Однако до обретения спокойствия пришлось ждать ещё три часа. После того, как сообщили, что Арсений пришёл в себя, нас ещё долго не пускали, пока его не осмотрел врач, а потом пока он снова не поспал.

Попали мы к нему, только когда солнце клонилось уже к закату. Осторожно войдя в его отдельную палату, мы дружно с облегчением выдохнули, увидев, что Арсений хоть и бледен, но вполне в норме, и даже улыбается. А Лина так вообще светилась от счастья и, держа парня за руку, с такой нежностью смотрела на него, что тут и слепой бы понял - это однозначно любовь.

– Привет всем, - хрипло сказал он, увидев нас.
– Прорвались наконец-то?

– Прорвались, - с мягкой улыбкой ответила я, когда мы подошли к нему.
– Как себя чувствуешь? Сильно раны болят?

– Чувствуя себя замечательно, - ответил он и бросил взгляд на сестричку.
– Моя Линка-малинка рядом, а с остальным как-нибудь справлюсь.

– Арсений, даже не знаю, как тебя благодарить за всё это, - церемонно произнёс папа.
– Сначала ты вытащил Эву, можно сказать с того света, а теперь вот снова спас моих девочек, но уже обоих… За такое даже невозможно придумать благодарность… Хотя я так понимаю, ты уже получил то, что больше всего желал?
– он вопросительно посмотрел на парня, а потом на Лину.

– Получил, - с достоинством ответил он и тоже посмотрел на мою сестричку.
– Обещаю, она не пожалеет, что встретила меня.

– Главное, чтобы ты не пожалел, - вставила я и улыбнулась, а затем обратилась к сестре: - Лина, ты при мне поклялась и теперь обязана исполнить свои обещания. Помнишь - ласковая, хорошая, послушная, идеальная?

– Помню, - пробурчала она.
– Ты ещё будешь пилить меня за это! Обещала - значит, сдержу слово. А теперь отстаньте от меня!

– Не пожалею, - сказал Сеня.
– И даже рад, что всё так вышло. Правда, даже боюсь думать, что случилось бы, задержись я ещё на минуту или две… Угораздило же попасть в пробку!

– Кстати, а откуда ты появился? Я так и не поняла. Машина ведь не въезжала на стоянку, - произнесла я.

– Да всё просто. Выехав с офиса, я рассчитывал, что приеду как раз к концу занятий, но кто-то спровоцировал аварию и образовался затор, поэтому дорога заняла больше времени, чем я рассчитывал. Однако я всё же надеялся, что ещё застану Лину, а чтобы она не сбежала при виде моей машины, оставил её дальше по улице. Пешочком пришёл к стоянке, и увидел ту картину… Эх, мало я дал этому Барнету!

– Главное, что спас всех, а Барнет своё получит, - заверил папа.

– Да спас, в который раз. Тебя вообще нужно наградить титулом - спаситель семейства Свирских, - весело сказала я.

– Да ладно вам всем, перестаньте, - Арсений немного смутился.
– Заладили со спасителем…

– Ага, ты просто Царь, - вставила Лина и рассмеялась, а потом наклонилась и, не стесняясь нашего присутствия, поцеловала Арсения.

Глядя на счастливую сестричку, Арсения, папу и Матвея, я улыбнулась, и подумала: “А ведь всё это началось с моей смерти. Вроде и страшное событие, и много горя и печали всем принесло, а потом и массу испытаний. Но ведь в конечном итоге всё сложилось очень хорошо, и каждый обрёл своё счастье. Выходит - порой самый страшный случай может привести к чему-то замечательному. Главное, не опускать руки и набраться терпения, пока замкнётся цепь событий!”.

Эпилог.

(пять с половиной лет спустя).

Сидя рядом с Матвеем на диване, в гостиной отцовского дома, я наблюдала за папой и нашим сыном, которые устроились на полу рядом с новогодней ёлкой, и о чём-то увлечённо шептались. Распаковав свой подарок, Ванечка с интересом рассматривал его, указывая деду на детали конструктора, а папа с серьёзным видом кивал головой и, по-видимому, вносил свои предложения.

Нашему с Матвеем сыну исполнилось уже четыре с половиной года и я ни дня не пожалела, что решилась родить его, параллельно учась в университете. Наш Иван Матвеевич, как мы его называли чуть не с пелёнок, был полной копией своего отца, как внешностью, так и характером. Спокойный, сдержанный, сосредоточенный, он рано научился читать и порой своими вопросами ставил нас в тупик. Но это только ещё больше радовало нас. А мой папа вообще души в нём не чаял, и когда мы привозили его к нему, бросал все дела и посвящал время внуку. Причём он всегда разговаривал с ним, как с взрослым парнем и Ванечке это очень импонировало. Вот и сейчас папа внимательно выслушивал его, а мы с Матвеем улыбались, глядя на них.

– Может, сейчас скажем?
– шёпотом спросил Матвей, положив мне руку на живот.

– Нет, давай уже, как договорились. Да и Лину с Арсением дождёмся, - ответила я, посмотрев на часы.
– Они должны вот-вот приехать.

– Представляю лицо Бориса Анатольевича. Снова - и ты, и Лина, - со смешком произнёс он.

– Ага. Только в этот раз они нас опередили, а не мы их. Причём, опередили намного.

– Ничего, мы потом наверстаем, - многообещающе пробормотал Матвей и сильнее прижал меня к себе.

– Обязательно наверстаем, - согласилась я и снова улыбнулась, вспомнив, как всё начиналось и что затем последовало.

После нападения на нас с Линой, события начали развиваться стремглав. Пока Арсений шёл на поправку, уголовные дела против Барнетов набирали обороты, и в конечном итоге их обоих осудили на весьма приличные сроки, да ещё и конфисковали практически всё имущество. Причём, Барнет-младший на суде ещё и испил чашу позора до конца, потому что фильм с его участием всё-таки попал в интернет. А так как их семейство было весьма известно, журналисты ещё долго трепали их имя, смакуя все подробности и судебного процесса, и пикантного фильма. Да и Яна, своими рассказами, подлила масла в огонь. Как соучастницу планируемого похищения, её тоже арестовали, и когда она поняла, что для неё адвоката никто нанимать не собирается, такие подробности поведала, что общественность долго пребывала в шоке от вкусов Андрея. А заодно и стало понятно, что толкнуло её на соучастие.