Голос Тея выдернул его из воспоминаний.

— Я жду тебя, брат.

Вспыхнувший ярко-красный клинок пару раз показательно рассек воздух, и Тей первым скользнул вниз, на один из выступов в стенке каньона.

Бен усмехнулся и прыгнул следом. Показалось ли ему, или в самом деле земля под ногами вдруг оживилась, исходя легкой рябью, как будто чудовище внутри почувствовало их?

Они двинулись кругом — медленно, не отводя взгляда один от другого, удерживая мечи строго перед собой, чтобы предотвратить выпад противника. Лицо Тея сияло нездоровой улыбкой.

— Стало быть, ты женился, брат Кайло, — его нарочито спокойная вкрадчивая речь горчила ядом. — На женщине, которая посрамила и оставила в дураках твоего учителя. Интересно, Сноук знает об этом? Уже подумал, как он отреагирует на эту новость? Вероятно, так же, как и ты когда-то: пообещает однажды подарить тебе голову твоей джедайки.

Бен, знакомый с разнообразием приемов техники Дун Моч, старался сдержать себя в узде.

— Ты зря сравниваешь меня с собой, братишка. Есть разница между браком, заключенным по воле Силы, и твоими выходками с этой тви’лечкой, которые оскорбляли всю братию.

Тей криво усмехнулся в ответ.

— Как же это в твоем духе, Бен Соло, выдавать черное за белое. Оправдывать себя и очернять других.

Он первым подался вперед. Алое и золотистое лезвия скрестились, выбивая искры.

Движения Кайло были такими же точными и мощными, как прежде. Тей много раз противостоял магистру в тренировочных дуэлях и прекрасно знал, какие приемы тот предпочитает использовать в бою. Его обычная тактика — неуклонный напор, широкие и выверенные выпады, могучий удар с замахом назад…

Сейчас тоже было так, но все же… все же как-то необъяснимо по-другому. Тей тотчас почувствовал это. Напирая на своего бывшего товарища, он как будто пытался сдвинуть с места тяжелую скалу. Кайло Рен воистину изменился! Сама Сила вокруг него текла не так, как прежде. Неистовый, неконтролируемый поток преобразился в нечто иное, не столь яростное, но более размеренное и опасное.

Бен бил наотмашь, широко и уверенно, заставляя Тея лавировать, то и дело подпрыгивать и крутиться на месте.

— И что же дальше, Бен? — выкрикнул Тей, тяжело дыша и уродливо кривя губы. — Предположим, ты убьешь меня, тебе и вправду не составит труда сделать это. Предположим, сарлакк не сожрет нас обоих, и ты выйдешь победителем из этой схватки. Но тебе тут же придется спускаться в яму снова и драться с братом Мейлилом, а затем еще и еще… твои силы не безграничны, брат. Рано или поздно ты все равно погибнешь. Достаточно лишь пропустить один удар. Или не заметить щупалец монстра, подбирающихся к твоим лодыжкам.

Кайло не отвечал. Искры падали ему на лицо, которое казалось в отсветах красного и золотого еще бледнее, чем прежде.

Меч Тея взлетел над ним для прямого удара сверху. Бен блокировал удар, и, собравшись с силами, отбросил противника подальше телекинетическим толчком. Тей упал на землю метрах в трех от Кайло и, упади он еще на полметра дальше, он бы наверняка напоролся на один из шипов.

— Если бы ты умел видеть хоть немного наперед, братец, — усмехнулся Бен, играючи размахивая сейбером. Как когда-то на «Старкиллере» в поединке со штурмовиком-предателем, Кайло Рен изображал хищника, который желает развлечься с добычей, прежде чем сожрать.

Он сделал шаг в сторону Тея, затем еще и еще, неторопливо и неуклонно. Золотистое лезвие рисовало в воздухе восьмерки.

— Если бы ты задал себе тот же вопрос, что задаешь сейчас мне, ты не стал бы устраивать эту убогую революцию и делать из ордена посмешище. У многих наших братьев были женщины. Встречались и те, кто тайком заводили семьи, но ни один не предавал своих братьев из-за шлюхи, как это сделал ты, Тодди Барр.

Тей внимательно следил за пируэтами вражеского сейбера, за причудливой игрой искрящегося лезвия, сосредоточенный и как бы загипнотизированный видом неотвратимой опасности. Но вот, он стиснул зубы и с внезапно сильным напором двинулся на противника, осыпая его порывистыми, короткими ударами. Словно ворнскр, сорвавшийся с цепи. Его рваные — взад-вперед — движения навскидку больше всего напоминали приемы Джем Со, однако казались слишком грубыми и неточными даже для четвертой формы, подразумевающей стремительность и силу.

Признаться, Бен никак не ожидал столь резкой и столь быстрой перемены в своем противнике. Что в его словах вызвало такую сильную бурю? Как он сумел угодить прямо в цель, хотя бил наугад, не очень-то примеряясь? Он сам не знал. Он был в растерянности. На мгновение он даже опешил. Он чувствовал, что вовсе не страх ведет Тея, а какое-то всеобъемлющее негодование.

— Неужели ты до сих пор не понимаешь ничего?! Девка? Я предал лучшего друга, своего брата в ордене, из-за Чалы? Ха! Да пусть она и все женщины катятся на корм ранкору! Крифф!..