддержала Иванна. — Антонина Федоровна, не волнуйтесь, я помогу Валерии прибраться. Все хорошо.

— Ой, милая, как ты вовремя приехала, — все еще держась за сердце, пробормотала Антонина Федоровна. — А Лерочка… как же ты так, надо быть аккуратнее. Ты у меня теперь одна осталась, если с тобой что-то случится…

— Успокойтесь, тетя Тоня, — ободряюще улыбнулась Лера, хотя у самой дрожали руки. — Со мной все будет в порядке, никуда я не денусь. Просто устала за последние дни, вот и вышло недоразумение… Ничего страшного, слава Богу, все обошлось.

— Ты за ремонт не беспокойся, милая, — слабым голосом сказала Антонина Федоровна. — Я тебе с деньгами помогу, а сегодня можешь у меня переночевать. Как говорится — в тесноте, да не в обиде! А твою комнату до утра проветрим, здесь от дыма и задохнуться можно…

— Спасибо, — Лера с благодарностью посмотрела на соседку и взяла ее за руки. — Я успею проветрить, все нормально. Вы не беспокойтесь, я справлюсь. Мне Иванна поможет.

— Ой, деточка…. Ты уверена? — Антонина Федоровна все еще сомневалась. — Ладно, милая, дело твое. Но если будет нужна помощь, стучись в любое время!

И она ушла, продолжая вздыхать и переживать за Валерию, которая совсем себя не бережет.

Оставшись наедине с Лерой, Иванна скрестила руки и почти рассерженно сказала:

— Почему ты не берешь трубку? Что случилось? Я целый час не могла дозвониться, а сейчас вижу, что у тебя на лбу огромный синяк с кровоподтеком, не говоря уже о неудавшемся пожаре. Мне звонил твой друг, Евгений. Сообщил, что тебе угрожает опасность.

Лера даже улыбнулась. Молодец, Женька, догадался связаться с Иванной, а не кинулся звонить в полицию.

— Что происходит, Валерия?

За льдинками в голосе проскальзывала сильная тревога.

Лера почувствовала себя виноватой и отвела взгляд. Чтобы не было неловкого молчания, она отправилась открыть форточку пошире, а по пути придумывала ответ. Правдивый, но такой, чтобы не вызвать очередную вспышку гнева «голоса». Этого ненормального, который дважды ясно дал понять, что с ним шутить не стоит.

Но разве может он узнать, что Лера собирается сказать?

— Я попала в аварию и сломала байк, — девушка повернулась от окна и встретила взгляд Иванны без страха. — Потом случайно подожгла гитару. А еще… я знаю, это прозвучит нелепо, но…

Лера замялась, а Иванна покачала головой и сказала:

— Говори. Вряд ли ты напугаешь меня еще сильнее.

— Я знаю, что скоро кто-то должен убить Игоря Семерядова. Того журналиста, который сдал вам наркоторговца.

Иванна слушала молча. Невозмутимая и серьезная, как всегда. В своем сером плаще, странных туфлях и с нелепым зонтом она казалась невзрачной. И этот образ никак не вязался с ее ярким стальным характером.

— Это сделает кто-то из больницы. Я не знаю кто. Может пациент, может врач. Но… я не могу прямо сейчас рассказать, откуда мне это известно. Слишком долго, а я… честно сказать, готова лечь и умереть. У меня нет сил что-либо объяснять. Тем более, что с тобой я хотела бы поговорить о другом деле. Прямо сейчас. Это касается Антона. Я могу доказать, что он невиновен.

Иванна все еще молчала. Лера не знала, чего ожидать. Победит ли их давняя дружба и тревога Иванны за девушку или перевесит несгибаемый характер и расчетливый ум опытной оперативницы? Во втором случае Валерию ожидал очередной серьезный разговор с Елиным, в котором не удастся скрыть историю с «игрой». Чего доброго, еще приставят охрану. А это совсем не понравится «голосу». Лера боялась даже представить, чем все это могло бы закончиться.