Шрифт:
Я прислоняюсь к ближайшей стене. Список разыскиваемых. Конечно.
— Темпер, я люблю тебя.
— Конечно, любишь. Как и я тебя, красотка. Итак, — я слышу, как она шаркает по своему кабинету, — я все ещё считаю, что тебе стоит связаться с этим клиентом. Дать тебе его номер…
— Нет, — выпаливаю я. Не хочу беспокоиться ещё и о клиентах помимо всего остального.
— Правильно, — я почти вижу, как она кивает сама себе, — слишком опасно. Он может выдать тебя.
Я не напрягаюсь упоминать, что этот звонок тоже могут отслеживать. В этом мы с Темпер хорошо разбираемся. Когда у тебя есть такие связи и навыки как у нас, отследить телефонный звонок — детская забава.
— Темпер, — говорю я низко и хрипло, — меня может не быть довольно долго.
— Ну, уж нет. Я работаю над тем, чтобы тебя убрали из списка, и как только Илай вернется, я удостоверюсь, что он расхлебает всю заваренную им кашу.
Я вздрагиваю от угрозы в ее голосе.
— Темпер, это не только из-за списка разыскиваемых. Хотелось бы, чтобы так и было… — Я набираюсь храбрости. Теперь самая трудная часть. — Возможно, тебе придётся найти мне замену.
На несколько секунд наступает тишина.
Затем раздаётся:
— Нет.
От тона Темпер у меня бегут мурашки по рукам. Я понимаю, что если бы была в офисе, он бы задрожал. Это лишь намёк на её поразительную и злобную силу.
— Хорошо, хорошо, — говорю я, идя на попятную. — Тебе не нужно находить кого-то ещё, но… Торговец привлек меня помочь ему с чередой исчезновений в Потустороннем мире, и пока проблема не разрешится, я останусь с ним.
Тишина. Но в этот раз молчание не кажется, как несколько секунд назад зловещим, а… осуждающим.
— И? — наконец, говорю я.
— Ничего.
Я закатываю глаза.
— Говори уже
— Ничего.
Я жду.
Она прочищает горло.
— Ты живёшь у Торговца?
— Не по своей воле!
— Ну-ну.
— О, Боже, Темпер…
— Сучка, просто скажи мне прямо: ты полируешь ртом банан парня? В этом все дело? — спрашивает она.
— Нет… нет, это не так. Отношения строго профессиональные.
Лгунья.
Она фыркает, видя меня насквозь.
— А он-то в курсе?
— Эм… Я не знаю, что чувствует Торговец.
— Хорошо, детка, давай подведем итоги: ты чертовски сексуальная сирена. Он плохой парень. Как плохиш, из-за которого снятся кошмары. Ему нужно твоё «добро». Черт, открыто заявляю, я хочу твоё «добро», которым природа тебя щедро одарила. И если ты останешься там, то знаешь, что произойдет, я
знаю, что произойдёт, черный Иисус знает, и, самое главное, Торговец знает, что произойдет: у тебя будет серьёзный трах.
— Темпер, — рычу я.
— Во только не говори, что это не так. И что касается твоего отпуска, я не приму никого на твою должность. Делай всё необходимое, чтобы выбраться оттуда, или я начну действовать.
* * *
Тем же вечером я сижу с Десом в столовой, а сказанные ранее слова Темпер крутятся в голове. Она достаточно могущественна, чтобы сразиться с Торговцем, и это меня пугает. Возможно, мне следовало уступить его желаниям… я бы быстрее избавилась от бусин. И физически насладилась бы, да ещё как. С Десом я не боюсь близости. Боюсь влюблённости, которая обязательно последует.
С другой стороны стола, заставленного едой на вынос, вышеупомянутый Торговец откидывается на спинку стула, широко расставив ноги. На его лице читается высокомерная красота, а во взгляде распутность и царственность. Десу не хватало только короны.
Я скольжу взглядом вокруг. Официальная столовая Деса выглядит практически фантастически. На спинках стульев вырезаны различные сцены из сказок, по моим догадкам. Над нами горят свечи в чеканной бронзовой люстре, а стены расписаны пейзажами лунного сада. Трудно представить, что этот мужчина — этот стервец — поручил спроектировать свою столовую именно так. Выглядело так, словно здесь — как в микроволновке — взорвались яйца. Гламурные и утончённые, но всё же яйца. Сидя, закинув ноги на стол, я беру коробочку с «Ло Мейн» [6] . Втыкаю в еду палочки и умело наворачиваю на них лапшу. Я замираю, не успев прожевать её, когда понимаю, что Дес наблюдает за мной с зачарованным выражением лица.
6
Китайская лапша с курицей
— Что? — Я смотрю себе на грудь, желая убедиться, что не испачкала одежду.
Это Торговец придумал заказать что-то китайское, но сам не притронулся к еде, когда мы сели.
— Ты изменилась.
Я ведь изменилась, правда? Что-то за это время меня закалило. Возможно, уход Деса, возможно, работа, а возможно то, что я повзрослела.
Я смотрю на него.
— Мне следует обидеться?
— Совсем нет, ангелочек. Я нахожу все версии тебя довольно… интригующими.
Интригующим. Можно и так выразиться. Я выгибаю брови, вновь начав ковыряться палочками в коробке.