– Почему мы перестали появляться?
– задумчиво спросил Давид.
– Неужели на самом деле мы представители какой-то вымирающей расы и теперь Гектор навсегда останется один?

– Этот вопрос и меня давно волнует, - пробормотала я.
– Очень бы не хотелось, чтобы Гектор остался один.

– Эй, ребята! Включите телевизор!
– со стороны коридора раздался взволнованный голос Гектора, а спустя секунду он ворвался в спальню.
– Наш городской новостной канал!

– Пуск! Восемнадцатый!
– отдал команду Давид, и одна из стен спальни засветилась, и на ней появилось изображение.

Молодая, симпатичная журналистка стояла возле полицейского управления и вела репортаж в прямом эфире:

– Сейчас эту девушку доставили в участок для выяснения личности. Ещё раз повторяем, её нашли на окраине нашего мегаполиса, сегодня рано утром. Она ничего не помнит о себе, кроме имени, а индификационный чип отсутствует, и даже нет следов его извлечения. Полиция просит откликнуться тех, кто может её знать, - на экране появилась фото молодой, испуганной девушка лет двадцати, а голос за кадром продолжил: - Назвавшись Вестой, она заявила, что пришла в себя возле озера и больше ничего не может сказать, кроме того, что всю ночь бродила по лесу и только к утру вышла на огни города…

– Ребята, вы понимаете, что это может значить?
– лихорадочно спросил Гектор.
– Ничего не помнит! Возле озера! А ведь одно из наших озёр в двадцати километрах от окраины!

– Ты что, думаешь, что она бессмертна?
– недоверчиво спросил Давид.

– Да! Посудите сами - у неё даже чипа нет!

– Что чипа нет, это очень странно, - задумчиво ответила я.

Мир за последние десятилетия сильно изменился. Города превратились в мегаполисы с населением в десятки миллионов людей, и простирались теперь на многие сотни километров, а также имели ещё и уровни под землёй. Поэтому наши озёра кое-где даже входили в территории городов, что являлось для нас неудобством. А самой основной проблемой стало перенаселение. Люди научились продлять свою жизни до ста пятидесяти лет, и сохранять молодость чуть ли не до ста лет, а соответственно и способность к деторождению продлилась, что привело к ограничениям количества детей на одну семью. А это в свою очередь заставило власти наладить строгий контроль за населением, и за последние двадцать лет все жители Земли были прочипированы - каждому под кожу вшили чипы со всей информацией о носителе, начиная от того, сколько у человека денег на счету и заканчивая информацией о здоровье, и количестве рождённых детей. С одной стороны это было удобно, ведь теперь не требовалось носить с собой документы, кредитные карты, а при проблемах со здоровье врачи сразу могли за долю секунды узнать историю болезни или необходимые данные о группе крови или аллергии на препараты. Но для нас это одновременно являлось и проблемой, потому что умельцев перезаписать информацию на чипах и изменить данные в базах, имелось не так много из-за хорошей защиты, и каждая такая перезапись стоила нам сумасшедших денег. “А с другой стороны - люди подолгу теперь выглядят молодо, и нам нет необходимости часто пользоваться услугами спецов. Вон, мне по документам сорок девять лет, а выгляжу я на двадцать, и никого это не смущает. А с этой девушкой… хм, то, что нет чипа - странно…”.

– Отсутствием чипа можно объяснить и по-другому, - сказал Давид, отрывая меня от мыслей.
– Может, она чей-то незаконный ребёнок? Ты же знаешь, поговаривают, что в подземном городе есть семьи, пытающиеся нарушить правила…

– Да, а что она делала возле озера, а в не подземном городе?
– Гектор не унимался.
– Таких детей прячут от всех и на поверхность не выпускают, чтобы детекторы не засекли. Она никак не могла пройти по городу, да и для похода в лес требуется специальное разрешение. Вы же знаете, как рьяно защищаются те небольшие островки природы, оставшиеся нетронутыми.

– Знаем, - ответила я, поморщившись.

Из-за перенаселения жизнь во многом стала другой, и вырваться на природу из города обычным людям было практически нереально. Только очень богатые могли себе позволить купить пропуск, чтобы подышать свежим воздухом в тиши леса.

– Но ведь среди наших её не было. А мы знаем всех бессмертных, - возразил Давид.

– А может и не всех? И потом, не факт, что мы на самом деле кучка представителей предыдущей людской расы, - Гектор уже начал злиться.
– Почему не проверить? Или что, не хотите взваливать на себя заботы о новой бессмертной? Денег жалко! Так я заплачу за всё сам!

– Гектор, подожди, не горячись, - умоляюще произнесла я.

– Не горячись?
– он зло зыркнул на меня.
– А может это мой шанс обрести, наконец, счастье и спокойствие! Думаете, мне приятно смотреть на вас и знать, что у меня такого никогда не будет?

– Ну, ты же всегда любил разнообразие, - миролюбиво вставила я.
– Сам ведь говорил, что не хочешь быть с одной девушкой…

– Когда я этого говорил? Десять-двадцать лет назад? А ты не допускаешь, что я могу измениться и теперь не хочу бессмысленных интрижек? Может, мне это уже приелось? Может, у меня есть пример перед глазами, показывающий - в чём истинное счастье?

– Хороший мой, ну не злись, пожалуйста, - начала я, и Гектор разозлился ещё больше.

– Не смей со мной так разговаривать! Я уже не маленький ребёнок и не твой сын!
– вспылил он.

– Да, не сын, - с горечью сказала я и сама начав выходить из себя.
– Но я по-прежнему желаю тебе счастья! И буду очень рада, если эта девушка действительно окажется бессмертной! Но перед тем как заняться выяснением этого и оказать ей помощь, хочу задать тебе парочку вопросов. Ответь, ты уверен, что если она окажется бессмертной и захочет быть с тобой, ты не будешь ей изменять? И можешь обещать, что она будет тебе равноправным партнёром? Что не будешь диктовать ей, как жить, что делать или как себя вести?

Гектор моментально нахмурился, услышав вопросы, а потом пристально посмотрел на меня и требовательно спросил:

– Далила, а откуда такие вопросы? Есть что-то, чего я не знаю из своей прошлой жизни?

“Блин! Зря спросила!” - сказала я себе, но помня рассказ о своей прошлой жизни, я боялась, что Гектор своим поведением может причинить другой девушке боль. И точно не желала, чтобы он обращался с ней так, как когда-то со мной.

– Лила?
– Гектор не собирался отступать и к нему присоединился Давид: