Конечно, каждый капитан каждого судна рвался в бой — отомстить за зверства на Корусанте, да и на Набу, коль уж на то пошло. Ведь все они видели несчастье Тида — обгоревшее мраморное кружево некогда прекрасных зданий, одиноко распахнутые двери и запах зажигательной смеси вперемешку с вонью горелой плоти, сводящий с ума. Одна мысль, что подобное, вероятнее всего, сейчас происходит и в галактической столице, заставляла кровь вскипать в жилах. Лишь одно обстоятельство удерживало горячие головы от поспешного шага — все понимали, что именно этого и ожидает от них враг. После того, как Терекс и Хакс так ловко и ужасно провели их, нельзя было допустить второй роковой промашки. Нельзя было рисковать оставшимися кораблями, бездумно бросаясь в схватку, даже Финн, не отличавшийся дальновидностью, вынужден был с этим согласиться.

Если они хотят победить, если не желают, чтобы гибель их товарищей оказалась напрасной, им придется отступить.

Какие отвратительно банальные слова! И какие отвратительно верные. Обычному солдату, каковым Финн был большую часть своей жизни, они не пришлись бы по душе. Но новоявленный член командования Сопротивления обязан был к ним прислушаться.

Однако время шло, и с каждым днем все острее вставал вопрос: как быть дальше? Силы Первого Ордена, никем больше не сдерживаемые, растут с угрожающей быстротой. Рано или поздно Хакс обнаружит их укрытие — и тогда многолетнее противостояние выйдет на финишную прямую, став обыкновенным истреблением.

Теперь им было прекрасно известно, где скрывается Сноук — но что толку? Попасть на Бисс не так-то просто. Без ведома командиров Первого Ордена ни один истребитель не пересечет Бисскую дугу. Дэмерон с отрядом отправился исследовать обходной маршрут, но все пилоты бесследно исчезли. Ни от самого коммандера, ни от его парней, ни от BB-8 до сих пор не было вестей. Разумеется, при таких обстоятельствах не могло быть и речи о том, чтобы послать еще кого-то.

У противника больше кораблей и лучше вооружение. Стало быть, самое очевидное сейчас — это пойти по пути Альянса. Начать скрытую войну, постепенно подогревая недовольство в завоеванных врагом мирах. Такого мнения придерживалось большинство командиров, даже несмотря на то, что бессмысленное ожидание порядком вымотало всех, и их тоже.

Следуя по пути Альянса, они решили вовсе отказаться от избрания нового лидера. Как бы то ни было, вряд ли кто-то из них окажется таким же мудрым, стойким и преданным, как Лея Органа или Джиал Акбар. Куда разумнее сформировать совет и решать основные вопросы сообща, как это было во времена Гражданской войны…

Финн корпел над докладами разведчиков, полностью поглощенный своим трудоемким занятием. Он внимательно читал свитки один за другим, занося все, что считал важным, в свой датапад — коротко, в тезисной форме, как конспект. Эти записи он намеревался утром представить Мейцу, а значит, за ночь нужно было просмотреть все присланные донесения.

Хоть Финн и был одним из членов совета, он редко участвовал в обсуждениях, в основном его роль сводилась лишь к поднятию руки во время традиционной процедуры голосования. Он знал, что его присутствие в совете номинально, и вряд ли кто-то прислушается к его суждениям, даже если бы они у него были и он отважился бы их высказать. Нет, стратегия, политика, вечная болтовня — это точно не для него. Дни он предпочитал проводить в спортзале, загоняя бойцов до седьмого пота. А ночами занимал себя рутинной работой вроде составления отчетов.

Легкая трель звонка вдруг заставила юношу выпрямиться. Финн поглядел на дверь с недоумением и, признаться, с некоторой долей враждебности. Он был очень занят. В запасе у него имелось всего несколько часов, а работы, казалось, никак не становится меньше. Кроме того, он никого не ждал, а неожиданности, как показывает опыт, редко бывают приятными.

Юноша перевел взгляд на крохотный монитор в углу стола, который был подключен к камере внешнего наблюдения. Снаружи прямо на него смотрели знакомые желтые глаза, полные какой-то необычайной ясности.

Силгал.

У Финна отлегло от сердца. Уж кого-кого, но леди Акбар он всегда был рад видеть.

Это она, добросердечная и великодушная госпожа, предложила включить молодого лейтенанта, отличившегося на «Старкиллере» и недавно на Набу, в состав совета. Финн отлично понимал, что она сделала это в первую очередь ради него самого. Крифф, только дурак бы не понял!

Силгал прекрасно видела — да и все остальные тоже видели, — в каком состоянии он, Финн, был в первые дни после того, как Первый Орден впервые обнародовал имена погибших на Корусанте — о нет, враги не стали утаивать эту информацию, напротив, не упустили случая еще раз пощеголять своей выдающейся победой! Не даром среди жертв вторжения в первых же строках значились представители сената. В частности и те, кто пытался спастись на «Тантиве» — соответствующие списки штурмовики изъяли у охраны Верховного канцлера уже к концу того страшного дня.

Большая часть имен была не знакома Финну и ничего ему не говорила. Но одно-единственное имя говорило все…

Конечно, юноша понимал, что не стоит сходу верить информации, полученной от неприятеля, но сейчас ему приходилось верить вопреки всяким надеждам. Пола Антиллес — юная студентка Пола Антиллес, которую сенатор Органа лишь недавно взяла к себе под крыло, — это не та фигура, из-за которой генерал Хакс стал бы лгать.

Лейтенант Финн, герой битвы за Тид, малодушно заперся в своей каюте один на один с каким-то едким пойлом, популярным среди пилотов, и пил не просыхая день за днем, пока насквозь не провонял спиртным, рвотой и отчаянием. Пока не увяз в паршивой жалости к себе, оплакивая навек потерянное счастье. Пока слезы на его лице не высохли, а рыдания не превратились в мерзкое полубезумное хихиканье. Пока он не стал сам себе отвратителен.