– Берне клопа руафкарс, – сказала она и вручила мне сложенный несколько раз лист бумаги.

Когда я тот развернул, то увидел корявый детский рисунок, изображающий несколько человек и автодомов в окружении фонтанов… ан нет, это взрывы, судя по тому, что начинаются они из круглых шариков с очень характерными кольцами и рычагами, присущих гранатам. Часть человечков держали автоматы в руках, с которых вылетали пунктирные линии в группу людей у автодомов. К слову, человечки с оружием были заретушированы, а вот группа у строений была изображена контурными линиями. Светлые и тёмные. Белые и негры? Я с жёнами и местные бандиты?!

– Твою же маму, – сквозь зубы произнёс я. – Откуда ты это узнала?

Та вновь что-то залопотала на африкаансе.

– Стоп, стоп, – помотал я головой, – так дело не пойдёт. Я ни хрена не понимаю, Фусша. Ну-ка, пошли со мной.

Перед тем, как выйти на улицу пришлось внимательно осмотреться по сторонам. Вроде бы посторонних нет, а на съёмку с видеокамер если и среагируют, то уже поздно будет – я раньше проясню обстановку.

С девчонкой быстрым шагом дошёл до домика, который обжила Агбейла и постучал в дверь, оказавшуюся закрытой. Надеюсь, наёмница внутри отдыхает, а не ходит чёрт-те где. Открыли мне только через пару минут, когда я уже был готов возвращаться назад к себе и баррикадироваться.

– Санлис? Что случилось? Это подождать не может? – спросила недовольным тоном наёмница, когда распахнула дверь.

Негритянка вышла в одних трусиках и… с голой грудью. Тут же про себя отметил, что бюст у этой чернокожей красотки великолепен, о чём я уже как-то подзабыл. А за её спиной на пару мгновений из комнаты в коридорчик выглянула одна из её подручных, причём совсем раздетая. Это что же – Агбейла лесбиянка?! Ничего другого на ум не приходит от факта присутствия двух голых красивых девушек в закрытом доме. И не оргия – одного мужчину в её команде я видел рядом с собой, когда ходил по магазинам, в кафе с видеопрокатом, он и ещё одна наёмница агбейловская сопровождали меня в качестве дальней охраны. Второй сейчас должен стоять на посту на границе с нашими домами. Кристина и Сури, к слову, были вместе со мной, но задержались в магазинчике с женскими вещами совсем недалеко отсюда, и трёхсот метров не наберётся по прямой. Впервые за много дней так поступили, расслабились от скуки. И надо же такому случиться, что именно сейчас пришли неприятности, возможные, но всё же, всё же…

– Санлис! – повысила голос темнокожая наёмница, не получив от меня ответа.

– А? – спохватился я, потом сунул ей в руки рисунок и подтолкнул вперёд девчонку. – Расспроси у неё, что это значит. Если я всё правильно понял, то у нас на горизонте появились большие проблемы.

Бросив быстрый взгляд на лист бумаги, она отступила назад, пропуская художницу и меня, потом что-то громко произнесла на африкаансе.

«Две! Охренеть!» – мысленно я покачал головой, когда в комнатке увидел двух женщин в наряде Евы. Впрочем, неодетыми они были буквально минуту, потом натянули трусики, шортики, топики, сунули ножки в тенниски.

– На кухню, – махнула нам рукой Агбейла, принимая из рук одной из своих, хм, помощниц, одежду. Ничуть не смущаясь меня, она оделась, слушая торопливую сбивчивую речь девчонки, и с каждой секундой мрачнела всё сильнее и сильнее.

– Всё плохо? – спросил я.

– Очень, – подтвердила она, после чего стала раздавать указания своим людям, которые уже успели вооружиться автоматами и накинуть поверх топиков разгрузки со снаряжением. – Тиля, проаф тифыре гуркаль…

Когда бойцы покинули дом, наёмница повернулась ко мне.

– Она говорит, – девушка кивнула на девчонку, – что на нас сегодня нападут. Фусша слышала беседу Махута с кем-то ещё у дома барона, и тот отдавал указание быть готовым атаковать нас и быть очень осторожными с платиной, чтобы не повредить во время боя.

– Вот ублюдок! – вырвалось у меня, потом внутри всё похолодело. – Мои же почти все сейчас гуляют по магазинам! Нужно предупредить…

Мою речь прервал громкий взрыв или несколько взрывов, слившихся в один, тут же затрещали автоматы. Бой происходил метрах в трёхстах от наших домов.

Не прошло и половины минуты, как пули застучали уже по окнам и тонким стенкам автодомов, легко пробивая их навылет. Загрохотали взрывы гранат, потом перекрыли шум лёгкого стрелкового оружия очереди из крупнокалиберных пулемётов.

Всех нас спасла реакция Агбейлы, которая успела окружить домик защитной пеленой, непроницаемой для пуль, осколков, взрывной волны и пламени. В то время, как соседнее жильё превращалось в обломки, наше было оазисом безопасности.

На моих глазах огненный шар (то ли техника эхора, то ли выстрел из гранатомёта) ударил в автодом, где жили девчонки, с которыми я прошёл все африканские приключения после побега с соседнего материка.

Я бросился к соседнему окошку, чтобы посмотреть на стрелка или эхора… около двадцати чернокожих стояли в полный рост или на колене и вели частую стрельбу по домам, которые моему отряду предоставил Красный Барон. Одеты были кто во что горазд, очень похоже на яркие и бесформенные наряды обитателей трущоб. Но вот то, как они меняли позиции, вели огонь, поддерживая соседа более частой стрельбой, когда тот менял магазин, чтобы не снизить плотность огня, выдавало в них достаточно опытных вояк.