– Ты стала очень красивой, Хината-тян, - казалось, шатенка абсолютно не обиделась на столь неприемлемое обращение, наоборот, альфа легким, практически невесомым движением прикоснулась к подбородку брюнетки, приподнимая её голову и вынуждая вновь посмотреть на себя. – Знаешь, Хината-тян, подслушивать личный разговор двух взрослых альф нехорошо

– Простите, - пролепетала омега, в буквальном смысле задыхаясь от стыда и столь сильной энергетики, которую излучало биополе шатенки. Девушка понимала, что альфа не имеет права принуждать её к чему-то ментально, но Тен-Тен вроде как и не принуждала, просто не закрывалась, позволяла почувствовать себя, как альфу, но и этого было достаточно Хьюго, чтобы она ощутила себя маленькой зверушкой перед крупным хищником, который пусть и не собирался нападать, но все же вызывал трепет и вселял страх

– Ну, и как ты относишься к предложению Хиаши-сана? – опустив руку, но продолжая удерживать свое биополе открытым, поинтересовалась Тен-Тен. – Как ты смотришь на то, что я, возможно, стану женой твоего брата?

– Я буду рада, - Хината ответила так, как нужно было ответить, так, как подобало этикету, так, как бы велел ей ответить отец, а на самом деле брюнетка не знала, что бы она сказала, если бы ей действительно было позволено высказать свое мнение. – Думаю, вы будете достойной женой для Нейджи-куна

– Вот как, - альфа хмыкнула, причем сделала это как-то пренебрежительно, будто осуждая свою собеседницу за ложь. – А если я скажу, что уже выбрала себе партнера, но это не Нейджи

– Вам… - сердце молодой омеги билось часто-часто, как-то заполошно, встревожено, будто что-то предчувствуя, а её сущность трепыхалась внутри, вторя такту сердца, пытаясь не ускользнуть, нет, наоборот, ещё отчетливее почувствовать на себе ментальную силу свободной альфы

– Вам лучше всего обсудить этот вопрос с моим отцом, - все-таки нашла в себе силы ответить Хьюго и тут же отвернулась, закусывая губу. Она вновь сказала так, как нужно, но так было правильно, так было необходимо, ведь толку с того, что она скажет что-то другое? Что изменится от того, что она спросит, кому посчастливилось удостоиться внимания столь сильной альфы? И какое вообще она имеет право интересоваться личной жизнью незнакомого ей человека?

– Да, ты права, Хината-тян, - Тен-Тен отступила на шаг и сразу же свернула свое биополе, даже её взгляд, казалось бы, стал совершенно другим – холодным, как сталь. – Прошу простить меня, если я своими действиями поставила тебя в неловкое положение, - как и подобает альфе, которая приносит извинения, шатенка низко поклонилась, а после, выровнявшись и бросив равнодушный взгляд на омегу, сухо попрощалась. – До свиданья, Хината-тян

– Всего хорошего, - Хьюго не менее чинно поклонилась в ответ, из-под длинных ресниц провожая шатенку растерянным взглядом. Хината выпрямилась и рассеяно моргнула пару раз, задаваясь вопросом – что это было? Почему взрослая альфа так настойчиво прикасалась к ней ментально? Почему сделала комплемент? Почему вообще заговорила с ней на столь личную тему? Да и вообще, почему она сама так, неадекватно, что ли, отреагировала на близость свободной альфы? Конечно же, Хината понимала, что это был интерес, причем взаимный, интерес свободной альфы к свободной омеге и наоборот, но она ведь не свободна, у неё же есть жених, да и у Тен-Тен, очевидно, тоже кто-то есть – тогда почему?

Хината выдохнула и одернула себя от, как ей казалось, порочных мыслей: она поступила недостойно, поддавшись влиянию зрелой альфы, показав себя слабой и впечатлительной, растерявшись и позабыв о долге. Нет, она, как дочь главы клана, не имеет права на слабости и прихоти. Она, как обрученная омега, не вправе думать о ком-то ещё, кроме своего жениха. Она, как приличная девушка, не может пойти на поводу у своих эмоций и впечатлений. Она не может позволить себе столь опрометчиво пасть к ногам альфы, которая позволила себе заигрывать с ней, тем более что выбор уже сделан, и ставить под угрозу репутацию и честь семьи Хината не собиралась, даже ради собственного счастья.

– Ну, наконец-то ты посетил мою скромную обитель, - Гаара улыбнулся краешком губ, пожимая руку своему другу

– Будто я никогда у тебя дома не был, - фыркнул блондин, прикрывая за собой входную дверь и следуя по длинному коридору за альфой

– Вижу, ты прям с работы, - Собаку в легком прищуре оценил внешний вид друга, который был одет в строгий темный костюм, и хмыкнул, пропуская блондина перед собой в просторную гостиную. – Как детишки?

– Теряют хватку, - Намикадзе ухмыльнулся, присаживаясь на широкий диван терракотового цвета и расстегивая все пуговицы пиджака

– Неужели тебя до сих пор никто не попытался соблазнить? – Гаара, поставив на низкий столик со стеклянной столешницей бутылку виски и два бокала, наиграно-сокрушительно покачал головой. – И правда, теряют

– Я вообще-то имел в виду, что они до сих пор так и не устроили мне «крещение новичка» хотя бы банальной кнопкой на стул, - Наруто принял из рук друга бокал, в котором уже плескалась янтарная жидкость, и, приподняв руку в знак тоста, сделал небольшой глоток. – А вот вниманием со стороны учеников я как раз и не обделен, - блондин хмыкнул, - напористые детишки пошли, однако

– Как там Какаши-сэнсэй? – резко сменил тему разговора Собаку, присаживаясь напротив друга на диван такого же цвета и размера. – Все слухами землю полнит?

– О, Какаши-сэнсэй! – Намикадзе придал своему голосу какой-то торжественности, будто речь пошла, как минимум, о герое. – Порхает на крыльях любви и бегает на каждой перемене в подсобку к завхозу, чтобы позвонить своей беременной омеге, а после выкурить не менее двух сигарет

– Ирука-сэнсэй таки сдался, - Гаара слегка улыбнулся, что позволял себе очень не часто и то, в присутствии только одного человека, и тоже сделал небольшой глоток виски. – Сколько Какаши-сан за ним ухаживал? Лет семь, наверное?