– Это дело Эйлилла, - ответил травник.
– Пусть он в последний момент предупредит департамент. Хотя бы через орков. И пусть те, кто будет нам помогать, спрячутся в тех же кустах - перед тем как тебе рисовать.

Когда план наконец проработали досконально, Сашке показалось, что Доран чем-то сильно недоволен. Он всё смотрел на этот план, будто искал в нём прорехи, которые помогут шаманам справиться с "группой сопротивления".

Суббота оказалась днём с сумасшедшинкой. Бегали как черти. Орали друг на друга весело и громко. Вдохновенно расписывали через трафарет будущие ширмы. Ввели в полный курс дела леди Аэринн. Она некоторое время расширенными глазами вчитывалась в план, а потом неожиданно проницательно осмотрела заговорщиков и спросила:

– Хотите всё на меня свалить, если что?

– Конечно!
– без промедления ответил Доран.
– На кого ещё, как не на вас, ва...

– Заикаешься?
– удивилась Сашка.
– С чего бы это?

Тоже огляделась и получила впечатление, что, кроме неё и Кэйтрии, остальные прекрасно поняли, в чём дело. Причём Доран не должен был этого понимать - судя по угрожающим взглядам орков-телохранителей.

Но инцидент злыми переглядами только и ограничился.

Леди Аэринн согласилась быть козлом отпущения на обещание Сашки, что девице-эльфу дадут несколько уроков самообороны.

– Сегодня гуляем!
– заявил травник.
– Помните, в трактире - зал для танцев?

– Ой, гуляем!
– захлопала в ладоши Кэйтрия, чуть не запрыгав под завистливыми взглядами леди Аэринн.
– И танцуем тоже!

Эйлилл снисходительно улыбнулся. Кажется, он уже выпросил себе пару свободных часов на это время.

Перед тем как пойти в гостиницу, вся компания ввалилась в памятный сквер, где заговорщики быстро договорилась между собой, где будут стоять готовые ширмы, где будут прятаться все те, кто готов сразиться с шаманами, и где будет стоять Сашка, рисуя портрет чёрного шамана.

У входа в университет распрощались. Жутко исходящая завистью леди Аэринн уехала в карете, сидя между двумя орками, а счастливый Эйлилл пошёл с Кэйтрией под руку, как Доран - под руку с Сашкой.

Время словно остановилось между усталым днём и вкрадчиво подступающим вечером. Фонари зажигались через один и лениво полыхали пламенем, еле видным в свете угасающего дня. Сашка, с удовольствием цепляясь за локоть Дорана, мечтала о горячем ужине и смущённо предвкушала танцы, которым травник обещал её научить. Она надеялась, что движения в танце будут не сложней приёмов самообороны, и собиралась оторваться не на шутку.

В гостинице поднялись на свой этаж. Эйлилл снял плащ у Дорана, а девушки мало того что оставили верхнюю одежду, так ещё и успели приодеться в ажурные кофточки, связанные за неделю Кэйтрией. Посмотрев друг на дружку, обе прыснули со смеха и, успокоившись, принялись нетерпеливо ждать кавалеров, чтобы спуститься в трактир.

Прошли привычный коридор, весело смеясь и легкомысленно болтая о танцах, и вошли в тихое помещение трактира. Эта тишина... Они словно шагнули в неё и сразу забыли о своём веселье. От неожиданности остановились, приглядываясь к тем, кто сидел за столами. Нет, в трактире разговаривали, но вполголоса, словно чего-то или кого-то боясь. О музыке речи и не шло.

Когда четверка студентов расположилась за столом, к ним подошла подавальщица.

– Что будете?
– спросила девушка, непривычно серьёзная.

– Что случилось?
– кивая на трактирный зал, негромко спросил Эйлилл.

– Цверги только что убили студента - к нам прибежали рассказать об этом.
– Она проследила взгляды девушек на помещение для танцев и покачала головой.
– Танцев сегодня не устраиваем. Итак, что будете?

Проникнуться угрюмой атмосферой было нетрудно. Видимо, поэтому Доран попросил подавальщицу принести им подносы с едой, которую можно забрать в номер.

Но и в номере сидели тихо и спокойно, просто ужинали и вспоминали, что произошло за день в университете, стараясь обойти трагически печальное событие. Сашка за этими недомолвками подозревали суеверие своих друзей: типа, предзнаменование плохое!
– но помалкивала.

Потом всей гурьбой провожали Эйлилла к выходу из гостиницы.

Затем Кэйтрия и Доран снова занялись тренингом, как это поняла Сашка. Они муштровали Сашку, так, будто готовили её к завтрашней встрече с цвергами и шаманами - один на один. И это было как-то вымученно, потому что и Сашка всё почему-то забывала, и у студентов всё валилось из рук. Наконец, девушка-эльф заявила, что устала и лучше повяжет, а травник почесал в затылке и неожиданно пригласил Сашку к себе. Кэйтрия только фыркнула на это приглашение, но Доран был серьёзен.

Когда он вышел из их номера, заручившись обещанием Сашки, что она в самом деле скоро придёт, Кэйтрия отложила вязание на колени и спросила:

– Почему ты решила сходить к нему?

– Мне интересно, как он живёт, - улыбнулась Сашка.
– Не бойся, я у него недолго пробуду.

– Я не боюсь, - вздохнула Кэйтрия.
– Я за тебя беспокоюсь.

– А чего за меня беспокоиться?
– удивилась Сашка.
– А то ты не знаешь, что у меня разговор с теми, кто мне не по нраву, короткий! Ногой в морду - с разворота! И все дела.