— Не верю я тебе, карлик, — Санса не могла оторвать глаз от пары, кружащейся по двору, — на что?

— На желание, — ухмыльнулся Тирион. — Обещаю, что не пожелаю ничего, чего бы тебе не хотелось самой.

— Фи, я смогу соврать, — парировала Санса.

— Пообещаешь не врать, а я тебе пообещаю поверить, — воскликнул тот. — Ну?

— Ок, победит Сандор, — ответила Санса.

— Я за Селвина, — сказал ее муж и добавил: — А ты по-прежнему рисковая.

Они снова уставились на бой, который, вероятно, подходил к развязке. Селвин дышал тяжелее — Сандор дважды достал его по ногам, словно хотел показать, что бьется вполсилы — сначала по левой, потом по правой. Однако Селвин еще успевал прыгать над мечом, парировать, и иногда колол противника вместо размашиcтого удара в щели его обороны. Клиган осыпал мальчика градом ударов одновременно с оскорблениями, противник в основном молчал.

— Да тебя что, мамка учила драться? — разродился очередным ругательством Сандор. В этот момент Селвин стал словно быстрее, скользнул под его мечом и сильно с оборота толкнул того в грудь, когда же Сандор пошатнулся, отскочил и нанес удар. Мальчишка каким-то непостижимо сильным ударом вышиб меч из руки Клигана и уронил свой на возврате.

— Да, ты прав, — сказал он поверженному противнику, — мама плохому не научит.

Тирион бурно аплодировал с галереи, шепча Сансе:

— Круто, когда твоя мать лучший мечник в Cеми Королевствах?

— Это ничего не значит, — упрямо заявила Санса, — даже у сильных бойцов бывают поражения.

— Да-да, но теперь ты должна мне желание… леди-жена, — улыбнулся Тирион. — И я сообщу его тебе за ужином.

Ей некогда было об этом подумать. За ужином она должна была озвучить свою волю. И она предвкушала это радостное событие во всех деталях. Однако эффект был гораздо сильнее, чем она могла представить:

— Лорды и леди вассалы дома Старк. Вы собрались в моем доме по моему повелению. И я, Санса Старк, Хранительница Севера, объявляю вам свою волю и волю нашей Королевы.

Зал слушал затаив дыхание. Она не была прирожденным оратором, но умела подчинить зал своей воле. Когда хотела, она даже умела быть красивой.

— Через три месяца под стенами Харренхолла состоится турнир. Пред ликами шести Хранителей и Королевы мы выберем лучшего рыцаря Семи Королевств.

Зал разразился овациями. Санса сделала жест рукой и продолжила:

— Награда же будет… соответствующей.

Она выждала паузу и призвала:

— Дитя, я жду.

Лианна вступила в дверной проем, по рядам прошел шепот. Она слышала резкое, приглушенное: «черт!» ниже соли и неразборчивый шепот выше. Девушка была одета в длинное голубое платье с вышитым лютоволком, мешающее ее движениям. Она шла медленными шагами, словно на церемонии, чем на самом деле и было это шествие. В распущенных волосах Лианны Старк был венок из нежно-голубых незабудок. Девушка наконец подошла к Сансе и встала между ней и Королевой. Дейнерис смотрела властно, но одобрительно. Санса кивнула, и девушка начала свою речь:

— Я Лианна Старк, дочь Арьи Старк, наследница Винтерфелла. Победитель турнира получит мою руку… и сердце.

На последних словах голос девушки дрогнул. Зал потрясенно замолчал, а потом грохнул. И только грустный леденящий душу вой нарушал это празднество. Ей показалось, он доносился из богорощи, однако звучал так, словно где-то ниже соли маленький лютоволчонок помогал братьям. Нынче ночью волки должны были уйти в Убежище вместе с людьми. Санса принимала ответственность за племянницу в свои руки и клялась ее охранять. Перед ее мысленным взором стояла сестра, полубезумная предводительница, с ветками в волосах и серыми ледяными глазами. «Если ты причинишь ей боль, однажды у твоей кровати ты увидишь лютоволка. И это будет последнее, что ты увидишь в своей жизни». Девочку будут охранять. Она — будущее!

— Значит ли это, что муж леди Лианны станет хозяином Винтерфелла? — спросил громогласный лорд Мандерли. Сансе гораздо больше нравилась его дочь, Вилла, но она молчала, сжав кулаки на скатерти рядом с ним.

— Да, это правда, — ответила Санса. В зале начинал разверзаться ад. Выждав паузу, она прокричала в самое пекло, — и не только.

Дейнерис грациозно встала, и подала руку Лианне.

— Это дитя, — начала она, и шум ее голоса оплетал как ленты, как змея, находящая путь к любому сердцу, — не только ключ к Винтерфеллу. Она и ее муж будут Хранителями Севера, когда придет время.

========== 20 Муж / Тирион ==========

Порадовавшись за Селвина, Тирион слонялся по двору без дела. Гости все прибывали, и он всерьез думал о перспективе занять чертов чердак в башне, где поселили Джейме с семьей.

В районе обеда прилетел Джон. Зеленый дракон канул в бездну богорощи как камень в омут. Дрогон и Визерион приветствовали брата, Вхагар едва втянула его запах и отвернулась. Вхагар он не понравился. Тем лучше для Дрогона. Дракон не оставлял попыток быть ближе к драконице. Их кормили отборным мясом, и он, как преданный поклонник, относил ей лучшие куски. Вхагар держалась неприступно, но лед стремительно таял. Сейчас они лежали почти бок о бок, соприкасаясь крыльями. Тирион был самым крупным специалистам по драконам и подозревал, что у этой пары вполне может получиться потомство. Впрочем, брачные игры драконов в книгах были описаны очень кратко и выдавали в писателе дилетанта.

Джон крепко пожал ему руку, проходя надвратной башней, и проследовал к Сансе. Хранительница была во дворе и так робко и порывисто кинулась в его объятья, что на миг Тирион увидел ту доверчивую рыжую девочку, что он когда-то брал в жены. Видение было мимолетным, однако Тирион понял, что где-то внутри самые светлые струны души его супруги еще живы. А значит, у его коварного плана есть все шансы завершиться победой.

Объявление турнира не стало для него неожиданностью, но то, как все было обставлено, заставило его мысленно поаплодировать драматическому таланту Сансы. Синие незабудки в венке — почти как синие розы. И снова Лианна, и снова Харренхолл. Он видел, как чертыхнулся его брат, ставший Белым рыцарем именно на том турнире и лишенный возможности в нем участвовать. Джон же закаменел на своем кресле. Он был сыном той Лианны Старк, что однажды отдала свою руку и сердце под Харренхоллом, хоть и не была призом. Он был ребенком, из-за которого была свергнута одна династия и воцарилась другая, гибли в битвах люди. Он не знал другого отца, кроме своего дяди, и никогда не узнал матери. Когда же все открылось, это легло на его плечи слишком тяжким грузом. Тирион решил, что навестит его вечером, иначе зачем еще нужны друзья?