Шрифт:
Вихляющей походкой он подошел к Сереже и, прищурившись, взглянул ему в лицо. Глаза у Сморчка, прозрачные и пустые, выражали лишь скуку.
– Ну что, мальчонка, готовься… Становись, падла, раком!
– вдруг заорал он.
Сережа слабо усмехнулся.
– Он, сука, еще и смеется!
– вновь перейдя на блатную шепелявость, почти прошептал Сморчок.
– А этого не хочешь?
– и он попытался ткнуть горящей папироской в глаз мальчика. Сережа инстинктивно отпрянул и одновременно толкнул Сморчка рукой. Тот поскользнулся на подтаявшем мартовском снегу и упал.
– Ах ты… - забрызгал слюной Сморчок.
– Косой, мочи его!
Васька Косой, видимо, только и ждал команды. Он неторопливо шагнул вперед. "Шестерки" встали по сторонам, отрезая пути к бегству. Поодаль Соболь с любопытством наблюдал за происходящим.
Сережа смотрел на Косого. Тот неторопливо приближался, выставив перед собой здоровенные кулаки. Он был на голову выше Сережи и весил раза в два больше.
Неожиданно пришло то самое чувство, которое уже посещало мальчика. Он словно увидел все происходящее сверху. Раскисший почерневший снег, группку оборванцев возле вонючей уборной и себя…
Дальше произошло непонятное. Точно невидимая пружина подбросила Сережу в воздух. Он сделал изящный пируэт и молниеносно ударил Косого пяткой правой ноги в солнечное сплетение. К несчастью для Косого, фуфайка детины была распахнута. И изрядно стоптанный, но еще весьма крепкий кожаный каблук сделал свое дело.
Васька хрюкнул и упал на колени.
"Шестерки" разинули рты. Соболь подался вперед, и лицо его заметно побледнело. Сморчок вскочил с земли и приготовился бежать.
– Назад!
– приказал Соболь.
– Помоги ему, - он кивнул на Косого. Васька продолжал стоять на коленях, упершись руками в снег и разевая рот, словно гигантская жаба.
– Не хило!
– восторженно произнес кто-то из "шестерок".
Они расступились, давая Сереже дорогу… Перед тем как уйти, мальчик еще раз оглядел всю компанию.
Соболь неотрывно смотрел на него и, казалось, хотел что-то сказать, но, видимо, не решался. Сережа повернулся и ушел.
Весь день ловил на себе Сережа удивленные и восхищенные взгляды, а ночью проснулся от чьего-то осторожного прикосновения.
– Пойдем потолкуем, - услышал он и узнал голос Соболя.
Сережа нехотя поднялся и двинулся следом за Соболем. Он не сомневался, что продолжения драки не последует. Слишком явственно он продемонстрировал им свое превосходство.
Они прошли мимо рядов коек и вышли в слабо освещенный, воняющий хлоркой коридор.
Сережа молча ждал. Соболь некоторое время переминался с ноги на ногу, потом, видимо, через силу произнес:
– Ты меня извини.
Чувствовалось, что фраза далась ему тяжело. Сережа пожал плечами. Насмешливо сказал:
– Ты вроде ни при чем.
– Это я их натравил.
– Не сомневаюсь.
– Так чего же ты прикидываешься? "Ни при чем, ни при чем!" Я ведь действительно прошу прощения. Как дворянин у дворянина.
– Ты тоже из дворян?
– Именно! А тебя я хотел просто проверить. Думаю, парень гнет из себя. Хотя, конечно, сейчас вряд ли кто рассказывает о своем непролетарском происхождении. Так вот, я тоже… Только ты никому. Сам понимаешь… И отец мой скрывал, и мать… Правда, это не помогло. Все равно забрали. Не как дворян. Отец был архитектором… А, ладно!.. Не стоит вдаваться. А ты вот не боишься. Почему?
Сережа неопределенно мотнул головой. Соболя его кивок, видимо, удовлетворил.
– Ясно, - произнес он и положил руку Сереже на плечо.
– Давай вместе.
– Что вместе?
– Мазу держать, как здесь говорят. Ну, стоять друг за друга.
– Зачем мне это?
– Как зачем? Чтобы никто не приставал, не обижал.
– Да меня и так никто не обидит.
– Охотно верю. Но все же…
– Ты меня, Соболь, пойми правильно. Зла я на тебя не держу, понимаю, сильный всегда давит слабого, как в лесу. Но с тобой в одной хевре быть не желаю. Ни к чему мне это.
– Как ни к чему?! Быдло нужно держать в повиновении. Всех этих Косых, Сморчков…
– Держи, не запрещаю. Но я - сам по себе.
– Смотри. А если придет кто-нибудь сильнее тебя? Ловчее?
– Ну и что?
– Ладно, как знаешь. Надеюсь, поперек дороги ты мне не встанешь.
Сережа сплюнул.
– А зачем?
3
А действительно, зачем? Несмотря на свой довольно скромный вид, Сережа чувствовал - соперников ему здесь нет. И не потому, что он сильнее всех. Может быть, вовсе и не сильнее. Тот же Косой играючи тащил два здоровенных ведра с водой от колодца на кухню, а для Сережи подобная ноша была явно тяжеловата. И в то же время мальчик ощущал в себе огромную силу. Происхождение этой силы оставалось для него непонятно, ее проявление в нужный момент не поддавалось объяснению. Она как бы существовала вне его воли, вне сознания. Взять хотя бы драку с "блатными". Откуда взялась сверкающая ловкость? Случайность? Может быть, и так. А вдруг вовсе нет? Но, честно говоря, Сережа не особенно раздумывал над этим.