Один из них, гораздо выше другого, отчаянно жестикулировал, сопровождая речь бранными словами. Из оружия у них были только клинки, без доспехов и спрятанных за поясом кинжалов. Подчиненные неизвестного предводителя, не обладающие особым умом. Впрочем, этого вполне хватило на поимку упертой особы с волком в гербе. Лев не без наслаждения следил за мимикой на испуганном лице пленницы.

Он мог вступить в игру прямо сейчас, но ему нравилось ощущать себя хозяином положения. Именно от него зависит судьба никчемных отпрысков угасшего рода. Стоявшие спиной не видели и не слышали крадущегося палача с заранее приготовленным для удара мечом. Понадобился один взмах. Кровяные сгустки обагрили незащищенные глаза. Несчастный повалился на землю с расколотым надвое черепом. Второй убийца попытался напасть сбоку.

– О, прошу вас, дети, – изрек Элайджа с оттенком пренебрежения, ловко избегая смертельного удара изогнутым клинком. Несвойственная для его благородства усмешка царила в уголках губ. Ненавистный взгляд стальных глаз прожигал генерала, к вящему удовлетворению последнего. – Полагаю, мне следовало привязать вас, миледи?

– Кто ты такой, черт возьми?! – рявкнул один из возможных последователей уничтоженной группы Тревора, при этом кидаясь на оппонента. Первородный прочувствовал на себе разные типы взглядов. В этом он читал бессмысленную и неоправданную смелость, граничащую с глупостью. Такие всегда бьют в грудь.

– Мой отец дал мне лаконичнее и немного замысловатое для Юга имя – Элайджа. В честь человека, который когда-то, лет двадцать назад, спас его жалкую жизнь. Не знаю, стоит за это благодарить или проклинать?

– Элайджа? Элайджа Ланнистер?! – изумлению пришел конец в тот же миг. Точным ударом была отсечена кисть руки, а затем вспорот не обремененный доспехами живот. Если бы он не заигрался в страшного мучителя, то сумел бы предугадать грозящей со спины выпад. Меч выпал из дрожащих рук, а его обладатель повалился на колени. Памятная метка прошлась вдоль мускулистой спины, отбирая остатки угасших сил.

Ланнистер не допускал и мысли о том, что его могли так бездарно застать врасплох. Поистине удивительная глупость: именно за нее, девицы из дома Старков, он едва не лишился головы. У убийцы сбит прицел, что весьма радует, однако боли меньше не становится. Третий наемник скрывался неподалеку, дожидаясь более удачного момента для нападения. Он настал спустя несколько жалких минут. Громовой бас победителя требовал у поверженного немедленной капитуляции в виде мольбы о пощаде. Он всерьез думает, что тот, в чьих жилах течет кровь мятежных королей, будет унижаться и валяться в собственной грязи ради существования в этой дыре под название Земля Обетованная? Вновь повторив требование подняться, убийца на сей раз повысил тон.

– Не могу, – произнес хладнокровный Ланнистер, чем ошеломил Лерию, не смевшую пошевелиться. Она заметила, как второй сын Майкла облизнул пересохшие губы и, немного развернувшись, проговорил:

– Если я сделаю какое-либо движение, то он разорвет тебя на части.

Не успевший опомниться мужчина в ужасе шарахнулся в сторону, опасаясь острых клыков рыщущего во тьме хищника. Громкий рык оповестил хозяина о том, что нужно действовать сейчас. Ловким движением Ланнистер сбил противника с ног, после чего извлек небольшой клинок из специальной выемки на кожаном ремешке и вонзил насильнику в грудь, по самую рукоять. Плутарх сопровождал поведение хозяина агрессивным лаем. Слюни виднелись благодаря приоткрытой пасти. Теперь все действительно закончилось.

Аккуратно приподнявшись на дрожащих руках, Лев нащупал не так давно потерянный клинок и вложил его в ножны. Потребовалось немало времени, чтобы окончательно прийти в себя и, справившись с нестерпимой болью в области позвоночника, подобрать на руки сбежавшую заложницу. Лерия не противилась, слишком сильными были переживания. Обвив шею первородного, она почувствовала струю крови, сочившуюся из раны пониже.

– Ты ранен, – прошептала девушка, стараясь обследовать кровоточащий рубец, однако Ланнистер чересчур резко дернул головой. Вслед за подкашивающимися ногами тянулась красная струя. Плащ давно был снят, дабы избежать лишнего шума. Зря, тогда можно было бы избежать увечья.

– На мне слишком много чужой крови, чтобы останавливаться и выяснять, какая ее часть принадлежит именно мне, – злобно проскрежетал Лев сквозь плотно сжатые челюсти. В глазах потемнело. Своеобразные канаты самосознания, натянутые до неимоверных пределов, наконец-то лопнули, отдавая жгучей болью в висках. Он просто рухнул вниз, обессиленный, изможденный, уставший.

Иной возможности сбежать не представится. Она свободна. Но почему-то Лерия не спешила покидать место произошедшей трагедии. Жалобный вой Плутарха разнесся по всей окрестности. Верный пес, скуля, подошел к хозяина и уткнулся влажным носом в рвано дышащее тело. Такого шанса больше не будет. Ей следовало давно уйти, пока не поздно. Внезапно она замерла на месте, не веря собственным ушам. Проклятый генерал Запада, принесший одни только страдания, шептал ее имя сквозь бессознательность. Он, беспомощный мальчишка, просил о помощи ту, которую до сих пор любит. И всегда любил. Это решило все.

***

Клаус, словно безумный, отталкивал всех стоявших на пути, пытаясь пробраться к распростертому на земле телу. Солдат привлек собачий вой неподалеку от крепости. Они бросились к месту трагедии, где обнаружили изнывающего от боли генерала, едва живого. Кол припал ухом к тяжело вздымающейся груди, в надежде услышать спасительное сердцебиение. Помешанный взгляд тускло-зеленых глаз вперился в побледневшую девушку, стоявшую в оцеплении приспешников Церберов. Лерия не смогла долго выдерживать на себе столь пытливый взор. Глава дома Ланнистеров медленно направился в ее сторону, угрожая жестокой расплатой за содеянное.