– Должен признать, это очень приятно, Анастейша, - и он тут же замирает, наслаждаясь тем, что Ана массирует его голову, - пожалуйста, не останавливайся.

– Нравится?
– усмехается фея, осознавая невозможность всей этой ситуации. Судя по одобрительному молчанию, Велигд отвечает согласием.
– Дракон, ты выглядишь так, будто тебе в первый раз делают массаж головы. Что?
– она встречается с чуть сфокусировавшимся взглядом.
– Действительно в первый?

– Да, - нехотя откликается Велигд, очевидно не очень желая прерываться на бессмысленные разговоры, - и я даже не догадывался, что это может давать такой эффект, но… Анастейша, - чуть стонет он, - у тебя просто волшебные руки.

– Вот если бы мне сказали в начале прошлого учебного года, что ты будешь тут улыбаться и лежать у меня на коленях, я честно бы не поверила.

– Я - тоже, но тем не менее.

– Ну надо же, у нас находится что-то общее. Спустя столько времени.

– Всегда с содроганием ждал этого момента.

– То есть ты что-то такое допускал?
– Ана с интересом смотрит на Велигда, который пребывает в абсолютной неге.

– Нет, - развевает он ее надежды, - но мне всегда нравилось приятно ошибаться. Особенно когда речь шла о вас троих.

– О да, ты же никак не ожидал, что мы сдадим природомагию и зельеварение на отлично. Если только…

– Я за красивые глаза ничего не ставлю. Так что все заслуженно. Хотя меня все это и удивило.

– Ты думал, что мы сбежим, - напоминает Ана.
– Когда мы к тебе пришли тогда…

– Да, вы меня и тут удивили, - не отпирается Велигд.
– Но тот факт, что вы смогли подключиться к целому… Это говорит о многом.

Ана чуть улыбается, потому что вспоминает о тех маленьких, не заметных ей тогда подробностях, о которых Велигд рассказал ей. В то время как она пыталась найти контакт с природой как единой системой, в то время как его ладони лежали на плечах феи, в душе у Велигда разразилась целая буря, и он с трудом тогда сдержался, чтобы не выдать себя.

Мимо них проходят люди. Много людей, не обращающих на них внимание, однако и здесь находится свое исключение: какая-то старушка, неодобрительно смотря на них, раздраженно цокает и пускается в долгий и переполненный гневными возгласами рассказ о том, что нынче молодое поколение совсем уж распустилось и не знает элементарных правил поведения на улице, показывая свою невоспитанность и некультурность. Правда, вскоре ей надоедает поучать “неблагодарную молодежь”, после чего она удаляется прочь, все еще что-то говоря им вслед.

– И это ты еще по нам проезжался, что мы опаздывали, не приходили и не учили ничего.

– Сколько самокритики!
– восхищенно произносит Велигд.
– Такими темпами я скоро начну сомневаться в том, что вы абсолютно безнадежны.

– А ты разве уже не начал?
– изгибает бровь в притворном удивлении Ана.

– Уже близок к этому, - обнадеживает ее Велигд.
– Хотя это и непривычно.

– Вэл, а ты привыкай, впереди будет еще интереснее, - обещает ему фея.

– Что меня и пугает, Анастейша, - честно признается он.

***

В понедельник у одного из классов второго курса, мирно ожидающего урока по зельеварению, состоялся весьма интересный разговор. Его начинает Шелла - зеленоволосая фея с шоколадного цвета глазами, лениво прикрывая рукой широко открывшийся в зевке рот, она выкладывает из сумки учебник, а затем поворачивается к однокласснице, сидящей позади нее, и сообщает даже не столько ей, сколько на весь класс:

– А у Велигда, кажись, баба появилась.

Стоит в воздухе раздастся сигнальному слову - ненавистному и обычно выплевываемому со злостью имени, один за другим прекращаются разговоры, и в конце концов трындеть прекращают даже самые отчаянные слоупоки. Все смотрят на Шеллу, которая разводит руками: мол, ничего не знаю, такие вот сегодня новости.

– Да ну? С чего взяла?
– наконец тянет одна из фей.

– А вы, как он себя последнюю неделю ведет, видели?
– снова громко зевает Шелла, демонстрируя, что эта тема у нее не вызывает никакого интереса. Вот прям никакого.
– Особо не дерет. Все больше в своих мыслях.