— Если ты сейчас не отпустить, то станешь триста тринадцатой в моем списке, - хрипит Кетрин, отталкивая от себя Маршалл.

Элайджа замирает, когда слышит цифру названную Кетрин. Он не верит в то, что она погубила стольких. Он не знает, как ему теперь быть. Она убийца, как и он. Убивать – это их работа, и может ли он судить такого же монстра, как и он? Элайджа слишком долго отрицал правду, и не желал мириться с ней. Слишком долго Кетрин иссушала его ложью, и теперь она думает, что жажда правды одержит над ним верх.

Она видит ненависть в глазах Хейли. Она ненавидит Кетрин, за то, Элайджа выбрал ее, и сумел простить ей ошибку. Элайджа не сумел простить Хейли ей ошибку, и Хейли беспощадна по отношению к Кетрин, как и Клаус, в глазах которого тоже видит ненависть.

— Клаус, может, расскажешь, что тебе был нужен только монстр, который убьет твоих врагов, во имя семьи, а не брат, - пытается прохрипеть Кетрин.

Клаус молчит, зная, что она говорит правду. Кетрин скажет правду, даже если умрет.

Она видит в глазах Элайджи, что-то больше, чем ненависть. Майклсон поднимается со скамейке, и подойдя в плотную к брату грустно улыбается, и Клаус ощущает на своей щеке удар Элайджи. Элайджа сделал свой выбор даже после того, что он узнал о ней. Он узнал правду, которая разрушила все мечты. Все то о чем мечтали оказалось ложью. Все то, о что было досягаемым вдруг стало невозможным. Уходить так сложно, и Майклсон не хочет судить брата, но Клаус ощущает очередной удар по своей переносите, и кровь появляется на его губах.

— Это тебя за меня и родителей Катерины, более я не могу тебя судить, - твердит Элайджа глядя брату в глаза.

— У тебя есть шанс выжить, только если ты оставишь ее, - Клаус хватает его за плечо, но Элайджа дергается и направляется в сторону Хейли и Кетрин. — Поздно… Я сделал свой выбор.

Хейли думала любовь навечно, но она от душит Кетрин, виновницу того, что Элайджа теперь не ее. Кетрин, как израненная птица, но она действительно оценила этот о ступок Элайджи. Он ударил Клауса, и отмстил. Теперь настала ее очередь. Точный удар, чтобы освободиться от рук Хейли, и еще удар, чтобы она оказалась на асфальте и теперь Пирс держит ее за волосы. Но, Хейли не желает уступать, и ударив в ногу, выводит Кетрин из равновесия. Хейли предпочитала действовать. Кетрин предпочитала думать. Спустя несколько минут неравной драки их руки сжимаются на шеях друг дуга. Элайджа не может смотреть на то, как они губят друг друга.

— Довольно! – Элайджа встаем между ними и своими руками ограждает путь. —

Хейли, ты и Никлаус уезжаете сейчас же. Берегите Хоуп. Если я не вернусь, прошу, не держите по мне траур.

Из глаз Хейли, соль, и теперь она понимает, что как прежде, никогда не будет. Она всю еще любит его, но сдалась. Элайджа принял решение остаться рядом с Кетрин, и умереть вместе с ней. Клаус и Хейли понимают это. Элайджа может уйти, теперь это вполне реально, и Хейли думает, что не простит себе это. Не простит, ведь еще двадцать четыре часа назад она думала, что он умер. Все, что было между ними теперь из ее глаз солью.

— Прости меня, Элайджа, и знай, что я тебя любила, - Хейли отступает в сторону Клауса.

Элайджа знает, что Кетрин словно птица. Ручная птица, которая стремилась к его душе. Только Эладжа мог подрезать ей крылья. Только он, мог подрезать ее крылья. Что же было между ними? Что они знали о любви. Вряд ли это было любовью.

Элайджа ближе к ней и в его объятьях она проходит в себя. Рядом с ним она не теряет надежды, как и он. Стефан оставил в ее душе шрамы, а Элайджа спокойствие. Он не оставит в ее душе новые шрамы. Ее шрам оставленный Стефаном, не зашить. Шрамы от любви не излечиваются.

« Наверно слишком поздно излечивать ее шрамы» , - думает Элайджа, когда вдыхает запах ее волос.

« И вряд ли он простит меня », - думает Пирс, закрывая глаза.

Но, пока они рядом друг с другом они будут верить. Все же, вольна птица, стала ручной в объятьях Элайджи, и только он смог обрезать ее крылья и приручить.

Тристан понимал, что все разрушено, но приехал в место, которое указал в смс Элайджа. Кетрин проверила чистоту и только после этого разрешила Элайджи отправить смс. Тристан приехал, ведь он запутался, и его сестра мертва. Но, мертвым плевать. Мертвые не слышат живых, и Аврора не слышала то, как плача Тристан вспоминал их жизнь. Аврора ушла, и время не залечит эту рану. Тристан рассказывал ей о том, как спасал ее, года она тонула. Авроре тогда было девять. Тристан рассказывал, как помнит о том, когда Аврора волновалась из-за выпускного танца, и Тристан учил ее танцевать вальс. Авроре тогда было семнадцать. Тристан рассказывал о том, как сидел ночью чертя чертёж для работы в университете, а она не спала и заваривала для него чай. Авроре тогда было двадцать. Он помнит все, а сейчас на его глазах слезы и боль разлуки. Визг тормозов, и выдохнув Тристан видит перед собой фигуру Кетрин. Тристан выходит из автомобиля, и смотрит в ее глаза. Кетрин понимает, что разрушила жизнь Авроры, но она все еще может исправить. Элайджа заставляет ее верить в то, что она может искупить свою вину.

— Аврора ушла, - дрожит Тристан.

— Я знаю, - кивает Кетрин, и словно тенью становится за его спиной.

Она делает вид, что обнимает его, но когда ее руки скользят по его шеи и Кетрин сдавливает ее, в нужном месте, то тьма душит Тристана и она падает на нее. Кетрин ищет цепочку с кулоном, и срывает ее с шеи Тристана. Элайджа укладывает тело Тристана на заднее сиденье джипа Клауса, пока Кетрин переносит тело Авроры. Клаус должен уехать, и теперь все сложнее.

— Вы спасаете их вместо себя, - недовольно выражается мужчина.

— Мы уже все решили, брат, - говорит Элайджа, укладывая тело не сиденье. —

Мы и так сломали слишком много судеб. Уезжайте, вас не должны найти.

— Прямо в сердце, как только отъедите от города, времени мало, - Кетрин вытягивает сыворотку и протягивает шприц с готовой инъекцией Хейли. — Сможешь сделать это?

— Не сомневайся, - Хейли сжимает шприц, и Кетрин закрывает дверь.

— Я не справлюсь без тебя, Элайджа, - шепчет Клаус, обнимая брата на прощание, да и Элайджа понимает, что все слишком серьезно, как и Клаус, который считал идти в тюрьму, и выкрасть Курита - безумством.