Я полоснул демона по бедру, но мой меч отскочил от его доспехов, словно они были в фут толщиной. Но тут он – или оно – снова опустил клинок. Я едва успел увернуться, и стальное лезвие обрушилось на каменные плиты пола, высекая сноп искр.

Вспомнив, чему учил меня Тенедос, я, вместо того чтобы атаковать демона, рубанул по стороне треугольника, рассекая меловую черту.

Внезапно твердая материя словно превратилась в дым; сквозь чудовище я увидел Синаит, прижавшуюся к каменной стене. И тут же в комнате не осталось никого, кроме солдат, Синаит и трупа Эдви.

– Значит, колдун все же поставил сторожей, – промолвил я, констатируя очевидное.

Синаит вздрогнула.

– Но заклятие императора сработало до того, как... как появилось это - чем бы оно ни было, – сказала она. – У меня не было времени записать, но одна зацепка у нас все-таки есть.

Провидица указала на труп Эдви. Возможно, колдун при жизни был ничем не примечательным, но своей смертью он отлично послужил Нумантии: его вытянутая рука показывала приблизительно на восток.

– Именно оттуда, – пояснила Синаит, – пришла эта тень. Еще одно заклинание – и мы найдем колдуна.

В ее голосе не было дрожи, и я снова восхитился мужеством провидицы. Но вряд ли мы сможем сотворить второе заклинание. Таинственный чародей обнаружил нашу первую попытку и теперь поджидает нас.

На следующий день мы устроили Эдви погребальную церемонию и предали его тело огню. Я приказал трем отрядам улан быть готовыми сопровождать провидицу Синаит, решившую второй раз произнести заклинание в городе Камбон, расположенном милях в семидесяти к юго-западу от столицы.

Я попробовал воспользоваться Чашей Ясновидения, чтобы доложить императору о случившемся, но неудачно. Синаит высказала предположение, что противник, прознав о наших замыслах, сотворил заклинания, призванные помешать нашей магии.

– Не знаю, насколько могуществен этот колдун, – сказала она. – Несомненно, сила у него есть. А для того чтобы помешать вам воспользоваться Чашей, много энергии ему не потребуется. У вас ведь очень ограниченные способности и нет специальной подготовки. Я бы посоветовала на время отложить дальнейшие попытки.

Я был весьма встревожен. Тенедос обещал предоставить дополнительные заклинания, которые помогли бы поймать чародея, а теперь мы вынуждены были идти в бой без них.

До отправления Синаит в дорогу оставалось меньше часа, когда Кутулу отыскал меня в столпотворении казармы.

– Думаю, теперь мы сможем обойтись без магии, – сказал он. – Пойдем, я кое-что тебе покажу.

Мы быстро прошли к нему в кабинет, где было темно, хотя на дворе выдался на редкость солнечный денек. Плотные черные шторы не пропускали свет с улицы. Шпионы и тайные агенты ненавидят окна, если только сами в них не подглядывают.

Всю стену кабинета занимала огромная карта Каллио. Она была утыкана булавками с клочками бумаги, пронумерованными красными цифрами. Протянутая нить отходила от замка на восток, в том направлении, которое мы смогли установить благодаря смерти Эдви.

– Я буду очень краток, – властно произнес Кутулу. Мне стало смешно. Сейчас он находился в своей стихии и чувствовал себя главным.

– Мы вычислили нашего злодея, – продолжала Змея, Которая Никогда Не Спит. В спокойном, обыкновенно бесстрастном голосе Кутулу прозвучали торжествующие нотки.

– Во-первых, вот эта нить отображает направление, определенное с помощью заклятия.

– Вижу.

– Вчера вечером один из писцов, по моему приказу рывшихся в бумажных руинах империи Чардин Шера, нашел вот это. – Кутулу взял листок пожелтевшей бумаги. – Можешь сам ознакомиться, но в этом нет необходимости. Это просьба выделить повозки и солдат для того, чтобы сопровождать Микаэла Янтлуса, придворного колдуна Чардин Шера, в лагерь каллианской армии на дальнем берегу реки Имру. Судя по дате, документ был составлен незадолго до того, как наше войско потерпело сокрушительное поражение, пытаясь переправиться через реку в мятежную провинцию.

– Казалось бы, этот документ представляет интерес только для интендантов, – продолжал Кутулу. – Однако я нашел его в высшей степени интересным, поскольку в нем приводились имена трех ближайших помощников Микаэла – Повелителя духов. Первый оказался нам совершенно не знаком, как и второй, но зато у третьего очень известная фамилия: Амбойна. Имя – Джалон. Единственный сын ландграфа Молиса Амбойны, ближайшего друга принца Рейферна.

– Сукин сын! – выругался я.

– Точно, – согласился Кутулу, – особенно если учесть, что ландграф Амбойна ни словом не обмолвился о пристрастиях своего сбежавшего сынка. Все это показалось мне настолько увлекательным, что я решил задать кое-какие вопросы твоему дружку философу Аримонди Хами. Сделал я это в присутствии Йигерна, который, согласись, одним своим видом заставляет заговорить и немого.