Шрифт:
В это же время Вася пытался добыть Наташе номер в гостинице.
– Если администратор женщина, – шептал Вася, – тогда расчет на мое обаяние, если мужчина – на твое.
Администратор гостиницы сидела за длинным деревянным барьером. Вася шагнул вперед, но тут администратор неожиданно встала, и радушная улыбка поплыла по ее лицу.
– Добрый вечер! Как доехали?
– Спасибо, хорошо! – осторожно ответил Вася.
– Вам номер? Не стесняйтесь!
– Мне нужен на одного, – с неожиданной для нее робостью сказала Наташа, – на сутки, я вас очень прошу…
– Спасибо, – администратор продолжала сиять, – я так рада, что могу помочь. Вам с ванной или без?
– Если можно, с ванной, – почти прошептала Наташа.
А потрясенный Вася молчал.
– Вы, наверное, устали с дороги? – ласково сказала администратор. – Вы оставьте паспорт и пройдите в номер триста двадцать пять, передохните, а потом спуститесь и заполните листок прибытия, так удобнее, верно?
– У меня нет слов! – вымолвил Вася.
– Я потрясена, наверное, мне это снится! – Наташа отдала паспорт и, взяв у администратора направление, пошла к лифту.
– Главное, мы миновали родителей! – улыбнулся Вася. – Надо дать им время раскаяться.
А по лестнице спускалось вниз какое-то важное лицо. И важное лицо, проходя мимо администратора, сказало ей:
– Вашу систему обслуживания клиентов одобряю.
– Спасибо! – хором запели администратор и лица, сопровождавшие важное лицо.
Гости покинули гостиницу, администратор облегченно вздохнула, достала откуда-то снизу плакатик: «Свободных мест нет» – и водрузила на видное место.
И тут возник Борис Иванович.
– Извините, – начал он раболепно, – мне бы хотя бы не номер, а место, на одну ночь…
– Вы что, слепой, – рявкнула администратор, – или неграмотный? Видите, написано: «Свободных мест нет»!
Вечер уже клонился к ночи, и собор, который был виден из окна, высился темно-серой громадой.
Марина Петровна лежала на диване и иронически глядела на бывшего мужа, который застрял у окна:
– Я не приехал сюда смотреть на соборы! Бред, бред, бред! Я не хочу ночевать с тобой в одной комнате и тем более на одном диване!
– Тут не гостиница, – пожала плечами Марина Петровна, – и у них нет лишнего дивана!
Борис Иванович заметался по комнате:
– Где этот чертов Вася?
– Где-нибудь с твоей дочерью!
– Я его разберу на составные детали!
– Не надо! – посоветовала Марина Петровна. – Нам нужен целый зять, а не разобранный!
– Тебе весело! – продолжал бушевать Борис Иванович. – А я спать хочу. Где мне лечь, на полу?
– Абсурд! Ты лежал со мною рядом двадцать лет…
– Девятнадцать…
– Лишняя ночь ничего не меняет, а если ты ляжешь на полу и они войдут?..
– Зачем они среди ночи должны входить?
– Вдруг им что-нибудь понадобится? В шкафу, например…
– Двигайся! – решил Борис Иванович. – Ляжем валетом!
И тогда Марина Петровна начала смеяться:
– Мы с тобой лежали двадцать лет…
– Девятнадцать! – Борис Иванович взял подушку, кинул к ногам Марины Петровны и лег как был – в рубашке и брюках.
– И первый раз лежим валетом! – как говорится, от души смеялась Марина Петровна. – Слушай, а все эти двадцать лет…
– Девятнадцать… – стоял на своем Борис Иванович.
– Ты меня любил? Ну, сначала-то любил, я знаю, а потом это была привычка или чувство?
– Все было, чувство было, привычка была, а теперь я поставил на тебе крест! Ясно?
И тут Марина Петровна окончательно зашлась от смеха.
– Ты что? – не понял Борис Иванович. – Ты чокнулась?
– Нет… я представляю… твоя толстуха… узнает… что ты… сегодня спал со мной в одной постели!
Борис Иванович вскочил:
– Я ухожу!
– Куда? – Марина Петровна продолжала развлекаться. – Я ее никогда не видела, но я отлично представляю выражение ее лица, когда она узнает…
И тут в дверь постучали.
– Ложись! – скомандовала Марина Петровна. – И рядом со мной!
Борис Иванович схватил подушку, лег рядом, голова к голове.
– Входите! Кто там? – нарочно сонным голосом проговорила Марина Петровна, успев накинуть одеяло на бывшего мужа.
В двери появились Яков Андреевич и Серафима Ильинична.
– Вы уж извините! – сказала Серафима Ильинична. – Вы тут спите, как голубки, а мы извелись – переживаем!