— Когда целую тебя, из головы совершенно выветривается, что тебе только пятнадцать, — с сожалением сказал он, возвращаясь на свое сидение. Бриенна разом пожалела о том, что все закончилось. Как по-дурацки она устроена все-таки… — Мне-то восемнадцать, отец в мои годы вообще уже был женат.

— Сегодня какой-то день разговоров про возраст, — сердито буркнула Бриенна, стараясь справиться с неожиданным желанием положить ладонь на его шею, а лучше провести по груди и посмотреть, что будет. — Литератор, теперь ты…

— И что евнух хотел от моей девушки? — рыкнул немедленно Джейме. За окном прояснялось, и ей вовсе не нравился его настрой.

— Ты будешь ревновать меня к евнуху? — произнесла девушка со смесью ужаса и восхищения.

— Я планирую ревновать тебя ко всем окрестным столбам, — веско произнес Джейме, заводя мотор. Сдав задним ходом, он выехал на магистраль и решительно набрал скорость. — Но не к евнухам. Нет. Разве что по будням, учебным с… когда у вас там уроки?

Бри рассмеялась вдруг, а потом обняла его и в порыве сказала:

— Я люблю тебя, Джейме!

========== 4.6. Дождь /Джейме ==========

Она рассмеялась вдруг так звонко и весело, что у него защемило внутри и внезапно нестерпимо заныла рука. Джейме несся по трассе, чувствуя мощь мотора всем телом. Он сидел в тишине, ощущая покой и умиротворение. Время текло, они ехали домой, но словно бы уже были дома. Руки Бриенны обвивали его шею, а в ушах звенело, повторяясь:

— Я люблю тебя, Джейме!

И было прекрасно. И через какой-то бесконечно малый миг после счастья он понял, что не может выправить машину, и их крутит с невообразимой силой. Он успел осознать, что самое важное для него сейчас в этой летящей в тартарары машине, и попытался выправить руль. После пары рывков машину начало сносить, уже не крутя, к краю бетонного ограждения, и тут Бри вскрикнула. Он решил, что за ограждение нельзя, а потом она выдохнула «мост!», и он все понял. В том числе узнал по опорам место и резко дал газу. Авто пошло юзом, но, слегка не попав в коридор, они все-таки влетели в тоннель, потершись боками, но живые. Какое-то время оба переводили дух, он вел машину. Выехав из туннеля, он встал на широкой обочине.

— Тебе страшно? — спросил он. Бри кивнула, а потом, подумав, помотала головой. Дар речи всегда отказывал ей после пережитых волнений. Он предпринял еще одну попытку: «Замерзла?». Она задумалась, потом с сомнением кивнула, а потом закивала энергичнее, ее начинал бить озноб.

— Так лезь назад бегом, там пледы, я за тобой.

Он включил обогрев, невидящими глазами посмотрел на время — чтобы прийти в себя у них было максимум полчаса. Глянув назад, он увидел окуклившуюся в пледе Бри, только глаза, огромные и голубые, блестели из-под пледа. От ее дрожи машина ходила ходуном. Он перелез назад и обнял ее. Дрожь усилилась. Хм, не работает, Тогда он сложил пледы стопкой друг на друга, закутав обоих, закинул ее ноги и начал медленно и аккуратно целовать ее ушко, приближаясь к губам. Он планировал медленно согреть ее лицо поцелуями, чтобы она сама начала отвечать. Тогда бы он твердо знал — она снова в себе, и поехали бы себе тихонько и плавно. Но Бри вдруг подалась к нему ближе, разворачивая голову и сразу целуя в губы раскрытым влажным ртом. Он удивленно начал целовать ее жарче, когда почувствовал во рту ее язык. И тут плотину сорвало у него.

Что-то не так, отстраненно подумал Джейме, беря девушку за бедра и сажая к себе на колени. Она была во власти того же дурмана и была так открыта, словно полностью доверяла ему, словно все это было не впервые. Он расстегнул ее куртку спереди и начал гладить ее живот. Тихий стон вместе с дрожью прошел по ее телу, она чуть откинулась назад, сильнее прижавшись к нему бедрами и держась руками за его плечи. Он рванул футболку вверх и накрыл ее грудь ладонью. Он ожидал, что она ударит его или испугается, но она всхлипнула и застонала, а потом прижалась к его бедрам ритмично дважды или трижды. Эта девушка погубит его репутацию… — подумалось ему. Что-что она погубит? Пока мозг был занят метафизикой, тело действовало само. Когда пелена стала спадать с его глаз, Бри сидела на его коленях по пояс голой, он целовал ее соски по очереди, она стонала, выгибалась дугой и ритмично привставала на нем. Руки его сжимали ее ягодицы, поглаживая вверх вниз, к себе и от себя, а его член нестерпимо болел. Мы на волосок от гибели, подумал он. Надо постараться прекратить. И тут Бри как-то неестественно изогнулась, сжав его бедра, и вскрикнула удивленно и громко. Тело ее, горячее даже там, где его скрывала одежда, обмякло. Джейме удивленно посмотрел на нее и, гладя, заглянул в глаза. Наркотическое спокойствие и эйфория. Его несбыточная мечта. Хотел бы он добиться этого с ней, но все воспоминания сразу срывались на Серсею и портили весь эффект. Злясь на себя за мягкотелость, он попытался снять Бри с коленок, но она вдруг снова сжала его бедра своими дважды, потом трижды и, выгнув спину назад, простонала громче прежнего. Неужели второй? — подумал он. Я о таком только читал, но там, где второй, может быть и десяток. Значит, тогда, в больнице, он не ошибся… От этих мыслей у него закружилась голова и нестерпимо заныло в паху. Он непроизвольно сунул руку в горячую точку и услышал ее голос: «Я могу тебе помочь?». Он замычал что-то невразумительное, но она уже слезла с его колен и села рядом. Ее рука лежала на его бедре совсем рядом, такая приглашающая. И тут он понял, что не может выговорить само приглашение. Кивнуть головой, мол, приступай, было бы слишком грубо — она ж не шлюшка из вестерна. Странно, но Бри разгадала его затруднения.

— Рукой? — спросила она. Он нервно сглотнул и кивнул. Ее теплая ладошка мягко прокралась внутрь и тянула член наружу так осторожно, что риск сорваться был все ближе, и он помог ей немного, почувствовав жгучий стыд. Она еще девочка, дурак ты набитый, малышка еще. Пока он это думал, ее рука нежно, но крепко сжала его член и начала медленные, постепенно ускоряющиеся движения. Он поднял на нее полные удивления глаза, она успокоила его, очень нежно поцеловав в уголок губ, и произнесла:

— Я росла с братом, принцип примерно представляю.

Ох, нам нужна тряпица, Бри. Носовой платок? Годится. Он не мог больше терпеть, на него накатывали волны огня, он застонал, потом зарычал, потом накрыл ее руку своей и в несколько мощных рывков догнал ее и растворился в космосе.

Реальность нахлынула мраком. За ушедшие полчаса — он посмотрел на часы — всего полчаса! — порядком стемнело. Бриенна накрыла его пледом и сидела, прижавшись, рядом. Он чувствовал себя ужасно. Вместе с освобождающим чувством расслабленности накатывала какая-то гадливость по отношению к себе и своим действиям. Бри положила ему руку на лоб и сказала:

— Ты хмуришься

— Да, я зол.

— За что?

— За все это, — он обвел рукой машину, разгром, — на себя и свое нетерпение. Да, я совершеннолетний, я могу жениться, но терпения…

— Стой. Ты сожалеешь? — лицо Бриенны на глазах теряло краски. — Я, — она нервно сглотнула, — что я сделала не так?

Ох, дурак, какой же дурак. Ты обижаешь ее! — проорал в его голове внутренний голос

— Бри, малыш, ты была прекрасна. Ты все сделала чудесно. Но я виновен, я не должен был позволять этому случится, ты такая юная…