От тяжёлого гула задрожала земля, и зазвенели стёкла. Встали на крыло перепуганные птицы, зажглись сотни окон, множество людей высыпало на балконы.

— Дождались…, - сплюнув на брусчатку, сказал парень.

— Чего дождались? — спросила его подруга.

— Братьев по разуму, — ответил Игорь, провожая взглядом тёмную громаду, в основание которой упиралось четыре огненных хвоста.

Пришельцы, если это были они, добрались до земли в условиях свободного падения. Почему? Причиной, заглушившей движки махины, явилась ракета или её аналог, свалившаяся на корабль примерно оттуда, откуда появился сам неопознанный летающий объект непонятной конструкции, ибо на «тарелку» он походил мало. Впившись в горб «не тарелки», ракета превратила часть обшивки жертвы в пар, часть заставила раскалиться до красна, ещё кусок не затронула, но корабль это не спало. Огненные тумбы-ноги погасли, как по команде и тысячи тонн стали, пластика и груза, долю которого составлял экипаж инопланетного корыта, рухнули вниз.

Бах! Даже не так — БАХ! Как живая пошла волнами потревоженная земля, заверещали сигналки автомашин, звонко лопались об асфальт выбитые осколки стекла из окон, на некоторых домах, как при землетрясении, образовались трещины, а за городом выросло пламя исполинского пожарища. Яркие вспышки, раскрасившие черноту ночи, продолжали радовать зевак, а в штабах большинства стран мир поднятые по тревоге военные не знали, как поступить. Самая передовая орбитальная аппаратура, сориентированная на источник беспокойства, выдала картинки, по своему содержанию, бывшие очень далеко от мирных. Два космических флота, словно в третьеразрядном фантастическом боевике, перемалывали друг друга в труху. Сбывались самые мрачные прогнозы скептиков, твердивших миру, что мирный высший разум — это нечто из области детской фантазии.

На следующий день, двадцать седьмого мая две тысячи двадцать седьмого года состоялся первый в новейшей истории человечества контакт с внеземной цивилизацией. «Высший разум» принёс на Землю не мир, но меч…

— Уважаемые пассажиры, через пять минут наш орбитальный лихтер начнет стартовые процедуры и совершит подъем на орбиту, экипаж и командир корабля просят вас прослушать информацию о мерах безопасности при совершении полета, — из невидимых взгляду колонок донесся приятный женский голос.

Вещала красотка на лингве — пассажирские компании большинства человеческих миров взяли на вооружение так называемый «общий» язык. В начале, середине и конце отделяемого пассажирского отсека развернулось голографическое изображение длинноногой бортпроводницы в униформе транспортной компании.

Богдан, скользнув взглядом по датчикам силовых полей персонального спасательного кокона и аварийному запасу дыхательной смеси, привычным жестом пристегнул ремни и откинулся на спинку кресла. Подчиняясь программе, гель под заменяющей кожу поверхностью сформировал наиболее удобную для человека форму спинки сидения.

Для того, кто в сотый раз совершает межзвездный перелёт, инструктаж не нес абсолютно ничего нового. Девицы на голо, из раза в раз повторяли одно и тоже, да и сами они были словно клоны из одного маточного репликатора.

«Скорей бы уж, — промелькнула в голове Богдана шальная мысль. — Задрали сопли жевать».

Не его одного раздражала ненужная тягомотина перед стартом. Несколько офицеров, разместившихся во втором ряду, дружно поддержали Богдана кислыми минами. Судя по знакам различия, соседи в военной форме сами регулярно держатся за штурвалы космических кораблей и орбитальных штурмовиков. Лихие ребята не привыкли церемониться, стартуя чуть не на форсаже.

Давно ли он сам трясся в десантных «коробочках»? Давно, если подумать. Для некоторых простых смертных целая эпоха канула в призрачные воды Леты. Девять лет минуло с той поры, как пришло время сменить латы боевого скафа на комбез инженера-энергетика и гражданские скафандры-пустотники. Хотя лично ему грех жаловаться, бывшему штурмовику гораздо чаще приходилось работать не в сине-белых «Снегирях» монтажников, а в универсальных, камуфлированных, армейского типа «Хорсах» или «Морриганах». Монтаж энергоустановок и реакторов в пустоте имеет свои тонкости и особенности. Армейские скафандры для подобной работы подходили лучше гражданских образцов.

Бросив на молодых пилотов косой, но равнодушный взгляд, Богдан прикрыл глаза. Три года после универа погоны украшали плечи бывшего выпускника Федерального Государственного Университета Ирия. Три долбанных года. Парни, учившиеся с ним в группе, в отличие от него, оттянули двухгодичную лямку, оговорённую контрактом с государством, после чего оказались свободны в выборе: гражданка без всяких обязательств или социальная служба, а его — пентюха, затянуло армейским «хлебушком». Контракт с вооруженными силами Ирия и Российской Федерации как-то сам собою продлился ещё на три года. По велению души, угум… и продолжала бы армия лепить из него отпетого служаку в хорошем смысле слова, если бы не случился Силур — старый колониальный мир Тхора.

Гуманоидная раса, удивительно похожая на выходцев с Земли, насчитывала пятьдесят тысяч лет (по земному летоисчислению) письменной истории. Впрочем, ничего странного, большинство древних рас — гуманоиды, кроме Тхора внешнее сходство с землянами имеют Ту`от и Каас. Среднестатистического Тхора (с ударением на «о») от простого урюпинского обывателя отличает количество зубов во рту, коих у ксеносов тридцать шесть штук и отсутствие волосяного покрова на теле, под мышками и в паху. Рудиментарная растительность у аборигенов с созвездия Плеяд осталась лишь на головах. В отличие от своих конкурентов и чего скрывать — врагов, Ту`от с прическами прощаться погодили, по цвету волос они могли конкурировать с героями японских аниме, и только острые треугольные зубы хищников в компании с четверками пальцев на руках и ногах не дадут причислить последних к Homo Sapiens.