Просвистела стрела, потом еще раз громыхнул гномий посох и убегающий лейтенант завертелся на месте волчком и упал в траву. В этот момент Хасан наконец смог сосредоточить свое внимание на вражеских стрелках и почти сразу же заметил это.

«Они же… Если я встану вон туда, до них обоих будет ровно десять шагов», - Хасан еще раз мысленно очертил круг и окончательно принял решение. Он бросил в траву меч и побежал к пращнику, оставляя позади сражающихся Старика и щитоносца. Не добежав пять шагов до пращника он отпрыгнул в сторону, еще в прыжке складывая руки и шепча заклинание:

—Три ключа поворачивают колесо водяной мельницы, поток тьмы создает волну!

Поток энергии повалил обоих стрелков на землю. Похоже в этот момент всех троих выживших стражников посетила та же самая мысль, что минутой ранее возникла у Хасана:

«Если мы не завалим этого мага, то мы покойники».

Мечник оттолкнул Старика и бросился к Хасану, пращник поспешил товарищу на помощь, размахивая невесть откуда появившейся дубинкой, а арбалетчик нацелил на чародея свое оружие.

«Ну вот, теперь вы все трое внутри круга».

— «Три ключа дважды поворачивают колесо водяной мельницы, поток тьмы создает волну! Поток тьмы создает волну!
– повторил Хасан еще раз, создавая таким образом две Волны Тени, которые, одна за другой, поразили его противников, опрокидывая их на землю и ломая им все кости. Вкус победы был столь сладок, что молодой маг почти не почувствовал боли от арбалетного болта, вонзившегося ему в плечо.

***

Очнулся он от того, что кто-то укусил его за палец.

— Ти-Ла-Ту… - сонно пробормотал Хасан.
– А я-то думал, чего это тебя не видно. Как у вас все прошло?

Мышь начала стремительно пищать, размахивая крыльями.

— Что? Киик убит? Тот, кто его убил, сидит возле дерева и жует соломинку? Веди меня туда!
– воскликнул чародей, окончательно приходя в себя, поднимаясь на ноги и делая Мардоку знак следовать за ним.

Если он и ожидал вначале, что увидит огромного великана с огненным мечом, то лишь до тех пор пока не обдумал как следует ситуацию. Он с самого начала предполагал, что отвлекающий маневр будет наиболее рискованной частью всего плана, так что кончина Киика печалила его куда менее, чем радовал тот факт, что остальные трое возвратились невредимыми. В самом деле, Киика мог запросто пристрелить какой-нибудь толстопузый ополченец, который на настоящее поле боя даже явиться в итоге побоялся. Хасан мысленно пообещал себе, что если все действительно так, то он сделает из труса замену погибшему упырю. Как раз в тот момент, когда он пришел к такому решению, писк старой мыши возвестил, что они на месте.

Вместо толстопузого ополченца возле дерева сидел сухой морщинистый старик в пастушьей одежде.

— Ты точно ничего не путаешь, Ти-Ла-Ту?
– с удивлением спросил Хасан.

Мышь начала пищать объяснения.

— Кто? Этот дед? Великий колдун? Попал в летящего мыша, метнув деревянный посох? Да ладно тебе, Ти-Ла-Ту. Этому старику осталось меньше, чем тебе. Через год-другой сам помрет.

Старик услышал, что говорят о нем, и поднял глаза.

— Ты, значит, у нас некромант? Убей меня поскорее. Не хочу на старость лет видеть, что ты сделаешь с моими внуками.

— У тебя нет внуков, старик. А если бы были, они были бы здесь, чтобы защитить тебя от меня.

— Много ты понимаешь… Когда живешь столько, сколько я, уже не делаешь разницы между своими и чужими внуками.

— Уходи, старик. Мне неведом ни один вид нежити, который мог бы получиться из твоего тела. В тебе даже вампирам пить нечего. Уходи, залезь в какую-нибудь дыру и, может быть, ты сможешь спокойно дожить отпущенный тебе срок, умерев раньше, чем лорд Ксан заполнит своими полчищами весь мир.

Старик мрачно посмотрел на него и произнес:

— Поверь, не ему предстоит заполнить этот мир своими полчищами. Раз ты так хочешь, то я уйду… Покамест. Но не забывай, что и ты ходишь под Всевидящими Очами.

С этими словами старый пастух поднялся и заковылял прочь. Хасан задумался, что же старик имел в виду, но его оторвал от размышлений знакомый ехидный голос, от которого у него всегда шли мурашки по спине.

— Ай-яй-яй, Хасан, какое безобразие!
– сказала Церцея Змея.

«Вот уж змея, так змея, подкралась-то незаметно, - раздосадовано подумал Хасан, косясь на Мардока.
– А ты чего встал, как столб костяной? Я тебя для того и взял, чтобы вот такие стервы ко мне не пробирались.»

Разумеется, чтобы сказать нечто подобное вслух, требовалось иметь запасную голову, причем, желательно спрятанную где-нибудь в неприступном волшебном замке, висящем в воздухе на высоте десяти миль и охраняемом драконами.

— Разве ты забыл Первое Правило Чернокнижника?
– продолжала подтрунивать Церцея.
– У темного мага не должно быть живых врагов.

Она положила руку на эфес своего изогнутого клинка и сделала шаг вперед, но рука Хасана легла ей на плечо.

— Вот именно поэтому ты оставишь старика в покое и ничегошеньки не расскажешь лорду Ксану об этом инциденте, - произнес чародей.