– Шмидт теперь навряд ли будет проводить много времени с нами, – сказал Маслоу. – Как думаешь?

– Наверно. Что будет с группой?

– Да не знаю я. Время покажет.

– Я пока не планирую уходить из БТР, – хмыкнул я и открыл новую бутылку.

– Разве тебя кто-то спрашивает? У меня, например, есть кое-какие планы.

Он сделал небольшую интригующую паузу и продолжил:

– Сделаю сольную карьеру. Уже вижу сводки новостей: “Не пропустите концерт легендарного Джеймса Маслоу! Только сегодня вход свободный!”

Я тихо усмехнулся, хотя размышления о будущем не казались мне таким уж смешным занятием…

– А я думал, ты станешь актером, – поддержал разговор я. – Как Мэдисон.

– Не. Может, я и снялся бы в парочке фильмов… Но актером бы не стал.

На несколько мгновений мы замолчали, приковав свое внимание к любимому “Мальчишнику в Вегасе”, как я вновь заговорил:

– Кстати говоря, о Мэдисон…

– Что? С ней что-то не так?

– Нет… Скорее всего, это со мной что-то не так.

– Рассказывай, – попросил Джеймс, посмотрев на меня.

– Я не знаю, – замялся я. – Мне кажется, ты будешь надо мной смеяться.

– Да брось! Сам же сказал, что я твой настоящий друг. Лучшие друзья друг над другом не смеются.

– Ладно… Просто в последнее время мне кажется, что к Паккет я чувствую что-то…

– А, – прервал меня Маслоу. – Влюбился?

– Нет! Я же говорю, дело вообще не в симпатии и уж тем более не в любви.

– А в чём тогда?

– Как бы тебе сказать, Джеймс…

– Говори как есть.

Я помолчал и, вздохнув, сказал:

– Меня тянет к ней.

– Не понимаю, – нахмурился он. – Как же дело не в симпатии, когда тебя к ней тянет?

– Ты меня не понял. Тянет… в… в сексуальном плане…

Маслоу поднял одну бровь и хмыкнул.

– Так вот оно что.

– Да. И мне кажется, что она совершенно мне не нравится, но чёрт возьми, я так хочу её!

– Тяжёлый случай, – сказал друг, уже не обращая никакого внимания на фильм.

– Да… Это вроде как с какой-нибудь порнозвездой. Вот не нравится она тебе, но так хочется узнать, какова она в постели!

– Но Мэдисон ведь не порнозвезда!

– Да знаю я, знаю.

Мы замолчали.

– Понятия не имею, что тебе посоветовать, – вздохнул Джеймс. – Скажи ей.

– Да уж конечно!

– Ну, тогда мучайся.

– Боюсь, долго не смогу терпеть.

– Ты о чём?

– Порой я просто не могу спокойно смотреть на неё, – объяснил я. – Например, когда она наклоняется, чтобы что-нибудь поднять… или когда ест… мороженое, скажем. Меня так это возбуждает, господи, как же возбуждает!

– При таком раскладе я бы ни сказал, что она тебе не нравится…

– Не нравится!

– Уверен? – сомневался Джеймс.

– Да.

Комната погрузилась в тишину. Я сидел и думал: а действительно ли она мне не нравится?..

На следующий день Белла сказала, что БТР пригласили на церемонию награждения премией, выиграть которую очень важно для нас. Парни сразу пригласили своих девушек с нами, и я, долго не думая, набрал номер Мэдисон.

– Алло! – ответила она почти сразу же.

– Привет, Мэд.

– Зачем звонишь? Я тороплюсь.

– Я просто хотел спросить, что ты делаешь сегодня вечером.

– Нет у меня никаких планов на вечер, – устало ответила Паккет.

Мне так нравится слушать её голос, когда она рассержена на что-то… Если честно, звучит очень сексуально!

– Тогда часов в девять заеду за тобой, о’кей?

– Зачем?

– Нас с парнями пригласили на церемонию награждения какой-то премией, – объяснил я.

– При чём тут я?

– Не знаю, но остальные пригласили своих баб… то есть, девушек. И я подумал пригласить тебя.

– Хм, ладно, – выдохнула Мэдисон. – Но сейчас мне пора.

– Подожди.

– Что ещё?

– Оденься как-нибудь по-праздничному, хорошо?

– Договорились.

Она бросила трубку, а я, расплывшись в улыбке, убрал мобильный в карман джинсов. Интересно, что она наденет?

На церемонии было много людей. Для нас было приготовлено два столика: за одним расположились я, Мэдисон, Карлос и Алекса. За другим – Кендалл и Джулия, Джеймс и Генриетта. На столах стояли по бутылке шампанского, тарелка фруктов и шоколад.

– Будешь? – спросил я Паккет, указав на бутылку.