Однако генерал быстро одернула себя и отвернулась, понимая, что не может злиться на этого безголового мальчишку. Нет, подозревать его в сговоре с Диггоном было бы безумием. Финн оттого и покинул Первый Орден, что он не способен на подлость. Несмотря ни на что, она все еще ясно это понимала.

— Спасибо, что рассказал мне все, — еле слышно произнесли ее губы.

Во всяком случае, рассказ Финна помог разрешиться страшной загадке, которая долгое время не давала генералу покоя. Пока Лея не знала имя предателя, она поневоле подозревала в той или иной мере всех и каждого, по этой причине опасаясь даже смотреть в глаза давним друзьям, которые сопровождали ее на Эспирион и помогали ей всем, чем только могли. Теперь она знала, что это Финн и Чала рассказали Диггону правду о Бене.

Чала Орнула. Одна из тех детей, которым Лея заменила мать, и которые заменили ей самой родное дитя, скрытое на Явине…

Знать эту правду было больно. Но знать, что ее предали все же не Калуан Иматт, не Тэслин Бранс, не Хартер Калония и не По Дэмерон — было, как ни крути, облегчением.

— Генерал… — начал Финн, спотыкаясь на каждом слове. — Я знаю, мне нет оправдания…

Она немедленно прервала его.

— Пожалуйста, не говори ничего больше! Я тебя не виню, — и прошептала после небольшой паузы: — Уходи, прошу тебя…

Юноша поднялся. И тут же почувствовал, что ноги его словно приросли к полу. Лея по-прежнему была спокойна. Словно туча, неторопливо ползущая по небу. Однако эта туча — из тех, что скрывают грозу. Финн боялся оставить ее. Сейчас, когда генерал была раздавлена его немилосердной откровенностью.

— Я… — прошептал он. — Я хотел бы как-то искупить свою вину.

Лея подняла голову. Ее глаза… прежде такие живые, выразительные бархатные глаза теперь были холодными и блестящими, словно стекло.

— Каждый из нас хотел бы этого.

***

Когда Финн все же убрался восвояси, генерал Органа заперла двери и принялась гневно расхаживать из угла в угол, словно обозленный хищник. Когда человек теряет разум, в нем иногда просыпается зверь.

Самообладание стремительно покидало Лею, уступая ослепляющей ярости, которая немилосердно клокотала в груди, едва не разрывая ребра. Поступь ее была скачковатой, рваной, дрожащей, что хоть и не соотносилось немного с возрастом генерала, но зато вполне отвечало ее характеру. Точнее, тем тайным его свойствам, которые Лея, унаследовав от отца, передала сыну, хотя сама в себе полноценно так и не раскрыла.

Генерал вспоминала об ужасающих событиях последних трех месяцев — об аресте Бена, о суде, допросах. О пытках, которые, к слову, она, Лея Органа, героиня Гражданской войны и уважаемый руководитель Сопротивления, разделила с сыном — и, следовательно, пострадала, как и он. Наконец, о смертном приговоре, который вынесли ее мальчику, но в последний момент заменили другим — куда более страшным.

И все это, выходит, из-за одного бездумного поступка глупого влюбленного юнца, который на пьяную голову не удержал язык за зубами? Досадная случайность, не более того?..

Из-за досадной случайности пострадал ее ребенок. И из-за случайности погиб ее брат.

Резко остановившись, Лея пространно скользнула взглядом по стене и дико расхохоталась.

Случайность… ха! Нет, таких случайностей не бывает. Судьба не может быть настолько жестокой. Сила не жестока. Она стремится к равновесию, к справедливости, но не к зверствам. Значит, у каждой беды должен иметься виновный. Если случилось преступление — есть и преступник.

И она знала имя преступника. Этот преступник находился здесь, на одном корабле с нею. Это он отважился преступить закон во имя своих туманных амбиций и уговорил канцлера заменить Кайло Рену смертную казнь на тайное заключение в застенках. В проклятом замке, который способен свести с ума любого чувствительного к Силе, даже того, кто еще совсем недавно звался последним джедаем…

Теперь воспаленное сознание Леи, ее взбесившаяся гордость и растущий гнев попросту отказывались верить, что она могла столько времени терпеть присутствие этого мерзкого человека на борту «Второго дома», даже не попытавшись спросить с него за все, что он сделал…

Сколького она лишилась по его вине! Люк скончался. Бен и Рей пропали. Сопротивление больше не подчиняется своему исконному лидеру. Лея осталась без уважения, без надежды и без своих родных. Изгнанница, вынужденная просить убежища у друзей. Ставшая ничтожной приживалкой на корабле, которым в ином случае могла бы командовать.

До сих пор она была лишь подавлена, опустошена. Но сейчас признание Финна растревожило в ней что-то пламенное и запретное. Этот хищный огонек теплился внутри нее, в глубине сердца, всегда, сколько Лея себя помнила. Это он подогревал ее кровь, давая силы держаться, не терять самообладания даже в самых отчаянных ситуациях. Это благодаря ему некогда юная принцесса дерзила, глядя в глаза своим тюремщикам на «Звезде Смерти», без тени страха.

Слабой искры, брошенной незадачливым юношей, достало, чтобы огонь пробудился, заполняя всю ее душу с неведомой прежде стремительностью. Так бывает, когда в закрытом помещении долгое время скапливается газ, стоит чиркнуть спичкой — и все разом вспыхнет. Но теперь это пламя преобразилось. Во мгновение ока оно выросло до таких размеров, что, вероятно, и самой Лее, если бы она глядела на него со стороны, сделалось бы жутко. Она была разъярена. Безумие плескалось в ее глазах, а на самом дне, в глубине зрачков, притаилась Тьма, готовая с минуты на минуту вступить в свои права.