***

Когда я снова проснулась, солнце ярко светило в окно, а Блейна рядом не было. Поднявшись, я услышала доносившийся из ванной звук работавшей бритвы. Поправив махровый халат, в котором заснула, я приподнялась на подушке.

Пытаясь собраться с мыслями, я рассеянно смотрела в пространство. Тяжесть на сердце не уменьшилась, но, по крайней мере, у меня появилось желание встать. Даже если придётся двигаться мелкими шагами, я должна идти дальше. У меня не было права на очередной срыв. Мои щёки до сих пор горели от стыда, когда я думала, что пережили Алиша и Блейн вчера, пока меня искали. Мне следовало позвонить подруге и извиниться.

Когда бритва затихла, послышался звук включенной воды, а потом Блейн вышел из ванной. Он был в спортивных шортах и без футболки. Должно быть, занимался в тренажёрном зале, пока я спала.

– Сколько сейчас времени? – спросила я, нахмурившись.

– Чуть больше десяти. – Блейн подошёл ближе. – Тебе нужно позавтракать.

– Знаю. – Вздохнув, я подняла на него глаза. – А разве ты не должен работать?

– Полиция, наконец, вернула семье тело Кенди, – ответил Блейн. – Сегодня пройдут похороны.

Мои глаза расширились.

– Ты пойдёшь?

Блейн кивнул.

– Один?

– Мона и Джералд тоже там будут, – сказал он, открывая шкаф.

Помедлив, я спросила:

– Хочешь, чтобы я пошла с тобой?

Блейн на мгновение замер, перестав просматривать рубашки.

– А ты согласишься?

– Конечно, – скованно ответила я. – Только если это будет уместно…

– Разумеется будет, – заверил меня Блейн.

– Тогда я соберусь. – Поднявшись с кровати, я неловко поправила халат, стараясь игнорировать его пристальный взгляд, а потом скрылась в ванной.

Час спустя я съела фруктовые пирожки, приготовленные Моной, надеясь, что меня не будет тошнить. Вернувшись в спальню, я надела чёрное платье без рукавов и собрала волосы во французский пучок. Посмотрев на себя в зеркало, я заметила бледное лицо и тени под глазами, которые невозможно скрыть макияжем. Солнечные очки сейчас были единственным спасением.

Мой взгляд задержался на золотом медальоне, висевшем на груди. Когда-то я убеждала себя, что не снимаю его, потому что в нём спрятаны фотографии родителей. Но больше невозможно себя обманывать. Я не расставалась с украшением, потому что его подарил мне Кейд.

Когда рука поднялась к застёжке, чтобы снять медальон, я застыла. Нет, ещё не настало время. Я не готова снять его сейчас. Знала, что должна, но не могла.

Желудок неприятно сжался, и я поняла, что не стоило есть пирожки. Схватившись за спинку кровати, я опустила голову в надежде, что волна тошноты пройдёт. Боль, как чёрная дыра в груди, разрасталась, угрожая поглотить меня без остатка. Кейд ушёл. На этот раз навсегда. Как мне жить дальше? Без денег, без семьи? Об учёбе не могло быть и речи. И мне не с кем оставить малыша во время работы. Лёгкие сдавило настолько сильно, что дышать стало больно. Перед глазами поплыли чёрные круги.

– Всё хорошо, Кэт! – послышался сквозь пелену голос Блейна. – Всё хорошо. Посмотри на меня.

Он приподнял мою голову за подбородок, и я встретила его зелёные глаза.

– Дыши, слышишь? – Блейн осторожно отцепил мою руку от спинки кровати и переложил на своё плечо. – Держись за меня.

Сжав пальцами лацканы его пиджака, я чувствовала ритм его дыхания, стараясь повторять за ним. Постепенно тёмные пятна исчезли, и дышать стало легче.

Губы Блейна поджались.

– Тебе нужно лечь, – отрывисто сказал он.

– Нет, – запротестовала я. – Нам пора ехать, верно? Нельзя опаздывать.

Блейн нахмурился.

– Думаю, тебе лучше остаться.

– Мне уже лучше, – возразила я более уверенно. – Просто… закружилась голова на пару минут. Поехали?

Я взяла сумку с комода и направилась к двери, чувствуя на себе его взгляд. К счастью, Блейн молча последовал за мной.

На улице было жарко, и я нашла в сумке солнечные очки. Когда Блейн открыл передо мной дверь «Ягуара», я села в прохладный салон, а через несколько минут мы набирали скорость по северному шоссе.

– Не расскажешь, из-за чего случился приступ паники? – спросил Блейн, глядя на дорогу.

– Прости, – вздохнула я. – Наверное… нервы сдают.

– Тебе не за что извиняться, – возразил Блейн. – Но если ты боишься, что осталась одна, то это не так. У тебя есть я.

Прерывисто вздохнув, я отвернулась к окну.

– Я не могу так с тобой поступать, Блейн. Ты заслуживаешь большего. Я справлюсь сама. Мне просто нужно время всё обдумать…

Проехав на территорию кладбища, Блейн нашёл место для парковки среди множества машин. Заглушив мотор, он посмотрел на меня.