– Ты ничего не слышал об Инге Серебряковой? – вдруг спросил Игорь.

Странно, Матвей тоже только что подумал о ней.

– Кажется, она развелась недавно…

Об этом Матвею Тася Ромашка поведала в первый же вечер его недавнего приезда. Пришла к нему как ни в чем не бывало и по старой привычке застрекотала:

– Чтой-то редко стал глаза казать в родной деревне. Позабыл старых друзей-то, а? И мать не чаяла уж увидеть тебя. На стороне все счастья ищешь? Все в бобылях, поди, ходишь? Городскую ищешь, крашеную да на каблуках? А мне Инга третьего дня письмо прислала. Ушла от свово мужика-то. И то сказать: где ж еще такого, как мой Мишаня, сыщешь? Хоть, бывает, и напьется в умат – горянинская порода, они по-другому не могут, – но зато работа в руках горит, бока ломать не чурается. Работяга, мое воспитание! Мотоцикл с люлькой недавно справили. Милое дело: и сено привезти, и шабашку, даже дрова из лесу наловчился возить. Хочет теперь пчел развести. А что? Я подсоблю. Сын Мишка – отцов помощник, а младшая Катька норовит мне уже помогать по хозяйству. Частенько оба к отцу липнут как банные листы, не оттащишь, ревность даже берет иной раз….

Она будто спешила отчитаться перед Матвеем за годы, прошедшие со времени его ухода в армию, когда их отношения насовсем прервались.

– А Инга-то через два дня приедет, соскучилась по местам детства…– сказала Тася перед уходом, внимательно посмотрев на него.

Теперь в Старой роще Матвею влетела в голову шальная мысль: а что если не говорить Игорю о приезде Инги? Тогда встреча с ней может стать больше чем дружеской. Но мгновенье спустя ему стало страшно стыдно за минутную слабость.

– Она приезжает в Афанасьевку послезавтра.

– Да?! Надо же, почти подгадала к нашей встрече!

Об их договоренности перед армией о встрече никто не знал, даже Тася.

– А я был на ее свадьбе, когда вернулся оттуда. Случайно.

Матвей бросил недоуменный взгляд на Игоря. Но тот не хотел продолжать.

– Ты останешься? – стараясь казаться равнодушным, спросил Матвей.

Игорь задумался на минуту. Может, и правда – бросить все к чертям и задержаться на пару дней, чтобы еще раз увидеть в глазах Инги излучающие голубые искорки, так волновавшие когда-то его бедную душу? Да. Но что это голос у Матвея дрогнул?

Игорь взглянул мельком на друга. Матвей стоял, напряженно ухватившись за нижнюю ветку липы, и рассеянным взглядом обводил Нижнюю поляну. На лоб свесились мокрые волосы. Губы нервно сжаты.

Игорь улыбнулся: Матвей сейчас очень походил на себя в далеком детстве, и ресницы у него остались такими же по-девчоночьи длинными и чуть изогнутыми. Они придавали глазам детскую мечтательность.

– Нет, это невозможно.

Он действительно не мог остаться.

Глава третья Чащоба

Три дня с открытым ртом Игорек Старцев, конечно, не ходил.

Не такой он человек. И не ахнул, увидев в руках Матвейки пучок мяты и медовую рамку от деда Тимофея-Лешего. Но Матвейка обнаружил в широко открытых глазах друга с трудом скрываемую зависть.

По уговору черед Игорька идти на Дальнюю поляну наступал через неделю. Должно было пройти время, чтобы все улеглось, – в деревне стало известно о Матвейкином прорыве на пчельник, шум немалый поднялся. Еще бы! С Матвейкой даже старшие ребята стали за руку здороваться, и все расспрашивали про деда Тимофея и дикого пса Лешего.

И надо было выждать, пока пасечник успокоится, утратит бдительность. Все дни перед второй попыткой Матвейка с Игорьком мучились вопросом: как нейтрализовать четвероногого Лешего?

– Может, кость ему большую телячью подбросить? – предложил Игорек.

– Нет, не клюнет, да и где ты ее возьмешь? Дед Тимофей говорил, что без хозяйского позволения Леший только живность хватает.

– Тогда, может, курицу живую принести? У нас есть одна бездомовка, к соседскому петуху бегает. Никто ее пропажу не заметит.

– Жалко курицу, уж лучше ворону поймать. У нас же есть опыт. Привяжем за нитку на краю пчельника, Леший наверняка отвлечется на нее.

Игорек, подумав, помотал решительно головой:

– Нет, это нечестно. Идти мне надо без отвлекающих приемов. Ты же справился, и мне ничего не будет. – И печально добавил: – Лучше бы мне выпал первый черед. Второму идти не так страшно, и героем уже не станешь.

– Игорек, тогда, может, тебе вообще не стоит туда ходить? Опасно все равно, просто мне повезло, что дед Тимофей брата моего деда знал. Никакой я не герой. А Леший действительно злой, как дикий зверь, с ним нельзя шутить. Да мне еще Леха Черный сказал, что в Старой роще медведь будто бы завелся шальной. Говорит, из тайги от пожаров убежал. Леха даже его следы в Чащобе видел. Я ему, конечно, не очень верю, но мне бабушка рассказывала, что в давнишние времена охотники встречали в Старой роще и медведя, и даже дикую рысь. Берлогу косолапый как раз в Чащобе будто бы устраивал. Может, его внука в родной лес потянуло? Нам лучше на всякий случай переждать какое-то время.

– Конечно, – согласился Игорек. Подозрительно легко согласился.

На следующий вечер к Матвейке пришла встревоженная мама Игорька тетя Вера.

– Ты не видел моего непутевого сынка? Куда-то запропастился. Пора в пригон идти, корову встречать из стада, она у нас беглянка. Я что ли буду за ней по деревне рыскать? Первый раз такое: приехала с дойки, а его нет. Вот-вот стадо погонят. Он тебе ничего не сказал?

С каждой фразой тети Веры в Матвейку все больше и больше вселялась тревога. Наконец, он понял, куда пропал Игорек. Только бы все обошлось…