— И что ты хочешь узнать? — спросила я.

Я знала, что я начала эту игру кто кого, но я не думала, что я его так задену.

— Что ты предложила им, чтобы остаться живой? — И приподнял свою бровь.

— На что ты намекаешь, Северус? — воскликнула я и посмотрела на него.

— Что ты могла предложить им, кроме себя, — цинично произнес он. — Свое тело, ту страсть, которая поглощает мужчину, — не унимался он.

— Что? — переспросила я. — Что ты несешь? — заорала я.

— Ну и как это, обслуживать целый полк шейха? — спросил он.

Я не могла поверить, что он это говорит. Я даже слегка протрезвела от услышанного. Вся кровь во мне закипела и забурлила. Жилки на висках зашевелились. Я схватила свой бокал и швырнула в него. Он среагировал моментально и пригнулся, и стакан врезался в стену.

— Ты ничего не знаешь! — заорала я. — Ты даже представить себе не можешь, что они делали со мной! — к горлу поднимался ком, и я начала уже захлебываться от собственной злости. — Ты хоть знаешь, как они меня пытали, как издевались надо мной?! — И я взорвалась от злости.

Я никому не рассказывала, что было тогда в Саудовской Аравии. Для всех я спасла детей и осталась жива. Но сейчас Северус вывел меня.

— Они насиловали меня, поджигали и сдирали кожу! — орала я ему. — Что ты знаешь о боли?

Северус хотел что-то сказать, но я перебила его:

— Убирайся, я не хочу видеть тебя!

— Анри… — начал он.

— Пошел вон! — кричала я, указывая на дверь рукой. — Пошел вон! — заорала я.

Северус вышел из комнаты. Я сползла по стене шкафа и опустила лицо на колени, зарыдала. Боль была ужасной. Я ревела со всей силой, что наполняла меня. Я не помню, сколько прошло времени, я встала, взяла бутылку огневиски, села в кресло и из горла начала пить эту жидкость. Я не спала всю ночь, смотрела в одну точку и пила эту дрянь. Когда солнце появилась на горизонте, отправила письмо Кингсли.

Потом, налив себе огневиски в кружку, встала и направилась к директору.

Я вошла в кабинет директора, молча.

— О, Анри! Что-то случилось? — удивилась она моему появлению.

Я молча подошла к столу директора и сунула ей лист пергамента.

— Что это? — спросила меня она.

— Заявление об увольнении, — хрипло ответила я, так как говорить не могла из-за ночного происшествия.

— Но это невозможно, Анри! — возмутилась она.

— Я отослала письмо Министру, я думаю, что он будет не против, — спокойно ответила я и отпила из кружки жидкость, слегка скривившись.

— Анри, я не понимаю, что могло или кто мог повлиять на такое решение! — недоумевала она.

— Директор, просто подпишите и все! — умоляющим тоном попросила я ее.

— Нет, Анри! — отрезала она. — Мы только нашли хорошего преподавателя по Магловедению и Истории магии. Родители и Министерство не может нарадоваться на тебя.

Я не слушала ее.

— Я буду у себя в кабинете, директор.

Захлопнув за собой дверь, я вышла из кабинета директора.

Я опять завалилась на свое кресло и открыла новую бутылку огневиски. Я выпила полбутылки и, опрокинув на спинку кресла голову, задремала. Проснулась от ощущения, что меня кто-то теребит за рукав. Это была Винки.

— Мисс, вас ждет директор, — сказала она и исчезла.

Я направилась в кабинет директора. Войдя, я увидела Минерву и Министра. Потом посмотрела в сторону камина и увидела Снейпа. Ярость опять возродилась во мне. Вены на шее начали пульсировать. Я отпила из кружки огневиски и гневно спросила:

— А что он тут делает? — и указала на Снейпа.

Кингсли хотел что-то сказать, но я перебила его:

— Пусть он убирается, я не желаю находиться рядом с этим ублюдком.

— Анри! — воскликнула директор. — Следи за выражениями! — рявкнула она.

Снейп стоял в стороне и молчал.

— За чем я должна следить? — переспросила я ее.

Кингсли уже подлетел ко мне и сжал меня, отстраняя от всех своей спиной.

— Анри, прошу тебя, успокойся, — прошептал он.

— Это я должна успокоиться? — орала я, отодвигая его. — Кингсли, это я должна следить за выражениями? — вырывалась из его мертвой хватки я.

— Анри, прошу тебя, — умолял Кингсли меня. — Будет еще хуже, — уверял он.

— Да куда еще хуже, Кингсли? Куда? — сжимала и трясла я его воротник руками.

— Это ублюдок, он… Кингсли, — я начала вырываться из его хватки. — Как он мог так сказать, он ничего не знает! — орала я. — Кингсли! Они все ничего не знают! — вопила я.

У меня началась истерика. Министр схватил меня еще сильнее.

— Анри, прошу тебя, успокойся, — шептал Кингсли.

— Успокоиться?! — воскликнула я. — После того, что на меня вылили кучу дерьма? Ты говоришь успокоиться? — спросила я его, смотря ему в глаза.

— Анри, нам нужно обсудить эту нелегкую сложившуюся ситуацию, — начала директор. — Я не хочу, чтобы это как-то повлияло на твою работу в школе.