Прямоугольное лицо, изборожденное морщинами, побледнело от полученной ранее в поединке раны, зато зеленые глаза по-прежнему казались необычайно живыми. Пряди каштановых волос обрамляли прямой лоб с заметными складками в области кустистых бровей. По заросшим щекам струились капли пота, смешанные с кровью поверженных врагов.

Тяжело дыша, Брайан приставил указательный палец к бесцветным губам, призывая к молчанию. Он не смог убить лидера захватчиков, поскольку его меч был потерян в общем побоище на заднем дворе. Теперь не оставалось ничего иного, кроме как ценой собственной жизни защищать оставшихся в живых наследников. Времени практически не было. Волчье Логово располагало малым количеством солдат, что и стало причиной всеобщей гибели.

Войска Болтонов продолжали неумолимо уничтожать стражников и бойцов, однако самые важные стратегические позиции до сих пор оставались за обороняющимися. Главным очагом сражения стала территория главных ворот. Лучники отчаянно старались убить как можно больше налетчиков, хотя были в явном меньшинстве. Конюхи, лакеи, крестьяне – все преданные дому Старков люди схватились за оружие, силясь защитить последний оплот правосудия и чести. Но их сил было недостаточно.

Лопаты, грабли и топоры были ничем по сравнению с мечами, алебардами и луками. Все закончилось очень быстро – за несколько часов. Земля пропиталась кровью. Тела стали прекрасной едой для бродячих собак и своры ворон, что наблюдала за людскими зверствами с высоты одного из башенных шпилей. Их злобное карканье преследовало четверых беглецов вплоть до мрачного подземелья, откуда была возможность выбраться наружу, на желанную свободу, как можно дальше от злосчастного места.

Они старались не слушать душераздирающие крики медленно погибающих рыцарей, старались не думать о том, какую конечность им отрывают обезумевшие псы. Все это напоминало страшный кошмар, одну из тех пугающих историй, которые когда-то любила рассказывать няня. Под ногами чувствовался холодный камень, равнодушный ко всему происходящему.

– Там сир Амбер! – Эльза резко остановилась, указывая пальцем вниз, в то место, где уже заканчивалось столкновение между скудными остатками отряда под командованием капитана домашней гвардии и хорошо экипированными солдатами Болтонов. Теперь в центре поля, в окружении многочисленных врагов, находился один только старик, будучи не в состоянии поднять оружие. Его не хотели убивать так быстро, ведь он был лидером сопротивления, своеобразным стимулом для поднятия боевого духа. Желательно было устроить показательную сцену казни, чтобы продемонстрировать всем бесполезность дальнейшего отпора. Плотное кольцо из всадников обступило его с намерением напугать. Впрочем, Джаггернаут лишь презрительно улыбался. – Мы должны помочь ему.

Брайан отрицательно покачал головой. Это невозможно. Он не имел права оставлять детей Маркуса без присмотра даже в самой патовой ситуации. “Что бы ты ни увидел, что бы ни почувствовал, запомни: не отходи от них ни на шаг. Ты обязан защитить их, даже если от этого будет зависеть судьба твоих детей“, – такими были последние слова капитана перед тем, как он отдал приказ без промедления ринуться на помощь оставшимся без присмотра детям. Толхарту ничего не оставалось, кроме как покориться. Ему предстояло следить за тем, как одного из самых храбрых воинов королевства отправят к праотцам гнусные животные, недостойные именовать себя людьми в принципе.

Они могли бы долго решать судьбу лорда Амбера, если бы на сцене не появился главный виновник сегодняшней трагедии. За ним на безопасном расстоянии следовало полчище сторонников. Поистине странное зрелище предстало перед всеми верноподданными безумца: их Великий Лидер азартно прихлопывал в ладоши, стоило ему сделать еще один шаг навстречу распростертому на снегу телу. Хлопки резали по ушам, словно лезвие по стеклу. Отвратительный смех с примесью высоких нот вселял чувство обреченности. Никакого милосердия, просто жажда убивать.

Меч волочился за своим хозяином по земле, оставляя кровавый след на белом шуршащем покрывале. Сумасшедшая конница остановилась по безмолвному приказу лжепророка, после чего отошла в сторону, предоставляя старику возможность детальнее рассмотреть своего будущего убийцу. Джаггернаут был не из тех, кто так легко идет на поводу у страха, но даже он ощутил дрожь в коленях при виде этого человека. Разросшаяся по всему лицу борода с заметной проседью скрывала под собой немощного старца, который когда-то был сильнейшим вассалом Северного региона.

Он давно использовал оружие как посох и ходил, прихрамывая на одну ногу, что все же не помешало ему сражаться, подобно самому настоящему великану, изображенному на гербе его дома. Удивленный взгляд сразу же превратился в подозрительный, а после – в ненавистный. Перед ним стоял мужчина, которого он помнил еще двадцатилетним юношей; это совершенно невозможно, такого не бывает. Воскресший из мертвых Волк несколько раз провел языком по верхней губе, смачивая ее для предстоящей богоугодной тирады.

Казалось, ему потребовалось не больше десяти секунд, чтобы подняться после тяжелого удара по голове. Если он настолько силен, то это можно считать началом конца для всего королевства. Одна надежда только на короля Беленора, чьи проблемы в данный момент гораздо важнее, нежели внутренние разборки ненавистных северян.

– Ты обещал нам девчонку Старков. Надеюсь, мне не придется напоминать тебе об этом, иначе ты рискуешь сильно поплатиться за невыполнение одного из своих обещаний, – прокричал один из Болтонов, предпочитавший находиться как можно ближе к Предводителю. Он считал себя его правой рукой после заключения союза на взаимовыгодных условиях, хотя ни один пункт из общего договора так и не был выполнен. Это раздражало нетерпеливого палача.