Да, посетитель явно уже был нетрезв. Аврора поспешно отодвинула еду в последний момент. Аберфорт со вздохом наполнил новый графин, выглядевший не чище, чем тот, который побывал на пыльном полу.

— Странно, — негромко пробормотал он. Аврора обратилась к нему взглядом и шепотом спросила: — Что вы имеете в виду? Аберфорт наклонился к ней поближе и совсем тихо пояснил: — Этот маг, ты ведь раньше видела его, да? Он всегда приходит ровно в час дня и выпивает по сто пятьдесят грамм виски, но сегодня днем его не было. Странно, что он пришел к вечеру, — нахмурился он, составляя тарелку и графин с барной стойки. Аврора покосилась на посетителя и вновь повернулась к дедушке. — Ну, может, он просто не смог прийти днем и восполняет упущенное сейчас? — рассудила она. — Всякое бывает. — Это впервые, — обосновал Аберфорт свое удивление. — Не хочешь сливочного пива? — внезапно спросил он. — Всё равно нужно менять бочку. Аврора хотела расслабиться, потому что никак не могла унять волнение перед завтрашним распределением, и согласилась. Она сделала сразу несколько больших глотков из кружки и довольно вздохнула. — Да, это, пожалуй, то, что мне сейчас нужно. — Я же говорил: ничего страшного не случится, да и не важен факультет, на самом деле. В любом случае, ничто не помешает тебе проявить себя, даже если ты попадешь не туда, куда хотела. — Аберфорт, наверное, впервые решил поговорить с внучкой по душам, и, признаться, за полгода жизни с Авророй, он попросту привык к её присутствию и понял, что она хорошая и сама старается найти к нему подход. — В любом случае, Дом — всего лишь определяет место, где ты будешь спать. Она слушала внимательно и понимала, что Аберфорт говорит дело, но всё равно хотела попасть к своим подругам на Хаффлпафф. Гриффиндор тоже прельщал её, но учиться под началом Альбуса Дамблдора было бы нечестно. Аврора не хотела, чтобы на нее смотрели косо, и она никому так и не сказала, что состоит с Дамблдорами в родственных связях. Элоис, Мередит и Джоконда, конечно, знают об этом и в курсе её настоящего имени, но по привычке зовут её Джиной. Конечно, в Хогвартсе быстро распространится родословная Авроры Уинтер, но, может, до этого ей удастся найти больше друзей, которые спокойно к этому отнесутся, тем более, что она считалась пропавшей без вести столько лет. Нужна история, хорошая выдумка о её прошлом. Альбус предложил самый лучший вариант: она росла в маггловском приюте где-нибудь в Германии и до шестнадцати лет не знала о существовании родственников, а далее… правда. Джину — девочку с перебинтованной головой из заметки в «Ежедневном Пророке» — наверняка кто-то мог узнать. Отсутствие памяти избавит Аврору от лишних расспросов, и первыми, кто узнал эту душещипательную историю, были три её подруги. Они искренне посочувствовали по поводу её амнезии.

— Я думал, что ты с Хагридом, — прозвучал голос за спиной, хотя скрипа входной двери она не слышала.

— Хагрид разве не занимается урожаем к завтрашнему столу? — поинтересовалась Аврора. — Возможно, — задумчиво сказал Альбус. — Какими судьбами? Я думал, что ты занят школьными делами и носу из замка не покажешь, — вступил Аберфорт. — Собственно, я как раз здесь по делам Хогвартса, — ответил тот и посмотрел в сторону пьяницы, поглощающего последнюю порцию виски из графина. — Армандо поручил мне одно важное дело. Брат удивленно вскинул бровь, а Аврора проводила взглядом Дамблдора-старшего по направлению к тому самому человеку. Он осторожно присел за столик и отставил пустой графин в сторону. Двое у барной стойки сразу же навострили уши. * * * — Что-то давно тебя не видно, Эзра, я имею в виду, что в Современнике несколько лет не встречал твоей фамилии, — сказал Дамблдор, глядя в красноватые от алкоголя глаза волшебника; пьяница залпом осушил последние глотки из стакана. — Аберфорт, еще виски! — приказал он хозяину паба, а потом все же соизволил обратить внимание на Альбуса.

— Современник печатает макулатуру, это уже не та газета, что была раньше, особенно после того, как она стала коммерческой.

— Думаю, на сегодня хватит, тем более что ты должен завтра хорошо выглядеть, — с улыбкой произнес Альбус, благодаря словам которого брат проигнорировал заказ. Подвыпивший маг усмехнулся и провел рукой по растрепанным тёмным волосам с проседью. — Я еще не давал согласия. — Аберфорт, завари, пожалуйста, чай с ежевикой, — попросил Дамблдор, а затем снова обратился к собеседнику. — По-моему, трех лет беспробудного пьянства достаточно, Эзра, и не думай, что я тебя не узнал сразу. — Алкоголь не только меняет личность, но и внешность, — с новой усмешкой сказал волшебник. — Я больше не преподаю и, как ты заметил, превратился именно в то, что ты видишь перед собой, — констатировал он, предугадывая насмешки, но Дамблдор в силу воспитанности никогда бы не сказал ничего подобного. Конечно же, виски оставило свой след, и теперь в прошлом привлекательный мужчина превратился в опухшего алкоголика. Кожа оливкового цвета стала сплошным розоватым пятном, и Эзра заметно осунулся, а на смену ладному телосложению пришло некрасивое брюшко. Блестящие черные волосы поредели и местами поседели, хотя седина появилась раньше начала его запоев. Эзра потерял замечательного друга — любимую жену Глорию, погибшую в сороковом году в Кении во время военных действий Италии против британской базы, где неподалёку, втайне от магглов, под землей шли раскопки удаленных египетских гробниц. Глорию и всю её команду просто завалило землей и камнями, и никакие заклинания, похоже, не справились с мощью оружия магглов. Их так и не нашли, и безутешный Эзра обнаружил мнимое спасение на дне бутылки и забросил научную деятельность. — Итак, — перешел к делу Альбус. — Хогвартсу требуется преподаватель по древним рунам… — Неужели мало специалистов в этой области, Альбус, кроме меня? А что случилось с последним? — Ушел на пенсию, — коротко ответил тот. — Армандо рекомендовал тебя как лучшего, наш коллектив будет рад принять тебя… — Хватит! — снова перебил Эзра. — Я в письме дал ясно понять, что больше не преподаю. Я отказал не только вам, но и Дурмстрангу, и Шармбатону. Видели бы они, во что я превратился, и не подумали бы нанимать! — Эзра покрутил пустой стакан в руках, пытаясь сфокусировать на нем пьяный взгляд. — Но ты же пришел на встречу! — возмутился Дамблдор. — Перестань жалеть себя, Эзра! — назидательно проговорил Альбус. — Вокруг полно несчастных людей, и Глория не единственная жертва войны! Сколько наших погибло из-за бомбардировок?! Стакан со звоном опустился на стол, а в глазах собеседника мгновенно вспыхнула ярость, ему было сложно держать себя в руках. — Думай, что говоришь, Альбус! Ты пришел напомнить мне о её смерти? Что ж, тогда я ухожу. Со скрипом отодвинулся стул и подскочил стол, когда Эзра задел его. Он был ужасно зол. И зачем он согласился встретиться с ним? Только для того, чтобы вновь пережить всё, что и так с ним на протяжении трех лет? У барной стойки, даже не пытаясь делать незаинтересованный вид, на него смотрел Аберфорт, он хмурился,а юная волшебница, иногда помогающая в пабе, взирала на мужчину с интересом. — Запиши на мой счет, — буркнул он. Эзра вышел из паба, оставив после себя тишину. Альбус всё так же сидел за столиком и очень внимательно смотрел на Аврору, та переводила взгляд с него на дверь; было видно, что ей хочется что-то сделать. Она нахмурилась, когда улыбка Альбуса стала шире, а его прямоугольные очки хитро сверкнули в свете неярких ламп, расположенных по периметру паба... * * * — Сэр! Сэр, подождите! — доносился вслед взволнованный голосок, но Эзра не замедлил движения: он уже готов был аппарировать в недалекую маггловскую деревушку, где снимал жильё у одной женщины. — Стойте! Я должна вам что-то сказать! Сэр, прошу вас! Юный голосок становился всё ближе и ближе, и лужи хлюпали под туфлями преследующей. — Что? — он остановился и развернулся так резко, что Аврора едва не врезалась в него. — Сэр, вы должны преподавать в Хогвартсе! — она запыхалась, но говорила уверенно, а светлые глаза были такими искренними, что Эзра подумал, что она сейчас вцепится в него и начнет умолять, дергая за рукав. — Я уже сказал Дамблдору, что не могу, — ответил он равнодушно, но внутри всё подскочило из-за моментального расстройства, отразившегося на лице волшебницы. — Сэр, вы не понимаете, от чего отказываетесь! В мире нет лучше школы, чем Хогвартс! — Это тебе Альбус сказал? — с усмешкой произнес мужчина. — Да, у него дар убеждать. Ты ведь не училась в Хогвартсе, я видел тебя во время занятий в пабе. Взгляд её глаз остался неумолимым. — Сэр, я… — Прекрати мне сэркать! — он уже улыбался, глядя, как она замялась. — Я могу звать вас профессором? — невозмутимо спросила она, заставив что-то оборваться в его груди.

Уже несколько лет он не слышал подобного обращения, и в памяти стали всплывать моменты из школьной жизни. Эзра некогда преподавал в Школе Волшебства Дурмстранг, куда его пытались заполучить обратно вот уже год.

— Нет, — слишком резко сказал Эзра, а это хрупкое храброе создание неожиданно вздрогнуло, и он почувствовал себя неловко. — Хотя… впрочем, зови меня как хочешь. Меня зовут Эзраэл Уидмор, по крайней мере, так звали когда-то… — грустно вздохнул он. — Так Альбус подговорил тебя на разговор со мной? Прекрасно, передай ему, что этот номер не пройдет… И снова смена выражения лица, она искренне не понимала, о чем он говорит, и так же искренне ответила: — Нет, мистер Уидмор, я просто хочу изучать древние руны, я поступила на седьмой курс Хогвартса. Знаете, у меня есть замечательная подруга, её зовут Джоконда, так вот, она — настоящий знаток, и не думаю, что она будет счастлива узнать, что из-за нехватки учителей её любимый предмет отменят… На улице заморосил мелкий дождь, а крыши стали играть барабанную дробь; Эзра накинул капюшон, но девочка не последовала его примеру, она продолжала говорить что-то про студентов и высокий спрос на предмет, который никогда известностью не пользовался. Она говорила и говорила, а Эзра не мог сдержать улыбки, он подумал, что эта странная особа просто обязана учиться на Гриффиндоре. Студенты именно этого факультета были такими непрошибаемыми и смелыми. — …Я знаю, что у профессора Гамбита была неплохая база, и ему удалось заинтересовать многих древними рунами, ведь в совокупности с нумерологией и астрономией этот предмет дает неограниченные возможности в познании не только окружающего мира, но и себя! Это не гадание на кофейной гуще, а целая наука символов, позволяющая человеку прочитать свою судьбу. Профессор Уидмор, я очень прошу, примите предложение директора Диппета, я верю, что вы лучший! Джоконда будет в восторге! Теперь Эзра смеялся над её попытками уговорить его. Наверное, еще никогда в жизни он не видел таких отважных юных девушек, хотя нет… Улыбка сползла с его небритого лица… Глория была такой же, более того, Глория была его студенткой, когда он только начал преподавать в Дурмстранге… — Ты не представилась. — О, простите, — она попыталась разгладить складки на плиссированной юбке. — Меня зовут Аврора Уинтер, — складывалось впечатление, что она не привыкла к собственному имени. — Ну как, вы согласны? — снова пошла в бой она. — Видишь ли, Аврора, — на выдохе произнес мужчина, — здесь не все так просто. Я уже несколько лет не преподаю и не хочу преподавать; если ты грела уши, то должна была услышать, что случилось с моей женой. — Не было смысла скрывать то, что девочка уже и так успела урвать. — Теперь я живу другой жизнью и, возможно даже, потерял хватку в этой сложной науке. Я не думаю, что Хогвартс останется без преподавателя — это нонсенс. Армандо обязательно найдет профессора, ведь место в этой школе считается престижным, но все равно — спасибо за тёплые слова. Аврора будто осунулась и стала ниже на пару дюймов. — Я просто хотела бы у вас учиться, — еще раз сказала она. — Почему именно у меня? А, хотя понятно — это всё влияние Альбуса.— Дождь усиливается, — произнес Эзра, запрокинув лицо к небу. — Иди обратно в паб, а то простудишься. Где-то громыхнуло, и тёмное небо озарилось яркой вспышкой молнии, позволяя увидеть на миг опустевшую к вечеру улицу Хогсмида. — Я знаю вас с тех пор, как попала в Хогсмид, вы ни разу не опоздали ни минутой к обеду, — поведала она. — Ваша пунктуальность подсказывает, что, несмотря на недостатки, — Аврора имела в виду пьянство, — вы организованный человек, живущий по режиму, а это значит, что вы так же организованы в работе. Пускай только сегодня я с вами познакомилась по-настоящему, но разве можно упускать шанс помочь человеку вернуться к нормальной жизни? Я знаю, мистер Уидмор, вы просто не хотите, боитесь нарушать уклад, сложившийся за три с лишним года, но… с вашего позволения — это фобия, только я совсем не помню её названия. Подумайте, что стоит вам только окунуться в мир Хогвартса, и ваше желание жить вернется… Мерлин, он был просто опустошен её словами: девочка, которая и понятия не имела, кто он и что из себя представляет, выложила неплохую характеристику и, возможно даже, была права насчет него, вот только… — Нет, Аврора, всё обстоит иначе, но это неважно… Я не прощаюсь, увидимся завтра ровно в час дня, — оборвал он, потому что ее речь почему-то вызывала неприятные ощущения в груди. — До свидания… — рассеянно ответила она, и мужчина, подмигнув ей, аппарировал прочь из Хогсмида. Аврора почему-то не хотела находиться на дождливой улице, но и не стремилась идти в паб; она просто стояла под козырьком магазина волшебных перьев и наблюдала, как дождь капает по лужам, как вода стремится по желобу и водопадом стекает в канализационную решетку. Это было странно, но человек, которого она практически не знала, очень понравился ей. Возможно, праздное любопытство было удовлетворено, ведь ей было интересно, кто он, на протяжении нескольких месяцев. * * * Эзра Уидмор не пришел в Кабанью голову на следующий день в час по полудню…

====== Старая перечница ======

Детские крики едва не оглушили Аврору, когда сквозь стену холла просочились два призрака. Сэр Николас и Толстый Монах вели непринужденную беседу и якобы не замечали толпы первогодок, ожидающих приглашения в Большой зал. Она улыбнулась, почувствовав, как маленькая испуганная девочка спряталась за её спиной и в попытке защититься натягивала на себя её мантию.

— Достопочтенные призраки, — обратилась Аврора к продолжающим свой спектакль привидениям.

Почти Безголовый Ник изволил обратить на нее своё внимание.

— Юная Аврора? — словно только что её заметив, сказал он и кивнул головой в знак приветствия. — Вот и пришел знаменательный день вашего поступления. Что ж, буду рад видеть вас у себя на факультете. — Николас поклонился, его голова на мгновение отсоединилась от тела, но это не было случайностью, а новой удавшейся попыткой запугать первачков.

Аврора чувствовала, что ребенок за её спиной дрожит как осиновый лист.

— Не бойся, они не опасны.

Будущие первокурсники отпрянули подальше и во все глаза смотрели, как призраки приблизились к бесстрашной девушке, кто-то даже пискнул. Лишь один «ребенок» не показал ни капли страха, да и ребенком его было сложно назвать. Аврора удивилась, увидев, что она сегодня не единственная великовозрастная абитуриентка Хогвартса. Молодой человек стоял поодаль, и казалось, что его вовсе не интересует происходящее вокруг. Короткие каштановые волосы были уложены в аккуратную прическу, а светлые, Аврора была уверена, голубые глаза были полны безразличия к окружающим. Единственное проявление эмоций на его лице было ничуть не приятным — усмешка при виде двух призраков, а потом снова безразличие. Его не удивляли стены величественного замка и суета детей вокруг, на которых юноша смотрел свысока, если вообще смотрел…

— Не опасны? — не согласился Толстый Монах. — Мы — может быть, но я бы не советовал вам приближаться к Кровавому Барону — привидению Слизерина, — обратился он к малышке, с опасением поглядывающей на прозрачного человека в рясе. — Он не особо склонен к общению даже со своим факультетом, а вот напугать горазд.

— Со всеми можно договориться, — не согласилась Аврора, хотя за лето она так ни разу и не столкнулась с вышеупомянутым привидением.

Двери Большого Зала распахнулись, и к ним вышла женщина в парадной тёмно-синей мантии. Она хлопнула в ладони, обращая на себя внимание новичков, даже не заметивших её появления.