– Прости,– все, что он мог сказать. Юки в ответ разрыдалась пуще прежнего, со всей силы вцепившись пальчиками в плечи брата и оставляя на коже красные отметины.

– Я… я думал, что если уйду, то защищу тебя от Айзена,– шептал Кеншин.– Я ошибся, прости. Сейчас… из-за моей ошибки ты сейчас под ударом. Теперь я не могу взять тебя с собой. Йоруичи и Ячиру не покинут Сообщество Душ, у них слишком много здесь дел, и ты– единственная, кто их защищает от Айзена. Я свалил на твои плечи эту ношу, и все, что могу– просить прощения. Я тебя люблю, Юки…

– Сколько еще?– сестренка подняла на брата полный любви и надежды взгляд.– Сколько мне ждать?

– Не знаю,– вздохнул брат.– Прошу тебя, Юки… перестань тосковать, найди, ради чего тебе жить… и жди…

– Хорошо, я буду ждать,– Юки шмыгнула носиком и удивленно распахнула глаза, отвечая на глубокий и нежный поцелуй, по которому она так соскучилась.

– Ты стала такой сильной, ты справишься. Я тобой горжусь,– услышала Юки перед тем, как Кеншин поднял ее на ноги и поднялся сам. Девушка подобрала трезубец и запечатала занпакто, потоком реацу высушивая промокшую форму. Короткий бой оказался весьма напряженным, что не удивительно. Кенпачи предупредил ее, что с братом ей придется выкладываться на полную– слишком много реацу она вложила в свои атаки, зная, что используя обычные способности занпакто, не сможет даже коснуться брата. Как только Юки запечатала занпакто, она сразу почувствовала навалившуюся слабость. Ноги подкосились, руки задрожали, и девушка упала бы, если бы ее не подхватил Кеншин.

– Братик…– умиротворенная улыбка коснулась губ Юки, в синих глазах отразилось счастье и желание подольше побыть на руках у брата.

– Ты стала очень сильной,– тепло улыбнулся брат.– Вложить столько реацу в атаки и при этом с легкостью их контролировать– задача не из легких.

Три всполоха реацу отвлекли его от беседы с сестренкой. Кеншин оглянулся на трех капитанов, застывших в ожидании. Мрачный, холодный взгляд Бьякуи, ухмылка Гина, напряженность Тоширо– все его ученики просто излучали решимость вступить в бой с наставником.

– Я потратил довольно много реацу, сражаясь с Юки,– Кеншин ухмыльнулся в предвкушении схватки.– Но не думайте, что все будет просто. Гин, отнеси Юки в ее кабинет.

– Хорошо,– расплылся в ухмылке Ичимару, в буквальном смысле улыбаясь до ушей. Два сюмпо– и вот он снова стоит здесь, получив удовлетворенный кивок наставника.

– Прекрасное сюмпо, Гин,– похвалил Карасу и встряхнул тати. Тело капитана окутала уплотненная реацу, словно вторая кожа, тати, казалось, вспыхнул ярко-синим пламенем, воздух заметно потяжелел и уплотнился, но капитаны не испытывали заметного дискомфорта, высвободив свою реацу в ответ.

– Цвети, Сенбонзакура,– скомандовал Бьякуя. Клинок его катаны засветился розовым светом и распался на тысячи крохотных клинков, отражающих свет так, что казалось, будто это и не клинки вовсе, а лепестки сакуры. Поток лепестков тут же устремился к экс-капитану десятого отряда.

– Пронзи, Шинсо!

Светящийся белым светом клинок удлинился и изогнулся, нанося стремительный жалящий удар слева.

Тоширо прыгнул высоко вверх, занося свой тати:

– Снизойди с ледяных небес, Херинмару!

Небо затянули низкие черные тучи, с клинка тати сорвался ледяной дракон и с высоким криком обрушился в центр закружившегося смерча розовых лепестков.

Три занпакто ударили одновременно, но им противостоял встречный удар Кеншина Карасу. Яркая синяя вспышка разметала лепестки сакуры и прочертила глубокую широкую борозду в земле по направлению к капитану Кучики, пылающий синим светом клинок отбил Шинсо, а ледяной дракон, созданный силой Херинмару, напоролся на выставленный между ним и Кеншином данку и превратился в глыбу льда, расколотую волной реацу.

– И это все?– экс-капитан десятого отряда вздохнул.– Слабовато. Что ж, придется мне вас слегка взбодрить.

Стремительный сюмпо– Тоширо едва-едва успел разглядеть движение наставника и инстинктивно парировал сильнейший удар меча в своей жизни. Столкновение двух клинков породило сине-голубую полусферу взрыва, ударная волна швырнула Хитсугаю с такой силой, что паренек прошиб спиной две стены и ударился о землю, оставляя там внушительных размером вмятину.

Гин тут же атаковал наставника в открывшуюся спину, но вовремя успел заметить направленный на него палец наставника, окутавшийся белым светом.

– Хадо четыре, Бьякурай.

Яркая белая молния, окутанная ореолом тонких разрядов, с силой врезалась в выставленный плашмя вакидзаси и швырнула Ичимару далеко назад. Капитан третьего отряда пытался устоять, но ноги лишь прочертили две глубокие борозды в брусчатке перед тем, как спина встретила казарму, от удара разлетевшуюся на куски.

Бьякуя тут же собрал все лепестки в один пылающий розовым светом клинок и применил сюмпо, нанося удар наставнику и вкладывая в этот удар значительный объем реацу. Cиний и розовый клинки столкнулись, Кеншин отлетел назад, не сумев устоять на ногах, а вдогонку ему отправился сильный сокацуй.