–  А ты?
– спрашивает Кэп.

–  Нах, не хочу, - отвечаю я.

–  Ну, и я посижу.

Мы пьем водку.

–  Бэкс, - спрашивает Кэп, - у тебя нет кокса.

–  Есть, - отвечаю я.

–  Может того, - говорит он, показывая глазами в сторону туалета.

–  Это товар, сорри, брат, - говорю я.

–  Я заплачу, - говорит Кэп.

–  У меня грамм всего, завтра надо одному кренделю передать, - оправдываюсь я.

–  Бля, ну возьмешь дома, у тя что, это последний кокс?
– напрягается Кэп.

–  И то правда, - я жму плечами.

Зал клуба набит. Вокруг барной стойки ходит дохуя народу.

–  Пиздец, потеряем место, - говорю я.

–  Ну и хер с ним.

Мы допиваем водку, я расплачиваюсь с официанткой, даю ей на чай, в перспективе надеясь выебать эту сучку, и мы валим в туалет.

Внутри уже два кренделя склонились над дорожками и быстро их так убирают. Один из них в двубортном сером костюме Ralph Lauren, другой - пидерских джинсах Gucci и реглане Lacoste.

–  Парни, кокса не будет?
– я желаю разжиться халявой.

–  Сорри, мужик, последнее, - говорит один.

–  Ок, - отвечаю я, и начинаю ссать в писуар, в ожидание, пока эти пафосный лоси свалят.

Уроды умываются и выходят на хер. Я по быстрому сооружаю две жирных дорожки и мы убираем их.

–  Бля, - говорит Кэп, запрокидывает голову и начинает глубоко дышать.

Я подхожу к зеркалу и привожу себя в порядок. Умываюсь и все дела.

Кэп ссыт.

Мы вываливаем из туалета. Как и знали - наши места, как и все остальные, возле барной стойки заняты.

–  Блядь, - расстроено говорит Кэп.

–  Не парься, - утешаю я его, и беру нам еще по сто грамм Абсолют.

Мы становимся сзади толпы и слушаем Тролля.

Неподалеку стоят две достаточно перспективные чиксы. Лет по девятнадцать-двацать.

Первая - рыженькая, джинсы Timberland, олимпийка Puma.

Вторая - черненькая, кожаная юбка Prada, какая-то блузка.

–  Смотри, - толкаю я Кэпа, и показываю на девочек.

–  Куда?
– спрашивает тот.

–  На телок, бля, - говорю я.

–  Ага, - довольно ухмыляется тот, - хорошенький.

–  Как на счет, чтобы поебаться сегодня?
– спрашиваю я.

–  Я не против, даже за, а где именно?
– говорит Кэп.

–  У меня на хате однозначно нет, разведем и поедем прямо к ним.

–  Тоже тема, - кивает Кэп.

Мы подваливаем к чиксам. Начинаем банальный базар, который действует только на таких тупых и одержимых сексом сучек, как они.

Чиксы оценивают нас взглядом, и понимают, что перед ними, бля, топ-ребята, а не лохи какие. Сразу расцветают и, наверное, текут. Гы-гы-гы.

–  Выпьем?
– предлагаю я.

–  С удовольствием, - рыжая.

–  Водку?
– говорю.

–  С удовольствием, - черненькая.

Чиксы, которые пьют водку с удовольствием - легко доступны. Аксиома.

Иду к бару и беру по сто грамм водки.

Стоим возле толпы. Пьем.

–  Нам так нравится "Мумий Тролль", - рыжая.

–  Ага, нам тоже, - киваю я.

–  А вы как сюда попали?
– черненькая.

–  Связи, - говорю.

–  Вау, - выдыхают чиксы.

Блядь, хоть бери и трахай их прямо тут.

Допиваем водку. Чиксы смотрят на нас с надеждой.

–  Как на счет того, чтобы экстази заброситься?
– предлагаю я.

–  Здорово!
– рыжая, - а у тебя есть.

Я похлопываю себя по карману пиджака.

Тебе - черная, мне - рыжая. Показываю я взглядом Кэпу.

Ок. Кивает тот Мы снова валим в туалет, я достаю пакетик с Е.

Девочки принимают по таблетке. Мы тоже заряжаемся.

Я целую рыжую в губы, забираясь языком прямо в глотку, лапаю ее грудь через ткань олимпийки. Чикса стонет.

Вижу, что Кэп уже тоже устроил французскую борьбу с черненькой.

Ненужные условные барьеры пали.

Мы покидаем туалет.

"Мумий Тролль" играет финальную песню.

–  Делай меня ночью, мама!
– кричит в микрофон Лагутенко, а я залажу рукой чиксе под олимпийку и нащупываю через тонкую ткань футболки затвердевший от возбуждения сосок.

Концерт заканчивается.

–  Еще по водке?
– предлагаю я.

–  Может поедем к нам?
– спрашивает рыжая.

–  К вам?