— Вот и позовите, — присоединился к Гурскому полковник.

— Не буду я никого звать.

— Еще как будете, — зло сказал Александр.

— И нечего на меня так зыркать, много вас тут… — она потянулась к телефонной трубке.

Через некоторое время к ним подошел хмурый мужчина в синей летной форме.

— Сменный заместитель начальника аэропорта, — представился он полковнику. — Сугак Алексей Алексеич. Что случилось?

— Ну как что… рейс задерживается, а это вот… — полковник повел рукой в сторону переполненного зала. — Даже присесть негде. До утра… — И почему-то посмотрел на Гурского.

— Керосина нет, — привычно бросил замначальника и тоже посмотрел на Александра.

— Ну хорошо, — пожал плечами Гурский, осознав, что неожиданно для самого себя стал делегатом от многочисленных угнетенных пассажиров в их борьбе с администрацией аэропорта за свои права. — Нам понятно, что нет керосина. Это мы понять можем. Но именно на этот случай у вас и должна быть гостиница. Мы же не в гости к вам домой напрашиваемся, мы все туг деньги заплатили.

— Была гостиница. Теперь нет, закрыли.

— И ничего нельзя сделать? — робко спросила женщина с усталым лицом.

— А что я могу?

— Вы можете открыть нам депутатский зал, — терпеливо подсказал Гурский. — Или как он теперь у вас называется — Ви Ай Пи? Вот мы и есть те самые персоны, мы, еще раз повторяю, честно заплатили за свои билеты, вступив тем самым с вами в договорные отношения. Мы свои обязательства выполнили, а вы нет. Вы создали нам проблемы и отказываетесь их решать.

— Ничего не могу сделать.

— Пустите в свой кабинет женщин с детьми, там хоть тепло наверняка.

— Не могу.

— Откройте депутатский зал.

— Не имею права.

Послушайте, ну что вы глупости говорите? Вы здесь самый главный на этот момент, вы и должны принимать решения в нештатных ситуациях. Посмотрите, — Гурский повернулся к залу, — это что, нормально? Женщин-то с детьми вы можете в этом зале устроить? Здесь же холодно.

— Еще и хуже бывало. И ничего.

— Да что тут… — обреченно обронила женщина и побрела в сторонку. Полковника нигде не было видно.

Толпа вокруг стала редеть, и скоро Гурский с представителем администрации аэропорта остался наедине.

— А тебя я вообще сейчас в милицию сдам, — спокойно сказал замначальника. — Ты пьяный. Хочешь?

Гурский молча засунул руки в карманы куртки, повернулся и пошел к буфету, раздвигая плечом толпу предавших его пассажиров.

«Ладно, — решил он, купив еще одну бутылочку пивка и какую-то котлету, гордо именовавшую себя бифштексом рубленым, — живите вы все как хотите. В рай, в конце концов, строем не ходят».

Неподалеку от него пили кофе две девушки в форме сотрудниц каких-то служб аэропорта.

— А ты начальнику смены звонила?

— Нет его…

— На Пе-Де-Эс-Пе позвони.

— Да не дозвониться туда.

— А ты еще звони. Давай-давай, дозванивайся.

— Подожди тогда, я сейчас.

Одна из девушек отошла от столика, прошла к какой-то служебной двери без таблички и скрылась за ней.

Александр съел котлету и допил пиво. Через несколько минут девушка вернулась.

— Ну? — спросила ее подружка. — Нормально?

— Ага, — кивнула та, и они обе пошли по своим делам.

«Строем в рай не ходят», — повторил про себя Александр и направился к той самой двери без таблички.

За дверью оказался коридор, в котором Гурскому встретилась женщина, строго спросившая его:

— Вам кого?

— Да начальника-то нет, я хоть на Пе-Де-Эс-Пе позвоню, а то ведь…

— А… — сказала женщина и прошла мимо.

Гурский повернул за угол. Одна из дверей была приоткрыта, он заглянул. Небольшая комната, мало похожая на кабинет, была погружена в полумрак. За письменным столом, на котором стоял телефон, сидела молоденькая девушка и читала при свете настольной лампы книжку.

— Добрый день, — поздоровался Гурский.

— Здравствуйте, — вопросительно взглянула на него девушка. — Вообще-то ночь уже.

— Ну да, конечно… Извините, можно я звоночек сделаю, короткий совсем? Это у вас городской?

— Через девятку.

— Спасибо. — Александр вошел и плотно закрыл за собой дверь. Затем сел по— хозяйски к столу, распахнул пуховик, демонстрируя новенький офицерский камуфляж без знаков различия, развернул и придвинул к себе телефон. Снял трубку и набрал через девятку первый попавшийся шестизначный номер, очень плотно прижав наушник к уху. Подождал, с облегчением услышал длинные гудки и, отстранив трубку от уха, чтобы читающая книжку девушка тоже могла их услышать, сказал: