Парни кивают с пониманием, хотя Финн и не уверен, что сумел растолковать им все, как надо.

Они бегут, пригнув головы. То выныривают, то вновь скрываются среди раскидистой листвы.

Вскоре от тишины не остается и следа.

Что-то громыхает вдали, и в следующий момент над ними молнией проносится «X-винг». Бойцы обмениваются радостными взглядами. Похоже, пилотам Сопротивления удалось прорваться сквозь блокаду вражеских кораблей.

Выстрелы летят им в спины. Где-то рядом раздаются приглушенные крики раненых. Финн едва успевает увернуться от плазменного заряда, который врезается в стену рядом на уровне его головы. Юноша смотрит кругом, стараясь понять, что происходит с его людьми и где находится противник. Гадать, что случилось, некогда. Не время подсчитывать потери и горевать о тех, кому уже не помочь. Их заметили.

С губ лейтенанта невольно срываются какие-то заковыристые ругательства. Кажется, за несколько коротких мгновений тот успевает перебрать все известные ему крепкие словечки.

Прикинув позиции, Финн срывает с пояса небольшую самодельную гранату, выдергивает зубами чеку и широко замахивается. Он целится туда, где, вероятнее всего, притаились штурмовики.

В следующую секунду раздается глухой хлопок. Взрыв срывает листья с деревьев и выбивает окна ближайших зданий. Крошево из стекла и щебня стелется по земле. Несколько фигур в белой броне отбрасывает взрывной волной.

Это обеспечит отряду Финна небольшую фору.

Стараясь не терять времени, лейтенант выпрыгивает из укрытия и манит за собой остальных. Один за других они ныряют в узкий проход между домами.

Краем глаза Финн замечает, что дворцовая площадь охвачена боем. Союзные отряды, заходя с двух сторон, теснят штурмовиков все дальше, прижимая к главному входу в королевские апартаменты. За ними тянется след из мертвых тел.

Чуть в стороне, у ряда статуй каких-то причудливых крылатых существ мелькает неказистый AT-ST, тяжело, со скрипом ковыляющий на своих «птичьих» ногах.

Еще один истребитель Сопротивления выныривает из-за облаков и лихо проходит вдоль магистрали, едва не задевая брюхом шпили зданий. Его пушки поочередно выпускают залпы, заставляющие обрушиться тяжелую дворцовую колонну.

Колонна падает, перекрывая путь шагоходу. Вокруг поднимается взвесь из каменной крошки. По всей вероятности, оператор AT-ST не справился с управлением — шагоход заваливается на бок, слабо испуская искры. «X-винг» тем временем делает крутой крен, уходит влево и вновь растворяется среди белоснежного небесного кружева. Высь угрожающе клокочет; издали отзвуки воздушного боя неотличимы от громовых раскатов…

Все эти картины проносятся перед взглядом Финна со скоростью выстрела, почти не касаясь сознания. В эти мгновения в его голове рождается план.

Юношу не покидает ощущение, словно капитан Терекс даже не пытается всерьез одолеть своих врагов. Финн не раздумывает о причинах столь неожиданной апатии, хотя его душу стремительно заполняет предчувствие беды.

При нынешнем раскладе капитан наверняка попытается сбежать с планеты назад, на «Финализатор», который дожидается на орбите. «Этого нельзя допустить», — настойчиво твердит внутренний голос. Не только потому, что хаттов ублюдок обязан ответить за все, что сотворил. Что-то подсказывает Финну: если этот человек уйдет, их победа не будет полной. Терекс — не из тех, кого легко сломить и заставить сдаться. Он не станет сидеть сложа руки в минуту опасности. Наверняка у него имеется какой-то план — и в чем бы этот план ни заключался, необходимо помешать его претворению в жизнь.

На размышления уходит не больше пяти секунд, после чего Финн решительно рычит своим людям:

— К ангарам!

Конечно, формально он нарушает приказ. Однако первоначальный план, как это обычно и случается, пошел хаппабору в задницу. Других указаний не поступало и едва ли поступит, учитывая потерю комлинка, а куча мала на площади и без них получилась неплохой.

Ему напоминают, что ангары расположены по другую сторону дворцовой площади. Финн натужно вспоминает схему города, казалось бы, заученную наизусть, и все больше свирепеет.

Оставшиеся члены его отряда сбиваются в стайку поодаль, прижимаются спинами к стене. Все они горячо и хрипло дышат, с каждого градом катится пот. Финн дает им немного времени перевести дух и заодно подсчитывает, скольких он потерял.

Девять. Из дюжины осталось девять человек. Что ж, могло быть и хуже…

— По моей команде… — шепчет Финн, судорожно оглядываясь.

Он прикидывает, где безопаснее пересечь площадь. Панорама основного сражения неуклонно смещается все ближе к дворцовым ступеням. В районе Триумфальной арки, метрах в ста от того места, где они находятся, стрельба куда меньше; перестреливаются несколько небольших групп.

Бойцы выскакивают из укрытия и, упав на животы, ползут под перекрестным огнем. Командир — впереди остальных, задавая направление. В его голове горячие слова молитвы чередуются с солдатской руганью.

Наконец можно вновь подняться на ноги.

В этот момент мимо проносится, чуть не задев Финна, какой-то гунган верхом на фамбаа*. Он сердито машет рукой и кричит, чтобы солдат смотрел, куда идет. Тот не остается в долгу, охотно выкрикнув вслед обидчику несколько неприветливых фразочек, и вдруг сознает, что на душе стало немного легче — что ни говори, иной раз бывает полезно выпустить пар.